Антон Костров – ЗАБЫТЫЙ ПАНТЕОН: Ушедшие хранители Яви (страница 35)

- Гохард, тревога! – закричал человек, - кто-то проник в хранилище! Были слышны голоса и грохот. Потом все стихло.

- Ты что несешь, кто может к нам проникнуть? – спокойным, но серьезным тоном сказал Гохард, - Может что-то грохнулось просто, вы вечно все как попало складываете. Мы с таким трудом добываем артефакты, а вы их и сберечь толком не можете. К тому же там страж всегда бдит, если кто-то проникнет, то он все равно не жилец.

- В том то и дело, - ответил тот быстро, - руны на табличке, ну которые у нас в диспетчерской, которые связанны с ошейником стража, они перестали светиться, а это означает только одно, стража больше нет. Кто-то либо убил его, если это вообще возможно, либо каким-то образом освободил.

Нужно отдать должное их тренировка, все как один тут же, забыв обо всем вскочили с дивана, а их командир, не думая ни секунды, нажал на красную кнопку, которая была у него на столе, накрыта прозрачным стеклянным колпаком.

«Всем подъем!» – заорал командир.

И в ту же секунду, из-за дивана поднялся огромный медведь. Леший одной лапой швырнул диван в сторону командира, а сам косился на оторопевших вояк, которые уже начали надевать амуницию. Длинные и острые когти косолапого вспороли живот самому ближнему, который пытался надеть штаны, а Леший уже набросился на второго и с яростью вонзил клыки ему в шею. Кровь не просто брызгала, она заливала все вокруг. Не прошло и трех секунд, как Леший оказался возле следующего. Тот вытащил пистолет и начал стрелять. Но убить Лешего таким оружием невозможно. Медведь со всего размаху ударил солдата, что тот, пролетев несколько метров, прямиком угодил в последнего, который был возле тренажеров. От такого удара они оба влетели в стойку с гантелями, и косолапый услышал треск сломанного позвоночника, а может и всех ребер. Леший подошел к ним, оглядел, но глядеть уже не было на кого, перед ним лежали два бездыханных тела, что сказать, Леший страшен в гневе. Весь бой продолжался не больше минуты и оставался лишь последний. Медведь развернулся и пошел в сторону, куда он швырнул диван, туда, где был стол командира, и он сам. Не успел косолапый подойти и на три метра, как из-за перевернутого стола встал Гохард. Не дожидаясь участи своих бывших подчинённых, командир резким движением поднял с пола мушкет и нацелился в грудь медведю. Леший, который и внимания не обращал на все огнестрельное оружие, даже и подумать не мог что его ждет. Выстрел был такой, что от отдачи командир невольно сделал пару шагов назад. Пуля, а скорее маленькое ядро, с такой силой врезалось в лешего, что того отбросило к противоположной стене. Острая боль, не знакомая до этого момента, сковала все тело лешего, и буквально заставило его принять свой привычный облик. Пуля погрузилась в грудь всего на дюйм, но казалось, как будто она прошла на вылет, захватив при этом добрую половину внутренностей. Не тратя ни минуты, Гохард подбежал к перевернутому столу, достал из ящика небольшую коробочку, в которой лежали пули для мушкета и небольшая пороховница. Командир быстрыми, отточенными движениями достал шомпол и начал перезаряжать свое грозное оружие. Леший пытался встать, но пуля у него в груди не давала никакой возможности это сделать, только корчился от невыносимой боли. Перезарядка не заняла и полминуты и Гохард, подняв мушкет, пошел в сторону недавнего могучего зверя.

- Ну здравствуй, - сказал с явным раздражением Гохард, - долго мы тебя искали, а тут сам пожаловал. Всем вам тварям место в сказках. Этот мир больше вам не принадлежит. Пора тайге остаться без хозяина, повелитель это оценит.

Леший ничего не ответил, просто не мог. Лишь посмотрел в глаза человеку, взглядом полным ненависти и презрения. Он видел, как человек медленно поднимает мушкет и с явным наслаждением, от своего триумфа, и целится прямо в голову владыке леса. Леший закрыл глаза, ожидая что очень скоро он продолжит путь свой в Нави. Но глухой хлопок заставил вновь открыть глаза. Перед ним все также стоял Гохард, только вместо головы у него из его шеи пульсировал маленький фонтанчик крови. Еще секунда, и мертвое тело повалилось на каменный пол, и под ним начала растекаться темно красная лужа крови. Он не мог поверить своим глазам и разум отказывался понимать, что его спасло от неминуемой смерти. Но тут же увидел, как в воздухе что-то очень быстро пролетело, направившись к выходу. Боль в груди не давала оценить обстановку, тогда бы он смог заметить, как наполированный до блеска небольшая секира, или скорее топор, после встречи с головой командира, описав дугу по комнате, полетела обратно своему новому хозяину.

