Антон Костров – ЗАБЫТЫЙ ПАНТЕОН: Ушедшие хранители Яви (страница 30)

Я вновь оказался в том туннеле, где после того, как меня подстрелили, видел Тару с Даждьбогом и вернулся в мир живых. Та же полупрозрачная, извивающаяся, как змея, труба, куда затягивало меня, как пылесосом. Мысленно я уже приготовился вновь оказаться в том райском месте с неведомыми и прекрасными деревьями, что видел в первый раз, но моим надеждам не суждено было сбыться. Внезапно меня выбросило на какую-то поляну и довольно сильно приложило о землю. Поднявшись, я огляделся. Место, в которое я попал, было точной противоположностью тому, где я очутился в первый раз. Чувство странное, вокруг словно все застыло и как будто обесцвечено. Нет ни страха, ни радости, вдали виднеются образы гор и леса, или это просто туман расстилается так рельефно? Ощущения противоречивые, не чувствую ничего, но от этого даже как-то спокойно.

Внезапно передо мной, буквально метрах в пяти, приземлился мой старый знакомый. Он смотрел строго мне в глаза, и было понятно сразу, что в отличие от прошлых моих прогулок во снах, где я был лишь в образе наблюдателя, в этот раз все иначе.

- Приветствую тебя, почтенный Див, - учтиво сказал я с поклоном. - Чему обязан такой чести? Куда я попал?

- И я тебя, смертный, – ответил Див, - волею судьбы, а точнее, моей госпожи, богини Макоши, ты оказался в мире, где никогда не ступала нога живого человека, но куда приходят их души после смерти. Тебе оказана великая честь! Ты в мире Навь! Моя госпожа призвала тебя для разговора. Никогда еще такого не было, чтоб сама богиня Макош снисходила до общения со смертными.

- Ну, коли так, то веди, - сказал я тем же учтивым тоном, - невежливо заставлять ждать столь могущественную особу.

Див никак не отреагировал на мое высказывание относительно «особы», наверное, это для него намного ниже его собственного достоинства, спорить со смертными. Он расправил крылья и начал медленно увеличиваться в размерах, я аж ахнул. Только что предо мной стоял хоть и крупный, но все же ворон, а теперь, спустя пару мгновений, вместо него был огромный орел, на чьей спине уместилось бы, наверное, человека три. Он повернулся боком, подставил крыло и сказал сильно погрубевшим голосом:

- Залезай, смертный, и держись крепче, полетим быстро. Рано тебе пока по Нави разгуливать.

Я вскарабкался ему на спину, и только вцепился в перья на его могучей шее, как он, словно реактивный самолет, взмыл в небо. Сначала я наблюдал какой-то ландшафт внизу, вроде как даже различал какие-то реки, но спустя всего пару минут ворон поднялся над низко летящими серыми с фиолетовым отливом облаками. Больше смотреть было не на что. Разве что на три огромные, в полнеба, луны и редкие звезды. Через минут десять такого полета на горизонте начали появляться очертания гор, но вскоре он переросли в настоящие гиганты. И Див резко стал набирать высоту, все чаще и чаще маша крыльями, поднимаясь вдоль склона всего в нескольких десятках метров. Полет все продолжался, и я уже начал думать, что он просто хочет перемахнуть этот горный хребет, как вдруг увидел огражденную площадку, которая при подлете оказалась довольно большим балконом. С него в пустоту уходил огромный арочный проем, метра в три высотой. А в проеме виднелось тусклое свечение в конце длинного коридора. Див мягко опустился на площадку, и я спрыгнул на гладко отполированный пол, а орел, на котором я прилетел, начал медленно уменьшаться, пока вновь не стал тем же вороном, которого мы повстречали в лесу.

- Следуй за мной, смертный, - прокаркал он и медленно, словно паря, полетел в проем.

Я не стал отставать и пошел за ним. Пройдя коридор, который был не выдолблен, а скорее вырезан в скале, мы попали в небольшой, круглой формы, зал. Не было ни мебели, ни окон, только несколько вставленных в стены кристаллов, которые излучали неяркий зеленоватый свет, освещая, хоть и слабо, пространство возле них, и неширокая винтовая лестница, ведущая куда-то наверх. Ворон, сделав круг по комнате, полетел туда и скрылся. Недолго думая, я побежал следом, но потом перешел на шаг, ибо подниматься пришлось довольно высоко. Вскоре лестница закончилась, и я оказался в небольшой комнате с двумя окнами. Возле них сидели две молодые девушки в сарафанах. Одна была с ярко-светлыми, почти золотыми волосами, заплетенными в длинную косу. Онанапевала какую-то веселую песенку, а в руке держала обыкновенное деревянное веретено. Напротив нее сидела другая девушка, но с черными волосами, так же, как и у первой, сплетенными в длинную косу. Но если первая казалась какой-то жизнерадостной и веселой, то вторая была мрачнее тучи. Как и светловолосая, в руках она держала веретено. Они сидели друг против друга и на меня не обращали никакого внимания, только пряли. Между ними стояла плетеная корзина, где лежала переливающаяся всеми цветами радуги пряжа. А из нее к веретенам шли тоненькие ниточки, которые эти девушки аккуратно наматывали на незамысловатые свои орудия труда. Странным было то, что вроде пряжа одна, а нити у них получались разные. У той, что радость излучала, она была словно сделана из золота, а у второй нить получалась почти черная, местами серая.

