Антон Кун – Род Корневых будет жить! Том 2 (страница 21)

А то, что дела эти однозначно не сердечные, было видно сразу. Да и тройничок как-то не вписывался в картину. Значит, явно деловые отношения. А потому мне они были интересны. Но как выяснить, я пока не знал.

Не придумав ничего лучше, я спросил у сидящей рядом с княгиней Разумовской княжны Полины:

— Не сильно утомились в дороге?

— Спасибо, не сильно, — раздался хрустальный голосок.

Это были первые слова, которые княжна произнесла с тех пор, как сошла с поезда.

И тут я подумал: какой же я болван — не расспросил у Фомы Сергеича, чем интересуется княжна. Что ж, придётся самому выяснять.

— Вы в первый раз у нас? — снова спросил я.

Княжна Полина с удивлением взглянула на меня и холодно ответила:

— Мы с матушкой приезжали уже в прошлом году.

В моей голове бурей пронеслось: судя по интонации, с которой княжна Полина ответила мне, она уже общалась с настоящим Володей Корневым. Чёрт! Вот ведь засада! Я понятия не имею о чём они там разговаривали. И при этом должен реагировать так, как будто знаю!

А потому замолчал, чтобы не наговорить лишнего.

На моё счастье, Умка поднял голову и начал нюхать воздух, поводя при этом ушами.

Воображение тут же нарисовало поджидающие нас толпы волколаков или лютых мертвецов. Ну или какой-нибудь другой хрени.

— Мне кажется, впереди что-то есть, — сказал я.

Глаза Анны Леопольдовны тут же засветились азартом, хотя лицо осталось таким же непроницаемым. Княжна Полина лишь склонила голову, скрывая свои чувства и мысли.

Что касается Фомы Сергеича и Петра Ильича, они на мои слова не отреагировали. Во всяком случае внешних проявлений я не заметил.

Лошади пробежали ещё немного, и вдруг остановились, заржали и подали назад.

Даже мне не специалисту было видно — если бы лошади смогли, они бы ринулись в обратную сторону.

— Чёт обнаглели совсем, — проворчал Фома Сергеич. — Уже среди бела дня нападают! Простите Анна Леопольдовна за небольшую заминку.

Фома Сергеич, а следом и Пётр Ильич покинули карету и вышли впереди лошадей, явно готовясь защищать нас.

Мы с Умкой тоже вышли, хотя я понятия не имел, что делать. Более того, я ещё не видел, кто на нас напал. Но я уже чувствовал напряжение и волнение ци.

Не знаю откуда, но пришло понимание, что потоки ци должны оставаться ровными и продолжать течь, что бы ни произошло. А потому я сделал несколько дыхательных упражнений и приготовился умереть со спокойной ци. Потому что и китаец, и меч остались дома.

Зато на дороге впереди появились несущиеся во весь опор волколаки.

Шерсть на холке Умки вздыбилась. Мой демонический волк был готов драться ни на жизнь, а на смерть.

Как, впрочем, и княгиня Разумовская с Полиной — они тоже сошли с кареты и встали рядом с нами, готовые к бою. Такие вещи сразу чувствуешь.

Волколаки быстро приближались.

Княгиню окутало серебристое пламя. Но она не тронулась с места. Лишь слегка повернула голову к Полине и сказала:

— Давай, девочка! Я посмотрю, чему тебя научил твой репетитор. Не зря ли я плачу ему деньги.

Полина кивнула княгине и, разминая пальцы, спокойно вышла вперёд. Я понял, что она одна будет драться с волколаками.

Это было дико — тонкая хрупкая девушка выходит на бой. А взрослые остаются позади.

Я не мог этого допустить, поэтому тоже вышел и встал впереди Полины.

— Ты мне будешь мешать! — высокомерно произнесла Полина.

— Правда, что ли? — усмехнулся я через плечо. — Это ты будешь мне мешать, девочка!

Нет, я не забыл, как свалился с частокола прямо под ноги волколаков и лютых мертвецов. Я прекрасно помнил, что моя самонадеянность стоила жизни хорошим парням. Но допустить, чтобы меня защищала девчонка! Да я лучше сдохну!

Умка был рядом со мной — готовый к бою.

Так мы и встретили волну волколаков.

Первые твари врезались в нас, но были отброшены. Полина их замораживала и разбивала заледенелые бошки. А я… Я уклонялся, хватал за уши и отправлял в полёт. А потом бил что есть силы. Так, словно в руках у меня был меч. Не простой, а отлитый из алой ци. И как ни странно, мой воображаемый меч на самом деле разрубал волколаков.

Думать о том, что происходит, было некогда. Я едва успевал рубить направо и налево.

Я чувствовал зверей. Мне не нужно было их видеть. И это позволяло уклоняться, ускользать, пропускать удары монстров мимо себя. И в то же время самому наносить смертельные удары. Я словно был на тренировке с Мо Сянем и глаза у меня снова были завязаны. И я учился доверять себе.

Хоть моё алое ядро и было результатом слияния чёрного и золотого ядра, но качества обоих оно сохранило. Поэтому ци убитых мною монстров вливалась в меня, делая меня сильнее.

К счастью, лишняя ци переливалась в запасной резервуар, который после слияния ядер стал больше.

Хотя, это ци в моём теле прибывала. А вот физическое тело было не таким тренированным, и вскоре я начал уставать.

Но я продолжал драться и следить за княжной, чтобы она не пострадала.

И за Умкой тоже продолжал следить — он рвал монстров, дробил им кости зубами… Он был страшен в своей ярости.

Мне всё тяжелее и тяжелее было поднимать алый меч из моей ци. А ведь он ничего не весил! Глаза заливал пот. Ноги держали с трудом. И это несмотря на тренировки и ежеутренние пробежки.

Надо бы усилить тренировки. А то я всё ещё слишком слаб физически.

Но пока я ещё бился. И это было главное.

Взметнув меч в очередной раз, я понял, что мне не на кого его опускать. Все волколаки повержены.

И тут позади захлопали в ладоши.

— Браво! — воскликнул Фома Сергеич.

— Неплохо! — похвалил Пётр Ильич.

— Хорошая смена растёт, — слегка улыбнулась Анна Леопольдовна.

Я немного расслабился и почувствовал, что очень хочу присесть — что-то ноги плохо держат. Но я не мог проявить слабость и держался из последних сил.

Умка тоже был вымотан. Всё-таки хоть он и выглядит крупным волком, на самом деле это маленький щенок, которому и месяца нет ещё.

Я погладил подошедшего ко мне Умку. И в этот момент на меня набросилась Полина:

— Ты чего полез? Это был мой бой! Кто тебя просил?

И в меня полетел сгусток ледяной ци.

Глава 15

К выходке княжны Полины я был совсем не готов. Поэтому я не успел среагировать. На агрессию этой взбалмошной девчонки среагировала моя защита, и в меня хлынул поток чёрной ци.

Запасной резервуар мигом переполнился, а я продолжал высасывать девушку.

С одной стороны, я не в силах был остановиться, а с другой, — её агрессия не иссякала, и моя защита продолжала срабатывать.

До тех пор, пока не раздалось ледяное:

— Достаточно!

Это прозвучало так, словно на меня вылили ведро холодной воды.

Прервав контакт с княжной, я упал. Словно в один миг потерял опору.