Антон Кун – Тайны затерянных звезд. Том 5 (страница 24)

С капитаном «Опалового» разговаривал тот, кто подходил для этой задачи как нельзя лучше. Тот, кто даже в обычном, спокойном состоянии легко мог вывести из себя практически любого. А когда он переходил в возбуждённое, как сейчас, состояние, разговаривать с ним становилось просто невозможно. Да-да! Это был именно Виктор!

— … Так что хватит валять дурака, капитан, и выполняйте уже наконец отданный приказ! Меня не интересуют ваши отговорки, меня интересует только, чтобы он был выполнен, а вот эти свои сообщения, радиообмены и прочую фигню будете вертеть сколько душе угодно уже потом, после того как выполните всё, что должны выполнить!

Виктор разговаривал с таким надрывом в голосе, что порой чуть не срывался на визг. Это было неприятно слышать даже мне, а уж что там происходит с капитаном «Опалового» и насколько сильно он морщится, когда взвизги Виктора начинали пиковать в динамиках — вообще можно только представить.

На лобовике уже появилась крошечная точка, отличающаяся по цвету от остальной беспроглядной черноты — огромный «Сизиф» с ещё более огромным спейсером, надетым на него, как хулахуп на фитоняшку. Где-то рядом с ним пасутся ещё и корабли охранения, но чтобы разглядеть их, нужно подобраться ещё раз в пять ближе.

— Я всё понимаю и даже готов признать, что у меня действительно устаревшая информация, — хладнокровно отбивался капитан «Опалового», хотя в его голосе слышались лёгкие нотки сомнения. — И в таком случае я готов получить заслуженное взыскание… Но всё же я вынужден спросить — есть ли у вас какие-то доказательства, что вы действительно те, за кого себя выдаёте⁈

— Чёрную дыру вам в душу, капитан! — выругался Виктор. — Вы что, не видите, что я, как и вы, тоже имею сопровождение в виде нескольких кораблей Администрации? Или вы думаете, что Валдис Дарт любезно мне их выделил со станции только лишь для того, чтобы я тут с вами сейчас время терял⁈ Или, может, сейчас вы мне скажете, что и эти корабли тоже захвачены «Шестой луной»? Вы уже с ума посходили на своих кораблях за всё время, пока сопровождаете спейсер! Настолько посходили с ума, что у вас уже какой-то стокгольмский синдром развился! В кои-то веки командование расщедрилось, снизошло до того, чтобы поменять охранение конвоя, отпустить их пораньше, сменить на другое звено — так нет же, всё равно что-то не так, что-то не нравится, вы вообще чего хотите, а, капитан⁈

Виктор уже перешёл на откровенную чушь и нёс первые пришедшие в голову слова, но, судя по потрясённому молчанию капитана «Опалового» это работало. Ну, или он просто не мог вставить в монолог разошедшегося параноика ни слова, но это нас устраивало, в общем-то, тоже. По крайней мере, он ничего не ответил на упоминание Валдиса Дарта, а значит, с высокой долей вероятности — до сих пор не знал, что тот мёртв и что корабли, о которых говорит Виктор, тоже захвачены «Шестой луной». Прошло всего-то ничего времени с тех пор, и, как я и думал, смерть Дарта будут скрывать до последнего, как это было и с потерей эсминца.

— … Неужели вы правда так глупы, чтобы думать, будто у Администрации не хватает ресурсов на то, чтобы выследить кучку бомжей, которым подфартило, и отобрать у них эсминец, который они смогли украсть лишь только потому, что им чертовски повезло⁈ Это что вообще за дискредитация такая, вам что, капитан, на губу срочно захотелось⁈ Так я могу устроить, мне это вообще раз плюнуть, если хотите знать! Посидите там и поймёте, что такая сильная и властная структура, как Администрация просто не могла не вернуть себе похищенный корабль в первые же пару дней! Просто немыслимо, чтоб меня чёрная дыра пережевала!

Капитан «Опалового» слегка пришёл в себя и даже попытался вставить пару слов в монолог Виктора, но у того будто бы открылось второе дыхание, и поток визгливых обвинений во всех смертных грехах и вопросов, не требующих ответа, полился с удвоенной силой.

— Вот вы мне скажите, капитан, как умный, не сомневаюсь в этом, человек — зачем вообще кому-то проворачивать такой сложный план, ради чего? Для того, чтобы похитить спейсер? А что делать с ним дальше? Продать его невозможно, на металлолом распилить тоже — ну какой смысл вообще хоть кому-то воровать спейсер?

А вот это прямо шах и мат. Виктор наконец-то вспомнил про козырь, о котором я ему рассказал, и вытащил его из рукава, не просто загрузив капитана потоком ничего не значащих фраз и беспочвенных обвинений, а заставив его действительно задуматься о нелогичности такого поведения.

Ведь в самом деле — решиться на похищение спейсера могут лишь те, кому нужен спейсер.

А он — ну, объективно — никому не нужен!