- Что случилось дружище? – спросил я, подбежав, - я услышал в коридоре как ты тут развлекаешься, решил помочь. Чем тебя так?

Леший от боли не мог ответить, только корчился от боли. Я осмотрел его рану, зрелище конечно не очень, но такое для владыки леса должно быть не почем. Потом я посмотрел истинным зрением, вот тут-то я аж присвистнул. Из его не глубокой раны буквально струилось черное как ночь свечение. Штука явно не простая, сделанная для таких как он, а может и только для него. Недолго думая, я отчистил края раны от ненужных тряпок, остатков шерсти и всего остального. Ножа у меня не было с собой, и я взялся за топор.

- Потерпи немного друг, - сказал я ему как можно дружелюбнее, - я постараюсь вытащить эту дрянь.

Леший все так же корчился, но на мгновение посмотрел мне в глаза и коротко кивнул головой. Топором ковыряться хоть в такой не маленькой ране то еще занятие. Если бы леший мог потерять сознание от боли, или вообще его потерять, то это бы уже произошло, как только я начал пытаться вытащить пулю. Его сначала скрючило пополам, потом распрямило, и все по-новому.

- Так, дружище, потерпи! – крикнул я ему, - хоть немного. Пулю я уже нащупал, но так нам ее никогда не достать.

Не знаю столько силы воли у этих сказочных существ, но леший меня потряс. Я понимал на сколько ему больно, но он просто напряг все свои мышцы, буквально превратившись в кусок дерева, и я смог, хоть и не сразу, но подцепить пулю. Выходила она медленно, словно не хотела. Она испускала волнами потоки темного свечения или энергии, не знаю, как описать. Операция по спасению продолжалась не больше минуты, но для лешего, наверное, прошла целая вечность. Когда пуля вышла из раны, я сбросил ее на пол, потом пинком отправил в глубь комнаты. Только после этого я смог услышать тихий вздох облегчения.

- Спасибо тебе, - еле слышно прошептал раненый, - я на веки у тебя в долгу буду. Такого никогда со мной еще не было.

- Ну, - сказал я уже повеселевшим голосом, глядя как рана на груди Лешего уже начала затягиваться и срастаться, - все бывает в первые. Уж не знаю, чем это тебя приложили, но эта штука явно придумана для вас. Вся пуля буквально испещрена рунами, не успей я вовремя, наверное, вторая такая могла бы и убить тебя. Теперь понимаешь, что тут не все так просто будет? Ты как? Встать то скоро сможешь?

- Не переживай за меня, - сказал он, - дай мне пару минут, а сам беги к Ягине, если такие сюрпризы и дальше будут, то ей помощь не помешает.

Я подошел к обезглавленному трупу и, наступив ногой на его руку, вырвал страшное оружие из его еще не окоченевших пальцев.

- Что же Гохард, - сказал я тихо, — вот мы и встретились, жаль, что так быстро все кончилось.

Я повертел мушкет в руке, потом повернулся к лешему и спросил: «Дружище, а ты таким пользовался? Возьми с собой, может пригодится. Там один выстрел, времени на перезарядку может и не быть, но и один залп может спасти шкуру».

- Не переживай, разберусь, - сказал он уже окрепшим голосом, - там нет ничего сложного, а ты беги, я подойду через пару минут.

На этом разговор был закончен, и перехватив чудо топор Сварога по удобнее, я помчался в сторону серверной и лабораторий.

Ягиня, пройдя с десяток метров по коридору с Лешим и убедившись, что старый, а он и правда стар, все правильно поймет и пойдет в нужную сторону, лишь махнула рукой и помчалась туда, куда направил ее Сергей. Спустившись по длинной и пологой лестнице на нижний ярус, Ягиня попала в такой же коридор, как и на верху. Она заглянула за угол и увидела огромное помещение со стеклянными стенами и такими же дверьми. Внутри никого не было, только стоящие ряды современной техники. Берегиня недолго думая сорвала с ближайшей стены небольшой светильник и со всего размаху швырнула его в стекло. Но чуда не произошло, довольно толстый плафон светильника разлетелся в мелкие осколки, не оставив на дверях даже царапины. Ягиня была готова, наверное, ко всему, но с бронированным стеклом, в которой нет даже замочной скважины, чтоб можно было шарахнуть разрыв травой, только мигающая красным светом небольшая пластина для электронного ключа. Надо отдать должное ее хладнокровию, Ягиня не стала заморачиваться с этим помещением, сделав для себя приоритетом, напасть на лабораторию, а потом, хоть этого не обговаривали, попытаться успеть проникнуть в темницы и освободить Вику и остальных детей, ведь по словам Никифора их там несколько, отправить их тем же путем что и они пришли, а потом уже со спокойным сердцем разнести тут все, не оставив камня на камне от этого проклятого места.