Антон Кун – Чароплет (страница 21)

— Стой! — спохватилась она, видимо вспомнив, кто здесь главный.

Основное правило, которое я вынес из своей работы в органах, недвусмысленно гласило: без субординации далеко не уедешь. Если подчинённые не уважают, не следят за языком, то никакой работы построить невозможно.

А сейчас мне и делать ничего не нужно — есть договор, и есть вечно охочий до энергии Аспид, что тоже прописано в договоре.

И Алёна это прекрасно усвоила, потому как дерзить перестала и начала говорить:

— Безымянный не нападёт армией. Он сначала проникнет в кошмарные сны жителей Святого леса. Сначала поработит самых слабых, усиливая кошмары до предела. Затем, когда страха станет достаточно, начнёт наводить кошмары на всех, пока часть из запуганных не дойдёт до нужного состояния и не подчинится. И запуганных будет очень много, уж поверь мне.

— Кромешник какой-то, — пробормотал я, вспомнив один древний мульт про ледяного парня.

— Он не кромешник, — дрогнула фигурка, будто качая головой. — Он — Безымянный, не знающий покоя, гонимый вечным ужасом жизни и смерти. Возможно, он уже мучает Святой лес своими кошмарами, и вскоре они придут к тебе.

— Кошмары?

— Те, кто сломался под напором нескончаемого ужаса, — Алёна дрогнула, будто плечами пожала. — Это будет его армия. Можно дать бой, но учти, охваченные страхом намного сильнее, чем кажутся.

— Получается, Безымянный в них вселится? — уточнил я.

— Не совсем так. Он одарит их силой. Силой кошмара и иллюзий.

Пока мы разговаривали, самоходная телега потихоньку катила в сторону Священного леса.

— Самая опасная крыса та, которую загнали в угол, — произнёс я, наблюдая как перед замаскированным под обычную почву съездом, стоят трое. Внешне — совершенно обычные бородатые мужики в светлых хлопчатых рубахах, какие я видел на картинках про крестьян древней Руси.

Подъехав поближе, я заметил странности. Все они были разные телосложением, но вот тёмные круги под воспалёнными красными глазами их объединяли.

— Стой, — воскликнул один из них, после чего топнул по земле.

Мир тряхнуло, и я ощутил опасность, а потому без промедления переместился на десяток метров в сторону, и очень вовремя!

Нашу самоходную повозку проткнуло несколькими земляными кольями, что подняли транспорт над землёй.

Повозка развалилась и из ледяных обломков по воздуху выплыл Боровик Иваныч. Его лицо пылало праведным гневом, а от рук исходил холодный пар.

В следующий миг раздался громкий треск и на пяток метров вокруг всё превратилось в лёд, вместе с троицей. Правда, головы у них остались свободными, видимо для допроса.

— Только не убивай сразу, — сказал я и телепортом оказался рядом с троицей.

На лицах мужиков читался явный недосып, который невозможно было ни с чем перепутать. Мне ли не знать, ведь я, как и многие мои коллеги, из дежурства в дежурство целыми неделями жили на работе. Как неприятно быстро сбываются предсказания Старших Полудниц.

— Отдай ему броню Чернобога, — тут же сказал один из мужиков.

— Он терзает нас, — заскулил второй.

— Я больше не могу, — сказал третий, тот самый что использовал магию земли, и в его глазах появились чёрные точки.

В моих руках возникла чёрная коса, и голова мужика махом слетела с плеч.

Двое оставшихся отреагировали слабо, один морозился, а у второго из глаз полелись слёзы.

— Кто-то говорил о допросе? — спросил у меня подлетевший Боровик Иванович.

— Это я на инстинкте, — скривился я. — Что-то с ним такое должно было сейчас произойти, что руки сами сделали дело.

— Им почти овладел Безымянный, — сказала Алена, которая появилась рядом с плаксой. — Этот тоже уже на грани. Каждый полностью поддавшийся страху становится вместилищем его силы.

— Можно ли как-то спасти их? — я подошёл к хныкающему мужику.

— Я не знаю, — с сожалением в голосе ответила Алена.

— Но и резать всех вокруг не выход, — пробормотал я, а затем с яростью посмотрел на ноющего человека. — Эй, Безымянный, ты меня слышишь?

Несколько секунд ничего не происходило, а потом мужик резко перестал реветь, и поднял на меня глаза, в которых плавали тёмные точки.