А между делом остальные корабли постепенно стягивали ловчую сеть вокруг конвоя, как колония пауков, обладающих одним на всех разумом.

Ещё в тот момент, когда по всей сети разошлось сообщение о том, что конвой обнаружен, все, кроме «Алого» и его «сопровождения» моментально перешли в режим радиомолчания и тем самым обезопасили себя от обнаружения на дальних и средних дистанциях. Сами, конечно, тоже были почти что слепы, но для нас это не было такой уж большой проблемой — мы уже могли увидеть цель просто глазами.

Мы уже приблизились настолько, что даже корабли охранения стало возможно рассмотреть невооружённым взглядом, а значит, и они могли рассмотреть нас, даже несмотря на то, что мы предприняли все усилия к тому, чтобы это произошло как можно позже. Просто за счёт того, что корпуса кораблей, как над ними не работай, всегда будут возвращать часть направленного на них излучения. И когда-то эта часть вернётся обратно на антенны радарной системы.

И, так как ничего не могло длиться вечно, это наконец свершилось.

В трансляции с борта «Алого» послышался новый голос — тонкий, молодой, кажется, девичий, и оттого отлично слышный:

— Капитан! Нас окружает огромное количество кораблей в режиме радиомолчания! Они со всех сторон, их десятка три!

Ещё мгновение радиоканал был открыт, а потом его закрыли, явно с борта «Опалового».

А ещё через мгновение его едва заметный на фоне бархатной черноты космоса силуэт слегка подсветился — это был одновременный залп из всех бортовых орудий.

Судя по отсутствию хоть какого-то временного зазора между концом трансляции и выстрелом — залп был направлен туда же, куда были направлены все пушки, то есть, по «Алому»,

А значит — наше время кончилось.

Поэтому я перевёл взгляд на Кори и улыбнулся:

— А вот теперь — поехали!

И Кори, радостно оскалившись, толкнула оба рычага от себя.

Глава 15

Все системы корабля активировались на полную мощность — больше скрываться было незачем.

Магнус, как мы и договаривались ещё на стадии планирования, ещё на базе, вывел данные с радарного поста на половину лобовика, оставляя вторую половину нетронутой, чтобы Кори видела, куда вести корабль. Не то чтобы это было нужно прямо сейчас, но зато теперь мы в реальном времени могли наблюдать, что происходит непосредственно вокруг нас и одновременно — следить за обстановкой в более широком диапазоне.

Развернувшееся перед нами радарное поле напоминало то ли растревоженный улей, то ли какую-то диковинную видеоигру, правила которой непонятны в той же степени, что и условия победы.

Корветы Администрации бросились врассыпную от своего эсминца, пытаясь навязать кораблям «Шестой луны» ближний бой и увести их подальше от главного судна, в то время как оно само выясняло отношения с «Алым».

Баржа, что следовала за конвоем на небольшом отдалении, тоже не осталась в стороне от боя — несмотря на то, что формально её функцией было лишь снабжение конвоя всем необходимым во время долгого пути, от туалетной бумаги до боеприпасов и запчастей для мелкого ремонта. Некоторым количеством орудий она обладала тоже, и сейчас все эти орудия стреляли по москитному флоту «лунатиков». По мощности они и близко не стояли с орудиями «Опалового», но слаженного залпа двух-трёх пушек вполне хватило бы любому из «наших» кораблей, чтобы лишиться или почти лишиться щита, а там и до полного пробоя недалеко.

Радарное поле моментально заполнилось до отказа, количество засечек превысило все возможные ожидания. Начиная от крупных кораблей и заканчивая кинетическими и плазменными зарядами, которые на такой дистанции тоже засекались на отлично, хоть и быстро пропадали за краем сканируемой области.

Всё металось и змеилось на лобовике так быстро и ярко, что я едва успевал следить.

В радиоэфире появились первые сообщения и приказы:

— Я «Кориолис», меня захватили в слежку! Не могу понять, кто из них!

— «Кориолис», я «Зефир», уходи за меня, повторяю, уходи за меня!

— Я «Брокер», у меня на хвосте одна из шавок Администрации, не могу сбросить, помогите кто-нибудь!

— «Брокер», держись! «Ангел», «Гаджет», помогите ему! — я тоже вступил в переговоры, внимательно вглядываясь в происходящее на радарном поле, где «наши» корабли имели свои позывные. — Используйте преимущество, используйте то, что вас много! Не позволяйте им сосредоточиться на одном корабле, делите урон между собой!

— «Ангел» да!

— «Гаджет» да!

Две зелёных точки на радарном поле резко дали в сторону и пристроились в хвост паре из ещё двух точек — зелёной и красной.

Скремблеры, в которых покопался Кайто обеспечивали не только уверенность в том, что наши переговоры не перехватят, но и определение того, кто свой на радаре, а кто чужой. В сущности, это была всё та же администратская система «свой-чужой», просто Кайто поменял местами эти два понятия, «перекрасив» точки наоборот.