Антон Кун – Не всё так просто под луной, особенно для женщин (страница 52)
— Да, неудачно получилось, — согласилась Мила, — но я имела в виду, что у каждой камеры есть слепые зоны. Как правило. Наверняка и у этой есть. Но мы их не знаем. И нам нужно как-то…
Договорить Мила не успела. Со стороны улицы к воротам подъехала машина. Первым на это отреагировал мощный прожектор, осветив весь двор перед домом, ворота и даже часть улицы за воротами вместе с подъехавшей машиной.
Из дома выскочили Эдик и Виталик. Ворота открылись. Чёрный «Лексус-Ленд крузер» вальяжно вкатился во двор и остановился у крыльца.
Из машины вышел здоровенный качок в строгом костюме и при галстуке. Окинув всё вокруг цепким взглядом, он открыл заднюю дверь крузака, выпустив оттуда ничем не приметного мужичка средних лет и среднего телосложения. Виталик и Эдик засуетились, провожая гостей в дом. Водитель остался сидеть в машине.
Как только крузак заехал во двор, ворота немедленно сомкнулись, но прожектор продолжал освещать двор.
— Это ведь за Сергеем! — прошептала Анжела.
— Угу, и нам тоже пора. Номер машины запоминаем и… пошли.
— Куда? — растерялась Анжела.
— Спокойно, вот по этой дорожке выходим на газон и идём, наглаживая котёнка и разговаривая, вон до того куста у забора.
— Так ты ж сама говорила, что камера. И водитель увидит.
— Идём! — прорычала Мила сквозь зубы и, подхватив Анжелу под руку, вышла из-за угла.
Анжеле ничего не оставалось, кроме как послушно посеменить рядом с подругой.
— Будем надеяться, что им там в доме сейчас не до нас. Да и вряд ли они безотрывно следят за камерами, тем более сейчас, когда тут машина стоит, — с безмятежной улыбкой на лице говорила Мила. — А Эдик и Виталик сейчас заняты с гостем.
— А водитель?
— А он откуда знает, кто мы? Самый опасный для нас сейчас тот пацан, что копался в наших телефонах. Вот уж кто не отлипает от мониторов ни днём, ни ночью… Так. А теперь быстро делай как я! — скомандовала Мила.
Они как раз зашли за раскидистый куст. То, что они зашли туда, камера, конечно, зафиксировала, водитель при желании тоже мог это увидеть, и теперь всё решала скорость. Мила кинулась к забору. Разбег вышел небольшим, но ей удалось в прыжке ухватиться за пики, торчавшие из кирпичной кладки поверх забора. Рывок, толчок — и вот она уже наверху.
— А я… Мила, я так не смогу, — топчась возле забора, в отчаянии призналась Анжела.
— Руку давай! — прошипела Мила, свешиваясь с забора, и добавила в сердцах, затаскивая подругу на забор: — Да брось ты уже этого паршивца! Мы тебе ещё десяток таких найдём!
— Да ну тебя! — огрызнулась Анжела. — Как слазить-то отсюда? Высоко же!
— Прости, дорогая, но в этот раз обойдёмся без лестницы. — Мила спрыгнула. — Давай мне хвостатого и прыгай!
— Я боюсь, — прошептала Анжела, передавая Миле котёнка.
— Тогда посиди немножко — и Эдик с Виталиком тебя снимут!
Анжела вздохнула, поняв, что сочувствия от подруги не дождаться, и прыгнула.
— Молодец! — похвалила Мила Анжелу и, сунув ей в руки котёнка, скомандовала: — Беги, я догоню!
— А…
— Беги, я сказала! — Мила пихнула Анжелу в спину, придавая ей ускорение.
Анжела побежала вдоль по улице. А Мила заметалась у забора, словно что-то потеряла, потом, видимо, найдя то, что искала, кинулась вслед за подругой.
Едва беглянки успели свернуть за угол, как мимо проехал знакомый лексус.
— Увезли!
— Ага, и сейчас начнут нас искать!
— Что будем делать!
— Суй мелкого в переноску!
— О! Ты нашла её!
— Угу. А теперь ноги в руки — и вперёд, — распорядилась Мила, увлекая Анжелу в тёмный проулок, и уже на бегу пояснила: — Нам надо успеть добежать до магазина, и мы спасены! Он у них тут круглосуточный!
По улице, с которой они только что свернули, пронеслось несколько машин.
— Это что, уже погоня за нами? — тревожно спросила Анжела.
— Не знаю, — выдохнула Мила. — Но, по-моему, они ехали не от дома, а, наоборот, в ту сторону, где дом… Хотя могу и ошибаться, слишком быстро проехали.
— Мил, я больше не могу, — взмолилась Анжела, задыхаясь и переходя на быстрый шаг.
