Антон Кун – Род Корневых будет жить! Том 7 (страница 27)
А моя ци уже неслась по новому маршруту. Точнее, по тому же, что и раньше — меридианы, печь дан, змеиное кольцо. Лишь теперь добавился ещё один пункт — сиреневое кольцо из чёрной шкатулки кукловода.
Что касается ядра, то оно ушло на поглощение кольца.
Новая чёрная ци тоже напитывала сиреневое кольцо. Всё больше и больше!
И в тот момент, когда марионетки хлынули на нас, Шаман заорал в моей голове:
«Активируй!»
И я активировал. Не задумываясь. Точно так же, как раньше активировал духовное кольцо змеюки.
От меня во все стороны пополз сиреневый туман.
И я, глядя на него как безумный, запел:
Едва я пропел эти строки, как послышался металлический стук — на землю упали замки и цепи.
Надо было выводить людей из клеток, но Мо Сяню и Аристарху Петровичу пришлось взяться за оружие и отбиваться от марионеток, лезущих друг на друга в попытке достать нас.
Кукловод продолжал стоять в дверном проёме и чего-то шептал, делая пассы руками. Было понятно, что ещё чуть-чуть, и он нас атакует магической техникой.
Нужно было срочно что-то предпринять. А потому я достал отцовский меч, и прошептав лезвию:
— Не подведи! — швырнул меч в кукловода.
Жалко, конечно, меч — потеряется ещё! Но жизнь дороже. С другой стороны, у меня оставался меч из ци — силами кукловода я уже вполне мог создать меч, ци хватит! А во-вторых, кукловод, стоя среди марионеток, видимо, чувствовал себя защищённым. А потому стоял спокойно и не двигался — хорошая цель. Вот я и рискнул.
Мой меч достал кукловода и сбил его технику.
Следом произошло ещё одно событие — мимо меня пронеслась рыжая молния и с диким мявом вцепилась в лицо врага и когтями, и зубами.
Марионетки замерли, как будто разом забыли, как двигаться.
И я, не тратя время даром тоже рванул к кукловоду и проткнул его мечом ци.
Кукловод несколько долгих секунд удивлённо смотрел на меня, потом с усилием перевёл взгляд на своих марионеток. Хотел что-то сказать, видимо, в очередной раз отдать приказ убить нас.
Но ни я, ни Шаман не стали ждать, пока он усложнит нам жизнь.
Шаман укусил кукловода за нос, а я рванул меч вверх, вспарывая врагу брюхо. И потом, когда Шаман отскочил от упавшего кукловода, я сделал контрольный удар в шею, вскрывая гортань, трахею и, судя по хлынувшей фонтаном крови, сонную артерию.
Кукловод умер. Следом окончательно умерли и все его марионетки.
Сразу стало как-то спокойно и тихо.
Мы начали выводить пленных на воздух, в сад цветущих слив.
Шаман не отходил от меня ни на шаг — крутился вокруг ног. Приходилось следить, чтобы не оттоптать ему хвост.
Выведя людей, я решил, что мы вполне имеем право на компенсацию. В конце концов были схвачены наши люди.
Поэтому я вернулся в лабораторию и не глядя сложил в свободную ячейку ремня-артефакта все шкатулки с той полки, на которой раньше лежали теперь уже мои ядро и кольцо. И ещё по совету кота несколько предметов с других полок тоже отправил в ремень артефакт. И с кукловода тоже забрал пространственное кольцо.
Но я сильно не жадничал — не хватало ещё дождаться какой-нибудь стражи. И что мы им скажем? Пришли к человеку домой, убили его самого и его слуг? Так что ли?
В общем, пограбив слегка, я вышел в сад к остальным.
На улице люди уже начали приходить в себя. Чужих мы отпускали по домам. А Валентину Демьяновичу и медсестричкам помогли сесть на коней. Кота я сам лично держал в руках, не доверяя никому!
Потом сели сами позади спасённых и поехали.
Но отъехали не далеко — дорогу перегородила городская стража. Дождались-таки!
Глава 17
Увидев стражу, мы остановили коней. И не успевшие уйти освобождённые нами люди столпились вокруг нас.
— Кто такие?! — рявкнул стражник, видимо старший.
Аристарх Петрович, позади которого сидел чуть живой Валентин Демьянович, тронул поводья, и его конь выступил вперёд.
— Мы члены экспедиции из Российской империи! — гордо заявил адвокат.
— Что вы тут делаете? — не сбавляя тона спросил стражник.
— Гуляем перед сном! — не менее высокомерно ответил адвокат. И добавил с презрением: — Что не видно, что ли?
Стражник подозрительно оглядывал нас и столпившихся вокруг нас испуганных и измождённых людей — некоторые, похоже, давно уже сидели в клетках кукловода.
А Аристарх Петрович тем временем с раздражением продолжал:
— Мы вынуждены выразить протест! Наши люди подверглись нападению и были похищены! Где была стража, когда их похитили? Почему нам самим пришлось освобождать их?!
Если в первый момент, когда Аристарх Петрович начал грубить, я удивился, то потом сообразил: разговор с позиции силы — это лучшее, что сейчас мы можем сделать!
И порадовался, что адвокат на нашей стороне. Не дай боги такого умного и хитрого противника! Он ведь всё вывернет так, что ты ещё и виноват окажешься! Как например, сейчас стража вынуждена была оправдываться. Потому как международный скандал и всё такое.
К старшему стражнику подскочил щупленький подчинённый и что-то прошептал на ухо.
Старший изменился в лице и тут же, сложив руки перед собой, как это всегда делал Мо Сянь, поклонился:
— Эти стражники приносят свои извинения господам культиваторам. И в знак уважение мы готовы проводить вас.
Аристарх Петрович поморщился, потому что в наши планы точно не входило вести стражников к карете. С другой стороны, отказ от сопровождения после нашего заявления о нападении будет выглядеть странно.
— Хорошо! — сказал Аристарх Петрович. — Нужно только отпустить людей, которых мы освободили!
— Мы так и сделаем! — с поклоном ответил стражник и сделал знак своим подчинённым.
Они, не тратя времени, приказали спасённым следовать за ними.
Меня их судьба не интересовала. Мы освободили их из лап кукловода, что ещё мы могли для них сделать?
Но спасённые люди, прежде чем уйти, поклонились нам.
Вперёд выступил один старик, которого все местные приняли за старшего, с поклоном спросил у Аристарха Петровича:
— Чем мы можем отблагодарить вас за наше спасение?
Адвокат ответил с достоинством:
— Между нами нет долгов! Живите и радуйтесь жизни!
На что старик ответил:
— Уважаемый, я старейшина соседнего города Турфан. Позвольте мне в знак благодарности пригласить вас и ваших товарищей к нам на пир по случаю нашего освобождения! Не отказывайте нам, я прошу.
Одновременно вместе со старейшиной поклонилось ещё, наверное, половина спасённых:
— Не отказывайте нам, просим вас!