Антон Казаков – Неутолимый Голод: Тупиковая ветвь (страница 33)
— Сэмми! Пять парсеков, сотня лет! Давно же я тебя не видела!
Одно-единственное существо во Вселенной было с ним настолько фамильярным и до сих пор могло не опасаться за свою жизнь.
Эсси. Эсмеральда Торрес. Маг-учёный. Восемьдесят третий уровень.
— Эсси, — вздохнул он, не сбавляя шаг.
Давно это было, она права. Так давно, что и вспоминать уже нет желания.
— Как живёшь-поживаешь, палачик? — Эсмеральда уже поравнялась с ним и заинтересованно смерила взглядом своих глубоких карих глаз с озорными искорками. Её улыбкой, сияющей как Сфера света, можно было бы успешно разогнать в стороны тимекайскую ночь.
Она догнала его одним лёгким шагом, с Ветром-в-спину, будто подхваченная реальным порывом воздуха бумажная фигурка. Симпатичная фигурка.
— Всё хорошо, Эсси, — он едва заметно повернул к ней голову — и тут же снова уставился прямо перед собой, слегка ускорившись.
— Замечательно! Я рада, что у тебя всё хорошо! — она кивнула головой, тряхнув пышными чёрными локонами. — Говорят, ты у нас сегодня будешь высокий гость? — магиня подмигнула, как умела только она.
— Высокий, — согласился Самуил, замечая подначку. — Но не высший.
Эсси заливисто рассмеялась, а он — скривившись, отвернулся.
— Да не обижа-а-айся ты, жандармик! Я же не со зла-а-а… — примирительно протянула она, коснувшись его чуть ниже плеча.
Он отдёрнул руку.
— Я же всегда тебя просил… — процедил Самуил, закипая.
— …не кове-е-еркать твои ти-и-итулы и до-о-олжности, — передразнила Эсмеральда, закатив глаза и качая головой в такт словам. — Я помню, Сэмми, хоть и восемь лет прошло. Всё помню, — снова сияющая улыбка. — Не буду больше, не бойся. Увидимся на Совете! Пока-пока!
И, ухмыльнувшись ещё шире, она упорхнула вперёд всё на том же Ветре, не дождавшись, пока Самуил отреагирует на её «не бойся» единственно возможным образом. Это тоже работало каждый раз. И она каждый раз этим пользовалась. И даже годы спустя это всё так же раздражало…
* * *
Магов он почувствовал ещё на входе в зал собраний.
По горлу вверх прокатился ком, будто предупреждая, что именно так жандарма и вывернет наизнанку, если он пойдёт дальше. Добежав до головы, ком лопнул, словно мыльный пузырь, и разлился в стороны головокружением.
Устранитель нажал на кнопку на предплечье, его инфузор ответил еле заметным шипением. Специальный состав скоро подействует. Должен подействовать. Сегодня особенно нельзя терять концентрацию.
Он на секунду задержался в высоких дверях и огляделся.
Зал был полукруглым. Прямо напротив входа стояла пятиярусная ложа из кресел с высокими резными спинками, по шесть в ряд — сектор «сотников». Вниз от входа уходила лестница на платформу докладчика, стоявшую в центре. В обе стороны от входа полукругом расходились десятиярусные трибуны высших магов на три сотни кресел попроще. Несколько крайних мест на трибуне слева, прямо возле «сотников», были отгорожены, формируя сектор экспертов. А между экспертами и «сотниками» стояли две кафедры с вычурными, отделанными радужным бархатом деревянными тронами с тридцатиконечными звёздами на высоких спинках: для Председателя Аль-Атраша и Председателя Коулмана.
Заседание ещё не началось, а потому Самуил свернул влево и занял место в секторе экспертов.
Намереваясь спокойно подготовиться к докладу, он сел сверху у самого края, чтобы с ним никто как можно дольше не заговорил. Но по закону подлости первый же вошедший эксперт, эксцентричный маг-теоретик семьдесят пятого уровня Пранав Гупта, мгновенно вычислил его и прямо от входа с помощью какого-то хитрого заклятия прыгнул в соседнее кресло.