Мила забрала у Анжелы переноску и, схватив за руку, потянула за собой, уговаривая:
— Потерпи, осталось чуть-чуть. Видишь, вон и магазин уже светится из-за домов. — И хотя сама уже начала задыхаться, всё же не преминула уколоть коллегу по перу: — Спортом надо заниматься, если что, а не романчики пописывать, за компьютером сидючи.
— Ой, чья бы корова… — выдохнула Анжела. Озвучить поговорку полностью у неё не хватило сил, благо та была слишком известной, чтобы нуждаться в продолжении.
Только выбежав на автостоянку перед магазином, они перешли на шаг. Тяжело дыша и постоянно оглядываясь, пересекли её и вошли в гостеприимно распахнувшиеся перед ними стеклянные двери супермаркета.
Глава 42
Дарья уже устала волноваться. После звонка участковому прошло полчаса. Никаких известий от него, естественно, ещё не было. Да и быть не могло. Пока соберёт людей — не один же он кинется в логово бандитов, пока доедут, пока то да сё…
А там, глядишь, как бы ещё не пришлось девчонок с боем освобождать. Судя по тому, что эти бандиты сотворили со Степановной и как расправились с Андреем и Саньком, охранниками соседской дачи, добровольно они вряд ли сдадутся! Так что снова побеспокоить участкового можно будет самое малое через час, если сам к тому времени не даст о себе знать.
А вот звонить своим подругам ей никто не мог запретить, и она названивала им едва ли не каждые пять минут. Результат был один и тот же — телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети.
Теперь уже не было сомнений: с подругами что-то случилось. И настолько серьёзное, что они до сих пор не могут выйти на связь!
В ожидании хоть каких-нибудь новостей Дарья не сводила с телефона глаз. И всё равно вздрогнула от раскатившейся по дому заливистой трели долгожданного звонка.
Номер, высветившийся на экране, был незнакомым. Сердце Дарьи похолодело от плохого предчувствия.
— Алло, я вас слушаю, — сказала она в трубку и замолчала настороженно, готовая к любому, даже самому тяжёлому сообщению.
Наверное, поэтому и не сразу узнала возбуждённый голос Милы, слишком уж пессимистично была настроена.
— Даша! Даша, ты меня слышишь?! — кричала Мила.
— Мила?! Это ты? Ну наконец-то! Вы…
— Даша, нам телефон дали буквально на минуточку, слушай внимательно и не перебивай! Они нас поймали, но мы сбежали. Сергей тоже был там. Его только что увезли в другое место, скорее всего, к заказчикам. За ним нужно проследить, но у нас нет ни телефонов для связи, ни денег на такси. Позвони Игорю Андреевичу, обрисуй ситуацию. Мы ждём его в супермаркете, в том самом, где он нас вечером оставил! Даша, ты всё поняла?
— Да, но… Я уже позвонила ему. Игорь Андреевич сейчас… героически освобождает вас из плена, — Дарья нервно хихикнула, представив физиономию участкового, ворвавшегося среди ночи со спецназом в дом брюнетов и не обнаружившего там ни похищенных дачниц, ни таинственного учёного — вообще ничего подозрительно.
— Блин!.. — воскликнула Мила, видимо, тоже проникнувшись идиотизмом сложившейся ситуации. — Ладно. Это даже хорошо. Значит, он тут поблизости. Так что пусть не теряет времени и пулей к нам. И пусть обязательно найдёт у них мой телефон!
— И мой! — послышался голос Анжелы. — Мой тоже пусть заберёт!
Дарья улыбнулась: как же она рада была услышать их обеих!
— Да, я всё поняла. Сейчас всё сделаю! — пообещала она.
— Всё, ждём, — ответила Мила и отключилась.
Если и было что-то такое на свете, чего бы Дарье не хотелось больше всего, так это объясняться сейчас с участковым. Но дело касалось безопасности её подруг. И не только. От разоблачения опасных бандитов в прямом смысле зависела жизнь друзей Константина и его свобода.
— Надо звонить! Не укусит же он меня в конце концов, — увещевала себя Дарья, пролистывая контакты, на номере участкового остановилась, глубоко вдохнула и нажала кнопку вызова.
Участковый ответил так быстро, как будто только и ждал её звонка:
— Ну и как это называется?! — загрохотало в трубке. — А я вам скажу, как это называется. Это называется «телефонный терроризм»! И за это, между прочим, полагается реальный тюремный срок! И если мне не удастся упечь вашу троицу за решётку, то уж максимальный штраф я вам точно обеспечу! Я правильно понял, что их здесь нет и никогда не было?!
Пока участковый изливал в словесном потоке своё праведное негодование, Дарья безуспешно пыталась вставить хоть слово, и едва он сделал небольшую паузу после чисто риторического, как ему казалось, вопроса, она моментально этим воспользовалась: