Антон Кун – Род Корневых будет жить! Том 3 (страница 38)
Я вспомнил, как она гоняла меня на площадке и сразу же поверил ей.
— Что ж, раз тебя интересует Мо Сянь, значит, позовём Мо Сяня! — сказал я.
— Да причём тут Мо Сянь?! — вспыхнула Марта.
И убежала наверх.
А я растерялся. Вот не понимаю я девушек! И чего им надо?
Глава 24
После обеда я дал друзьям полчаса на отдых — чтобы жирок завязался. А потом пригласил идти на тренировочную площадку.
Думал, что Глеб с Данилой ворчать будут, но они с удовольствием пошли собираться.
А я, позвав Мо Сяня, который обедал с нами, отправился к своему управляющему.
— Егор Казимирович, — попросил я, едва мы зашли в контору, где управляющий в последние дни проводил большую часть времени. — Извините, что отвлекаю, но тут дело, не терпящее отлагательств.
— Слушаю, Владимир Дмитриевич! — управляющий тут же отложил бумаги.
Хороший он человек всё-таки! Зря я подозревал его в предательстве!
— На меня было очередное покушение, — сразу же сообщил я двум своим самым доверенным людям.
Мо Сянь и Егор Казимирович слушали меня внимательно, не перебивали.
— Как вы понимаете, я с угрозой справился, — сказал я, и оба мужчины кивнули. — Но теперь нужно что-то сделать с телом убийцы.
— Где тело? — тут же спросил Егор Казимирович.
— Закройте дверь, чтобы никто случайно не зашёл, — попросил я.
Когда дверь была заперта, я, задёрнув шторки на окне, достал из хранилища в ремне тело княжны Таракановой.
— Ничего себе! — присвистнул Егор Казимирович. — А вы уверены, что она хотела убить вас?
— Уверен! — ответил я. — Вот этим, — и достал из другого хранилища стилет, завёрнутый в полушубок. Выждав немного, я добавил: — Она из гильдии наёмных убийц.
В конторе было тихо, а стало ещё тише.
— Тогда у нас серьёзные проблемы, — спустя долгие несколько минут сказал Егор Казимирович.
— Я это понимаю, — ответил я. — Потому и пришёл к вам за советом. Что будем делать?
— Для начала уберите тело обратно… Туда, где оно только что было, — попросил Егор Казимирович. — Чтобы никто случайно не увидел. Чем меньше людей будет знать, тем лучше.
Я хотел уже было снова отправить тело в ячейку ремня, но потом решил сначала обыскать. Как минимум взять ножны для стилета. Ну и так может что нужное найду, но Мо Сянь меня остановил:
— Нет, молодой господин! Не трогайте! Лучше отказаться от трофеев!
— Почему? — поинтересовался я, так как уже положил глаз на стилет.
Понятно, что это оружие убийц, но это было красивое оружие. К тому же яд, воздействующий на ци, делал его очень полезным в драке с магами.
— Если она действительно из гильдии наёмных убийц, то все предметы могут иметь защиту от чужих рук. Так сказать, защита от мародёров, — пояснил Егор Казимирович.
Это был аргумент.
Однако Мо Сянь уже предупреждал меня, что вещи чёрного колдуна могут нанести мне вред. Но вот он ремень, я его ношу и очень успешно использую. А ещё я использую перстень! И даст бог, буду использовать кулон, подчиню его и…
Так что, наверняка и тут есть лазейка. Просто нужно быть осторожным, не хватать всё подряд.
— Я потихоньку… — ответил я и для начала прохлопал тело княжны на предмет спрятанных артефактов или оружия.
Ножны я нашёл сразу же — карман в юбке был с секретом. Но, чтобы достать их, юбку нужно было снять.
Как-то неудобно раздевать труп девушки, но другого выхода я не видел. Разве что разрезать ткань…
Взяв канцелярский нож, я распорол ткань и освободил ножны. А потом, двигая ножны канцелярским ножом, я осмотрел их на предмет секретов. Потому что хорошо помнил, как княжна нажала на камень в кольце…
На самих ножнах ничего опасного не нашёл. А вот в креплении были некоторые сложности.
Ножны крепились к рифлёному рунами ремню, который удобно лежал на девичьих бёдрах. Любой мародёр позарился бы на такой ремень. Его можно хорошо продать.
Любой, но не я.
Вспомнилось из сказки про Конька-горбунка: укради, Иван, златогривого коня, только сбрую не трожь…
Вот и я не стал трогать сбрую, а, перерезав ремень всё тем же канцелярским ножом, освободил ножны.
После тщательного осмотра ножен и стилета мной и Мо Сянем, положил стилет в ножны и убрал их в хранилище. Яд запечатан, поэтому убрал без тулупа. А тулуп велел вывесить на мороз, пусть вся дрянь, что впиталась в него от стилета, выветрится хорошенько.
На княжне было не много украшений, но все они были изысканными, выглядели дорого. Снимать их я поостерёгся — слишком ярка ещё была в памяти смерть княжны. Так что, наверняка и украшения с сюрпризами. И тут пока не знаешь, как оно работает, лучше не трогать.
Да и камушки эти вполне могут стать уликами, так что жадничать не будем.
И я убрал тело.
Егор Казимирович и Мо Сянь облегчённо выдохнули.
— Нужно подумать, как избавиться от тела, — сказал я. — Не могу же я всё время носить его с собой?
— Попробовать сжечь, как тело колдуна? — предложил Мо Сянь.
Егор Казимирович удивлённо посмотрел на нас.
Я почесал нос и признался:
— Это уже не первое нападение…
Егор Казимирович покачал головой и попросил:
— Пожалуйста, держите меня в курсе таких происшествий.
— Хорошо, — пообещал я. И повернулся к Мо Сяню: — Я думал насчёт того, чтобы сжечь. Но мне кажется, нужно где-то подальше от усадьбы.
— Вы правы, молодой господин. Так будет лучше, — поклонился китаец.
— Надо сделать всё так, чтобы даже если будет разбирательство, на нас подозрения не упали, — добавил Егор Казимирович.
— А разве смогут определить, чей труп сожгли? — удивился я.
— В гильдии наёмных убийц свои методы, — вздохнул управляющий.
— Тогда нужно выбрать время и место, — подвёл я итог разговору.
— Я подумаю, — пообещал управляющий. — И насчёт гильдии наёмных убийц тоже подумаю.
— Хорошо, спасибо большое! — поблагодарил я своего управляющего и повернулся к Мо Сяню: — Пойдём? Там поди уже Глеб с Данилой и Марта замёрзли на тренировочной площадке, ожидая нас.
— Хорошо, молодой господин, — поклонился Мо Сянь.
И мы отправились на тренировку. Но прежде Мо Сянь сходил за деревянными мечами.
Глеб с Данилой и Марта ждали нас с Мо Сянем на тренировочной площадке. И они действительно начали подмерзать — стояли и дрожали. Точнее дрожали парни. Потому что Марта активно двигалась и её мышцы, похоже, были уже разогреты.
— Вы чего так долго? — напустился на нас Глеб.