- Доля и Недоля, - прокаркал ворон, - это помощницы богини Макоши. Они прядут судьбу всем людям на земле.

- Вот так дела, - сказал я задумчиво, - так это их я как-то видел во сне. И именно им я обязан всем несчастьям, что в жизни приключились. Вот сейчас и спрошу за все.

Только я направился к ним, как ворон тут же встал передо мной.

- Не вздумай отвлекать их! - прокаркал Див. - Они лишь помощницы. Видишь лестницу, ступай наверх. Там все и узнаешь.

Я только махнул рукой и молча пошел по такой же винтовой лестнице. Поднявшись, я попал в уже другое помещение. Это был огромный зал, наполненный светом. Он исходил от таких же кристаллов, что и внизу, только светили они намного ярче. Посредине комнаты стоял громадный медный котел. За ним на огромном резном троне сидела она, поистине богиня. Высокая, в три человеческих роста, и очень красивая женщина. На вид лет тридцать пять. Одета в длинный, до пят, сарафан, сшитый, казалось, из истинной ткани мира. Словно она надела на себя само ночное небо, где я ясно видел мерцающие звезды, вращающиеся спиральные галактики. На голове сиял красивый золотой кокошник. Неведомый мастер выгравировал на нем изображение солнца с длинными лучами, расходящимися в разные стороны. От нее исходила такая мощь, что мне сразу захотелось упасть на пол и заползти в какой-нибудь угол, чтоб спрятаться.

- Приветствую вас, ваше божественное могущество! – крикнул я, и упал перед ней на колени. - По вашему приказанию прибыл. – Не придумав ничего лучшего, промямлил я.

Она с минуту продолжала смотреть в свой котел, жаль, что с моим ростом не сумею ничего в нем разглядеть, потом повернулась ко мне и пошла в мою сторону, при этом уменьшаясь в размерах. И когда подошла ко мне, то уже была со мной одного роста.

- Здравствуй, Сергей, - поздоровалась она, поднимая меня с колен, - я Макош, это я отвечаю за судьбы людей, впрочем, и не только. Понимаю, у тебя много вопросов, но начни с самого главного.

- Прости, великая, - сказал я, взглянув ей прямо в глаза, - но я не понимаю, за что мне такая участь, чем же я тебя так прогневал? Всю жизнь делал только добро и жил по совести.

- Понимаю тебя, - ответила богиня красивым и мелодичным голосом, - и ты все делал правильно. Но тебе уготована такая судьба. Не погибни твоя жена, вскоре ты бы ушел с этой работы и никогда бы не встретил Ягиню, ту, которая тебе предначертана. Твою дочь не похитили бы, и ты не пошел бы ее выручать. Но, видишь ли, в чем дело, вы все бы и так погибли, как и миллионы других, когда Аспид вырвется на свободу. Когда я увидела в видении, как столько невинных душ в одночасье примет смерть, решила вмешаться, и теперь твое предназначение воспрепятствовать этому.

- Но как я, - сказал я непонимающе, - обычный смертный, могу помешать этому случиться? В лучшем случае я сумею спасти дочь и постараться укрыться где-нибудь, чтоб нас не нашли. Но сделать что-то больше - это скорее дело богов, а не простых смертных.

- Я никогда не взваливаю на людей больше, чем они могут вынести, - сказала она строго, - да и ты теперь, как я смотрю, не совсем обычный парень. Когда-то давно я подстроила ту встречу Даждьбога со смертной девушкой. Понимала, что может случиться так, что именно от человека, не от бога, будет зависеть исход надвигающийся угрозы. Его потомок, в котором есть как душа, так и частица, хоть и дремлющая, бога, сможет вернуть равновесие.

- Но я все еще не понимаю, - сказал я обреченно, - что я должен сделать?

- Двигайся в том же направлении, - ответила Макош, - и ты все поймешь сам. Но ты должен избавиться от того подарка, который Ягиня вшила тебе в куртку перед походом. Как бы ни было тяжело на душе, какой бы груз на ней не лежал, ты должен весь путь пройти с чистым разумом, чувствуя и сопереживая, испытывая страх и эмоции. Это очень важно. Уж мне-то ты поверить можешь.

- Я уже попробовал его снять, - сказал я богине, - чуть с ума не сошел. Хотелось бежать очертя голову в самое логово этих нелюдей и убивать всех, кого встречу. Но умом понимаю, что без стратегии нам не одолеть их.