Антон Кун – Тайны затерянных звезд. Том 6 (страница 12)

Я снова поднял глаза к потолку, пытаясь нашарить взглядом замаскировавшуюся Вики, но тщетно — она уже скрылась из виду. С таким шпионом всё, что нам оставалось — это расслабиться и получать удовольствие.

Быстро оглядевшись, я нашёл местечко, в котором с грехом пополам можно было сделать и то и это. Кто-то распилил контейнер-двадцатку, причём не поперёк, а вдоль, а потом получившуюся дыру наполовину закрыл неким подобием барной стойки, за ним расположил крошечную кухню, тем не менее, укомплектованную фритюром, грилем и ещё какими-то кулинарными приблудами, а прямо перед ней поставил пяток высоких барных стульев, а ещё чуть дальше — даже два отдельно стоящих дешёвых столика с видавшими виды пластиковыми стульями. В итоге получилась такая микро-забегаловка, где можно сжевать поролоновый якитори или тощую ящерицу на шпажке и запить это охлаждённой тормозной жидкостью. По крайней мере, обычно ассортимент подобных мест именно таким и был, потому что располагались они во всякого рода трущобах. Но конкретно из этого конкретно на этой станции доносился подозрительно приятный аромат. И при этом было удобно мало гостей — всего трое, сидящие на барных стульях, а столики вообще были свободны.

Их мы и заняли, подтащив один к другому, вместе со стульями, конечно. Магнуса, как самого разбирающегося в еде, отправили сделать заказ, а сами сгрудились вокруг Кайто, глядя в его терминал.

На таких станциях, как «Талос» было в порядке вещей, когда человек живёт не в заранее спроектированной и заложенной в конструкцию каюте, а в собранной своими руками из всякого мусора и прочего подручного материала лачуге. Такое практиковалось не только в диких секторах, но даже и в обжитых, например, на серых станциях, особенно старых, где давно уже закончилась вся расчётная жилая площадь.

И, казалось бы, ты и так живёшь в закрытой со всех сторон консерве, у тебя над головой десятки и десятки перекрытий, слоёв обшивки, силовых щитов и ещё куча всего, что даже не упомнить. Тут не идёт дождь, снег, не дует ветер и даже солнце не светит. И всё равно каждый такой самостроец обязательно пытается покрыть свою личную лачугу сверху хоть какой-то крышей. Возможно, это создавало иллюзию безопасности, закрытого со всех сторон помещения, хотя обычно стены таких построек можно продырявить пальцем. Возможно, таким образом люди пытались снизить шумовой фон станции, хотя, учитывая толщину используемых материалов, было бы логичнее предположить, что вся эта коробка наоборот резонирует будь здоров, делая лишь хуже. А возможно, таким образом пытались укрыться от света, который горел на станциях, конечно же, круглыми сутками… Хотя и эта теория не выдерживала критики, достаточно лишь посмотреть на огромные щели между листами профилированной жести, которыми Белами покрыл свою лачугу.

В одну из этих щелей и проникла Вики, и повисла вниз головой, обозревая окружение и показывая его нам. Впрочем, там и показывать особо было нечего — старое пластиковое кресло, топчан, собранный, кажется, из стопки поддонов, в углу — раковина, над которой привинчена прямо к стене перевёрнутая пластиковая бутылка… И ещё одна небольшая комнатка, отделённая занавеской. Что там, видно не было, да и не нужно по большому счёту, потому что всё, что нас интересовало, происходило прямо тут.

Белами ходил кругами по комнате, держа в одной руке терминал, а другой — держась за волосы на затылке, будто он угодил в болото и сам себя пытался из него таким образом вытянуть. Походив так несколько секунд, он вскинул терминал, словно вспомнил что-то, быстро ткнул в него несколько раз, скрипнул зубами так громко, что даже мы услышали, и снова схватил себя за волосы. Потянулся к уху, но на половине пути остановил руку и бессильно её уронил.

— Опять! — обречённо простонал он. — Ну почему опять⁈

Швырнув терминал на топчан, он упал следом, зарывшись лицом в подушку не первой свежести и лежал так несколько секунд.

А потом резко перевернулся и сел уже совсем другим человеком. Лицо его, только что искажённое гримасой боли и бессилия, сейчас выражало абсолютную уверенность. Не говоря ни слова, он встал, и быстрым шагом скрылся за занавеской в соседней комнате.

Кайто перевёл на меня вопросительный взгляд, но я лишь покачал головой. Белами никуда не мог исчезнуть, потому что, когда мы стояли снаружи его хибары, было хорошо видно, что никакого дополнительного выхода в этом месте нет. А в то, что у него там есть личный подземный ход прямо через переборки станции я ни за что в жизни не поверю. Ни при таких условиях его жизни.