— Слышу, — холодным голосом ответил плакса.

Голос и интонация настолько отличались от того, что я слышал до этого, что сомнений не было — говорил Безымянный.

— Зачем тебе моя броня?

— Она не твоя! — рявкнул Безымянный. — Тебе лишь повезло, не более, — и уже с явной злобой и обидой продолжил: — Она моя! Чернобог попросил создать её для него, а потом она оказалась запечатанной, и я никак не мог до неё дотронуться из-за проклятого огня!

Я приблизил своё лицо к нему и прошептал:

— Если Чернобог запечатал броню, значит, он не хотел, чтобы она попала к тебе. И если пламя не опалило меня, значит, броня меня признала. Так что знай, если ты встанешь на моем пути, я размажу тебя. Чтобы ты ни делал, какой бы силой ни располагал, у тебя ничего не выйдет. Просто однажды я найду твоё настоящее тело и приду за тобой, — и с улыбкой, не отрывая взгляда от потемневших глаз, добавил: — Это не угроза. Я лишь рассказал будущее, которое обязательно наступит, если ты решишь продолжить начатое.

Он захохотал:

— Ты не сможешь победить меня!

На что я равнодушно пожал плечами. Ярость куда-то улетучилась, а на её место пришла холодная уверенность в своих действиях.

— Я отсек руку Мары. Я убил волка с начальным источником, будучи обычным человеком. Тот факт, что ты бог или кто там ещё, не делает тебя неуязвимым. Боги тоже смертны. Мне ли, человеку, не знать об этом? Возможно, на твои поиски уйдёт какое-то время, но мои слова обязательно станут реальностью.

— Щенок! Ты совсем страх потерял! — рассмеялся Безымянный, на что я лишь снова пожал плечами.

— Твоё право. Каждый волен выбирать путь, который приведёт его к смерти.

— Умрёшь тут только ты! — прорычал Безымянный. — Я уничтожу этот лес руками местных, а потом приду за своей бронёй и лично сниму её с твоего мёртвого тела. Уже этой ночью это место превратится в кровавую мясорубку!

— Рискни. И увидишь, что будет, — хмыкнул я, после чего одним движением косы оборвал связь, а заодно прикончил и третьего мужика.

— А его-то за что? — без осуждения поинтересовался Боровик Иванович.

— Если он здесь, значит такая же болванка, как и предыдущие двое. Просто более спокойный внешне, но я таких в своё время навидался. Внешность в основном врёт, и лишь поступки говорят правду. А он пришёл сюда и караулил нас.

Боровик Иваныч странно посмотрел на меня, но задавать вопросы о том, где я в свои семнадцать «успел навидаться», не стал. Вместо этого спросил:

— Ты зачем его провоцировал? Он же теперь реально устроит… — он поводил в воздухе рукой, подбирая слова, и я помог:

— Локальный зомби апокалипсис?

— Это когда местные лишатся силы воли и выйдут на улицы для бойни? И у тебя есть план, как это остановить? Или ты хочешь убить всех?

Я покачал головой:

— Убить всех не вариант. Жители Святого леса не виноваты, что Безымянный решил использовать их. Поэтому мы их защитим.

— И ты знаешь как? — в голосе Боровика прозвучал явный скепсис.

— Знаю, — ответил я и посмотрел на Алёну.

— Я ничего не смогу сделать в такой форме, — тут же отозвалась она.

— А это уже моя проблема, — скривился я, предвидя трудный разговор. После чего, взяв Боровика за плечо, телепортировался во дворец к Волховецу.

На совещание во дворце Волховеца собрались все значимые жители Святого леса. Весть о том, что уже этой ночью Безымянный нанесёт удар по жителям, вверг всех в уныние.

— Что же делать? — проговорил Волховец, и я впервые видел его таким растерянным.

Трёхметровая сова и жрецы Чернобога вообще ударились в панику, словно Безымянный уже поработил их.

Даже Зевана готова была расплакаться от отчаяния. Хотя, надо отдать должное, она, да ещё, пожалуй, Боровик Иванович смотрели на меня с надеждой.

— Ну что это за упаднические настроения? — проворчал я. — То ли вы никогда не сталкивались с Безымянным?

— В том-то и дело, что сталкивались, — тяжело вздохнул Волховец.