Антон Кун – Род Корневых будет жить! Том 8 (страница 41)

— Я не хочу быть обузой! Я слишком… Володю… Я не хочу, чтобы он ненавидел меня за то, что вынужден жениться… — последние слова она проговорила уже сквозь слёзы.

Полина тут же повернулась ко мне и заявила:

— Ну почему ты такой бессердечный! Чурбан бесчувственный! Разве не видишь, что Ян Лин любит тебя? А ты обидел её!

Я признаться вообще не понимал, в каком месте обидел её. И не понимал, что случилось с Полиной — она сейчас сидела рядом с Ян Лин. Обнявшись, девушки рыдали в три ручья.

Пока мы тут выясняли отношения, Аристарх Петрович и Мо Сянь тихонько беседовали. И едва наступило небольшое затишье, как Аристарх Петрович сказал:

— Есть ещё способ!

Его слова были как спасательный круг. Потому что ещё чуть-чуть, и я сошёл бы с ума!

Все взоры снова обратились на адвоката, и он, дождавшись полнейшей тишины сказал:

— Мы можем оформить отсроченный брак. То есть, будет проведена церемония, но она будет не завершённой. Срок для завершения мы можем не указывать. Но можем поставить условие. Что-то типа брак будет завершён по приезду новобрачных в Россию. Будто нужно выполнить обряд и со стороны жениха. Выполните вы этот обряд или нет, это ваше дело. Но пока обряд не завершён, вы не будете являться мужем и женой и можете в любой момент расторгнуть помолвку. Ну а так как обряд частично проведён, то вроде как семья. Единственное, Ян Лин не сможет выйти за другого, пока помолвка не будет расторгнута. Ну а для надёжности можно оформить вассалитет. Если уж использовать возможности, то все. — И Аристарх Петрович посмотрел на Мо Сяня: — Правильно я говорю?

Мо Сянь кивнул.

— Брак без брака? — усмехнулась Синявская. — Вот что меня восхищает в тебе, Аристарх, так это твоя способность находить неожиданные выходы из безвыходных ситуаций.

Я тоже усмехнулся. Получалось, что я наложил лапу, обозначил моё. А потом как собака на сене — и сам не ем, и другим не даю. А что, это выход.

— Что скажешь, Ян Лин? — спросил я у девушки.

Мне показалось, она плохо соображала от волнений. И потребовалось некоторое время, чтобы она смогла собрать мысли в кучу.

Я не торопил её, потому что сейчас решалась её судьба, и она должна принять решение самостоятельно.

Наконец, Ян Лин успокоилась и негромко сказала:

— Если это не затруднит Володю и не создаст ему дополнительных проблем…

— Никаких проблем! — тут же ответил я. — Если ты согласна, то давай проведём незавершённую церемонию. Ну и я не буду требовать от тебя близости, так как женой в полной мере ты мне не будешь.

— Отлично! — Синявская хлопнула в ладоши. — В таком случае нам нужно обсудить детали соглашения и назначить день свадьбы. Причём, всё должно быть по-настоящему, иначе нам не поверят.

Все, включая Полину, согласились.

Потом было долгое обсуждение договоров: брачного и о вассалитете, обсуждение деталей свадьбы — оказалось, что у Ян Лин всё готово из нарядов и украшений для дома. А также есть запасы угощения — бандиты, вырезавшие клан Ян, к счастью, не сильно грабили усадьбу. В общем, пир по случаю свадьбы будет. Естественно, мы пригласим алхимиков, чтобы они удостоверились в серьёзности наших намерений.

Брачный договор мы тоже решили торжественно подписать. Только там будет пункт, что договор вступит в силу после того, как церемония бракосочетания будет завершена. Так сказать, читайте написанное мелким шрифтом, хех…

Что касается Полины, она, поняв, что Ян Лин женой мне на самом деле не будет, приняла в подготовке к свадьбе самое деятельное участие.

Со свадьбой решили не тянуть, потому как нам нужно возвращаться домой — время-то идёт. К тому же ещё мне нужно выяснить про Аю. И освободить её, если потребуется.

Готовясь к свадьбе, я время от времени разговаривал с Синявкой. Но помочь мне он не мог. И сильно скучал по своей королеве. Я тоже переживал за неё.