Так что деться Белами было некуда, а зачем он вообще туда пошёл — да кто его знает? Может, его алкогольный делирий накрыл?

Я даже почти угадал. По крайней мере, я так подумал, когда Белами вернулся из-за занавески, одетый как… как… даже правильное сравнение подобрать не получалось — вот как он был одет. Даже знать не хочу, где он взял эту длинную серую куртку длиной до колен с высоким воротом, и такую же серую шляпу с узкими полями, но теперь всё это красовалось на нём.

Подняв воротник и надвинув шляпу так, что остались видны одни лишь только глаза, он прошёл к двери, щёлкнул пятью или даже шестью замками, выглянул в щель, и только после этого решился выйти наружу.

— Что там у вас? — спросил Магнус, возвращаясь с целой россыпью картонных тарелок. «Россыпью», потому что они были натурально рассыпаны по его вытянутым вперёд и повёрнутым ладонями вверх рукам, и лично я так и не понял, какая магия их там удерживала.

— Белами вышел из дома, — деловито ответил Кайто, пока Кори и капитан помогали разгрузить здоровяка. — Преследовать?

— Естественно! Мы же для этого тут и собрались! — ответил я, забирая с рук Магнуса предпоследнюю тарелку, на которой лежало шесть зажаристых непонятных шариков, нанизанных по три на шпажки. — Это съедобно?

— Вот сейчас и узнаем, — невозмутимо ответил Магнус, садясь рядом и отправляя в рот сразу всю троицу разом.

Белами на экране терминала Кайто тем временем продолжал движение по станции. Вики исправно следовала за ним и по стенам, и по потолку, и ни на мгновение не выпускала из поля зрения камеры, даже когда пришлось спланировать с одной балки на другую подобно белке-летяге. Вот уж чего у Кайто точно не отнять — так это филигранного управления своим дроном. Сделать игрушку, которая будет способна на всё такое — это одно, а вот научиться ею управлять так, чтобы «всё такое» выглядело естественным и органичным, как будто она сама это делает по собственному желанию — это совсем-совсем другое.

Белами несколько раз оборачивался, и постоянно повыше натягивал ворот и пониже надвигал шляпу. Возможно, ему казалось, что так он будет максимально незаметен, но на самом деле подобное поведение, наоборот, выделяло его из толпы, как чёрную дыру на звёздной карте. И в том, что никто на него не обращал особого внимания, заслуги самого Белами и не было — он просто нахрен никому не был нужен.

Кроме нас, конечно.

Белами ходил по станции целых пятнадцать минут, причём несколько раз очевидно прошёл в одних и тех же местах — «сбрасывал хвост». Конечно, наш «хвост» он сбросить не смог бы при всём желании, как минимум, потому что не знал о его существовании, так что нам оставалось лишь наблюдать за его нервными передвижениями и жевать хрустящие шарики, которые действительно оказались неплохими на вкус, напоминающими куриное мясо, только с приятным кислым послевкусием. А когда Кори сбегала до стойки и вернулась с тремя бутылками «ню-колы», стало вообще отлично.

Наконец наш недоделанный шпион решил, что достаточно поплутал по станции, и остановился возле точно такой же халупы, как и его собственная, только расположенной в другом конце станции. Судя по всему, если тут какая-то планировка когда-то и существовала, к сегодняшнему дню её уже необратимо послали ко всем чертям и по каким принципам теперь располагали постройки и здания — одному, наверное, Вектору и известно… Кем бы там этот Вектор ни был.

Белами оглянулся несколько раз, стукнул в дверь, и она тут же открылась, словно за ней только и ждали его визита.

Он моментально скрылся в хибаре, а Вики уже знакомым путём проникла следом за ним, только на сей раз не через крышу, а через приоткрытое окно.

Внутри было так же пусто, как в квартирке Белами, только, в отличие от неё, здесь было чистенько. Живущий здесь человек явно следил за какой-никакой гигиеной.

Когда Вики показала нам этого самого человека, оказалось, что ничего выдающегося в нём нет. Совершенно обычный среднестатистический человечек в простой, слегка потрёпанной неприметной одежде. Выпусти его прямо сейчас из дома — и он затеряется в толпе, причём ничего для этого не делая. И получится у него это на порядок лучше, чем у Белами, который ради этого из кожи вон лез.

— У нас проблема! — сходу заявил Белами, входя внутрь.

— А ты не мог по комлинку связаться? — спросил второй человек, закрывая за ним дверь и оборачиваясь.

— Я думаю, они всё прослушивают! — прошипел Белами, оглядываясь. — И комлинки тоже!

— Их невозможно… Ай, ладно! — второй махнул рукой. — Что за проблема?

— Приходили люди, спрашивали о тебе. Показывали твой дурацкий рисунок, чтоб ему пусто было!