Антон Кун – Род Корневых будет жить! Том 6 (страница 26)

— Ты же последним среди нас видел Настю, — сказал Глеб.

— Опять двадцать пять! — разозлился я. — Я не знаю, где Настя!

И я даже не соврал! Я действительно не знал где медведь с Настей! По моим расчётам они уже должны были уйти с завода. Хотя вполне возможно, что ждут весны. Потому что если в феврале кто увидит медведя, то решат, что шатун. А с шатунами тут разговор короткий — устроят облаву, навалятся всем миром и не устоит мишка — задавят числом. И все его ступени культивации не помогут ему.

Чтобы перевести разговор на другую тему, я спросил:

— А что это за обереги такие и с чем их едят? Я просто не сталкивался с ними.

— Ну это не мудрено, что не сталкивался, — ответила Анна. — На низких ступенях культивации они бесполезны.

— Странно, — пробормотал я. — Обереги вроде должны оберегать. Если смотреть на значение слова. А значит, они нужны в первую очередь тем, кто слабее.

— Для обычного человека оберег — это просто рисунок или орнамент, — начала терпеливо объяснять Анна. — Человек может даже думать, что этот орнамент защищает его… Но только если у человека достаточно ци, он может наполнить ей оберег, и тогда раскроются по-настоящему защитные свойства. Ну или другие, в зависимости от действия оберега.

— Орнамент или рисунок? — уточнил я.

— Ну вот смотри… — И Анна расстегнула шубку.

На её рубашке по вороту был вышит узор. Вроде бы незамысловатый, но красивый в своей уравновешенности и гармонирующий со всей остальной одеждой.

Когда я глядел на этот узор, мне хотелось немного отодвинутся, увеличить дистанцию. Посмотреть на него с расстояния…

— Это оберег защиты, — сказала Анна. — Он защищает меня и не позволяет никому застать меня врасплох. А если кто захочет, то почувствует дискомфорт и вспомнит о каком-то неотложном деле.

— Кстати о неотложном деле, — со смешком сказал Глеб. — Мы ведь в столовую шли! Такими темпами она закроется, а мы останемся голодными!

После слов Анны, слова Глеба прозвучали двусмысленно, и все засмеялись.

— Кстати, Глеб прав! — вмешалась Полина. — Надо идти.

— Договорим по дороге и в столовой? — предложила Анастасия.

Степан тут же закивал:

— Хороший оберег получился!

— Да я не из-за оберега! — возмутилась Полина.

И все снова засмеялись.

Полина обиделась и сказала:

— Ну и оставайтесь! А я пошла! — Но отошла она недалеко. Быстро вернулась и взяла меня под руку. — Пойдём обедать! Тебе нужно хорошо питаться! Чтобы поскорее набраться сил!

И я решил поддержать подругу детства.

— Действительно, пойдёмте! Марта, Степан, вы как? Обедали уже или ещё нет? Анна, пойдёшь с нами? Я хотел тебя ещё про обереги расспросить.

Не только у меня было желание послушать про обереги. Ребята тоже хотели.

Анну быстренько окружили, и мы отправились в столовую.

Я шёл, слушал Анну, и понимал, что на одного человека в моей команде точно прибавилось. И не только потому, что у Анны было помещение, где мы могли бы заниматься, но и её знания про обереги мне были очень интересны. Хотя я не торопился давать своё согласие на то, чтобы Анна занималась с нами. И причина, думаю, понятна.

Вспомнив, с какой силой Анна держала меня за плечо, когда мы с ней только познакомились, я спросил:

— А для увеличения силы тоже обереги есть?

— Конечно! — ответила Анна. И повторила: — Только они по-настоящему раскрываются на высоких ступенях культивации!

Меня, если честно её слова про высокие степени культивации начали раздражать. И я спросил прямо:

— А высокие степени — это какие?

— Ну, для разных оберегов разный порог… Самые простые начинают работать с четвёртой ступени.

Я хмыкнул:

— С четвёртой?

Анна отреагировала на мою ухмылку. Она внимательно посмотрела на меня и спросила:

— А у тебя какая степень культивации ци?

— Какая бы ни была, она моя! — с вызовом ответил я. Ну не хвастать же направо и налево своей пятой ступенью? Потому как ступень ступенью, а против серьёзного противника мне не выстоять.

Анна кивнула и больше задавать вопросов не стала.

Всё время, пока мы обедали, продолжали разговор про обереги. Оказывается, их можно наносить хоть на что: на одежду, на оружие, на предметы быта, на стены дома и даже на тело!

Я сначала хотел спросить, как это — на тело? Но потом вспомнил про татуировки.

Однако, с татуировками дело серьёзное. Если одежду или оружие испортишь, то обидно, конечно, но это только лишняя трата денег. А вот если неправильно нанести татуировку на тело или выбрать неподходящий рисунок, то можно всерьёз пострадать. Тело — не затупившийся меч! Его не выбросишь, на новое не заменишь!

За разговорами незаметно закончился обед. И Василь предложил:

— Может, сходим, лабораторию посмотрим?

— Конечно! — оживилась Анна.

И повела нас к стоящим рядком домикам для клубов, лабораторий и других учебных целей.

Помещение, которое было выделено Анне, находилось ближе к парку и немного в стороне от всех остальных.

Анна открыла замок и впустила нас.

Комната была довольно большой. Свободной в центре. В ней было выделено несколько зон — для шитья, для работы с деревом, для работы с металлом. Был и химический стол — заставленный химической посудой и склянками с реактивами и различными веществами. А ещё за занавесками было две комнатки.

— Это кладовки, — сказала Анна, махнув рукой на занавески. — А вон там… — Анна показала крючки у входа. — Там вешалка, снимайте шубы, проходите!

Пока мы раздевались и разувались, Анна принесла из кладовки длинную доску.

Данила со Степаном тут же кинулись к девушке и забрали доску у неё.

— Вот сюда на эти стулья кладите! — распорядилась она.

Парни положили доску на два стула. Получилась скамья.

Тем временем Анна принесла широкий чистый половик и застелила только что сооружённую скамейку.

— А вот и сиденье! — сказала девушка. — Можно ещё одну скамью сделать…

На этот раз парни пошли с ней в кладовку и уже сами принесли вторую доску.

Точно так же ещё два стула превратили в скамью. Причём, разместили её параллельно первой. Так, чтобы сесть можно было лицом к лицу.

Это, конечно, не круг, но всё-таки комфорта больше, чем когда все набивались в мой закуток в медблоке.

Мы расселись. И разговор стих. Как-то получилось, что и говорить-то особо не о чем.

Нет, конечно, есть о чём! Вот только слова не шли.

— А нас никто не потревожит? — спросил я Анну.

— Нет, — ответила она. — И потом, мы можем закрыться. Когда у меня сложный заказ, который требует большого внимания, то я просто закрываю дверь на крючок. А если учесть, что на двери у меня тоже есть оберег, то никому и в голову не придёт стучать.

Я вспомнил, как мне хотелось отодвинуться, когда я увидел узор на её рубахе.