Наряжать дом мы начали в тот же день. Красные широкие ленты, большие цветы — тоже красные. Ими были украшены все здания. Но ярче всего, конечно, главное здание — то самое, где потом состоится пир.

Не менее ярко украсили семейный храм, где должна будет пройти церемония.

Мо Сянь учил меня правилам и разным нюансам, которые очень важны в Китае.

Я всё ждал от него хоть какой-то оценки моему поступку, но Мо Сянь был абсолютно невозмутим. Лишь однажды сказал:

— Спасибо!

— За что? — не понял я.

— За то, молодой господин, что вы не оставили молодую госпожу. Одна бы она не справилась с ситуацией.

Я пожал плечами:

— Я знаю. Потому и сделал как есть.

Полина помогала мне с нарядом. Решили для большей достоверности обрядить меня в свадебный наряд — какой и положен. Красный, вышитый золотом, длинный халат с широкими рукавами поверх красного же платья. Мягкие войлочные сапожки, тоже красные. На голове небольшая шапочка со шпилькой. Шапочка завязывалась под подбородком.

Полина с помощью Ян Лин нашла портного, заказала ему одежду. Потом следила, чтобы всё на мне сидело хорошо.

Ян Лин помогали остальные девчонки. И так это их увлекло, как будто это была настоящая свадьба.

Аристарх Петрович готовил договора — брачный и вассалитета. Синявская с Мо Сянем, Валентином Демьяновичем и Ян Лин составили список гостей, подписали им красивые пригласительные, которые потом разнесли.

Пригласительных было до фига! Я в какой-то момент разозлился — зачем столько?

Но Аристарх Петрович сказал:

— Чем больше, тем лучше! Нужно, чтобы об этой свадьбе говорили как можно больше людей. Она должна прозвучать так, чтобы отзвуки донеслись до самой китайской столицы! Да и до русской тоже не помешает! — последние слова он произнёс негромко и как-то зло.

Глава 30

— Что за фарс он устроил?! — бушевал Пётр Алексеевич Романов.

— А что не так? — с усмешкой ответила Екатерина Петровна. — Увеличивает славу Российской империи. Разве не этого ты хотел, отец?

— Да какая слава?! — возмутился Пётр Алексеевич. — Не неси чушь!

— Разве ж это чушь? Алхимик третьего ранга. Женится на наследнице крупного китайского клана. Налаживает международные связи…

Екатерина Петровна явно наслаждалась новостью, которую вот только прислали голубиной почтой.

А вот её батюшка Пётр Алексеевич явно не был рад.

— Скажи ещё, что я должен ему орден дать, — фыркнул он.

— А почему нет? — пожала плечами Екатерина Петровна.

— Да как ты не понимаешь? — возмутился Пётр Алексеевич. — Пока он был никем, я мог прижать его. А теперь что?

— А теперь тебе придётся с ним считаться! — пожала плечами Екатерина Петровна.

— Думай, что говоришь! Он ублюдок! Как я могу с ним считаться? — Пётр Алексеевич прошёлся по комнате, заложив руки за спину. Остановившись перед дочерью, он сказал: — Если он сможет заполучить артефакт, то нашей власти придёт конец!

— Не надо быть таким жадным, отец, — негромко ответила Екатерина Петровна.

— Свадьба? — удивлённо переспросил брат императора. — Кто допустил?

Посланник низко поклонился.

— Ваше высочество, у нас не было возможности повлиять, смиренно произнёс он.

— Как не было? Он подданный другой страны, у него другое вероисповедание… Поднимите людей, пусть устроят бунт! Мне вас учить нужно что ли?

— Ваше высочество, это невозможно. Он алхимик третьего уровня, — голос посланника оставался невозмутимым, хотя руки его, сложенные в приветственном жесте, заметно дрожали.

— Откуда такая информация? — насупился брат императора. — Вы проверили её?

Посланник поклонился ещё ниже.

— Этот подданный самолично вручил ему нефритовую табличку мастера алхимии третьего уровня.

— Почему? — спросил брат императора.

Посланник молча достал из широкого рукава нефритовый флакончик и протянул его брату императора.

Тот откупорил флакончик и высыпал на ладонь две пилюли. Одна была чистейшего голубого цвета. Настолько чистого, что вокруг неё разливалось сияние. А вторая пилюля была словно клубок из разноцветных нитей. Цвета нитей так же были необычайно чисты.