— Ренцини! Да озарят триллионы звёзд жизненный путь твой! — он церемонно поклонился. — Это из-за тебя весь сыр-бор, друг мой? Больше сотни высших и великих магов срочно пришли послушать, что ты скажешь?
По его сдержанной улыбке жандарм не мог определить, говорит ли он с сарказмом. Но сарказм в словах мага-теоретика Самуилу чудился.
— Да, похоже на то, — он коротко кивнул в ответ. — Но не только.
— Должно быть, дело плохо, — сделал вывод Гупта. — Скажи, насколько? Меня же не вырвали с дорогущего эксперимента, чтобы я просто тебя послушал?
Пранав Гупта уже несколько лет состоял в Совете постоянным экспертом по развитию магии. Это он определял перспективные сферы заклятий и делал прогнозы по тому, сколько времени займёт та или иная магическая разработка. Он был потомственным магом-теоретиком, известным тем, что его отец разработал и первым применил заклинание Счетовод, расставшись с жизнью в результате.
— Ты хочешь знать, насколько плохо дело? — прищурился на него Самуил, понизив голос почти до шёпота.
Сарказм в свою сторону он не спускал никому и никогда. Под тяжестью его взгляда маг-теоретик даже отпрянул.
— Вот тебе входные данные: больше половины тела человеческого мага превращается в кислоту. Одна лаборатория с планеты Ораз-Джу считает, что это — атомная магия, помноженная на… заклятие известное тебе не понаслышке.
Смуглый Пранав Гупта ощутимо побелел, судорожно сжав подлокотник кресла.
— Но это ещё не всё, — жандарм придвинулся ближе к нему. — Дополнительные входные данные: кто-то в Поглощающих щитах телепортируется через половину космоса на планету Тимекай, на которой до того не был, стирает отряд боевых магов в порошок Чёрной дырой, а потом перемещается обратно восвояси. И это помимо всякой мелочёвки, сотворённой в процессе. Вопрос: какой уровень для этого нужен и кем нужно быть, чтобы выжить после того, как вкачал в себя необходимое на то количество экстракта?..
На мага-теоретика было больно смотреть. Глаза на его побледневшем лице расширились, рот открылся, он часто задышал и вообще выглядел так, будто скоро упадёт в обморок.
— Н-но это н-нев… — только и выдавил он из себя.
— Так что насколько плохо — это ты мне скажи, ты же учёный, — пожав плечами, закончил Самуил и отвернулся.
Гупта был умным. Но неженкой, как и все маги-учёные. Даже самые могучие. Кроме Эсси…
Зал тем временем уже почти заполнился. Вернее, почти перестал заполняться — всё же даже Председателю Аль-Атрашу и его канцелярии при такой срочности удалось собрать не всех.
Почти никто не направлялся к своему месту пешком, это было не принято. Каждый входивший перемещался от входа в выбранное кресло каким-то из заклинаний из своего арсенала. Кто-то прыгал по высокой дуге, благо высота потолка позволяла. Кто-то вихрем проносился сквозь ряды и замирал возле нужного места.
Одним из немногих дошедших до кресла «на своих ногах» оказался глава Магической жандармерии Кру-Цив Гуудер — трёхметровой длины змей, толщиной в четыре нормальных человеческих тела. У него было четыре «руки», похожих на передние лапы богомола. И он со своим девяносто вторым уровнем считался единственным высшим магом планеты Шуэнда, откуда был родом. А потому на ней его почитали на уровне божества.
Во многом именно поэтому после нескольких десятилетий службы в Жандармерии Гуудер, наконец, собрался в отставку, чтобы «посвятить время служению своему народу». И теперь его с каждым днём всё больше отстраняли от официального руководства, ища претендентов на замену. Одним из них мог оказаться, и Самуил… если не завалит дело.
— Всем встать! — оба Председателя вошли, как и всегда, внезапно, громогласно объявив начало собрания.
По древней земной традиции, прижившейся во всей Конфедерации, перед началом полагалось вставать. Впрочем, и Гуудер, и другие немногочисленные представители негуманоидных рас, присутствовавшие на Совете, не двинулись. Остальные, и «сотники», и высшие, и «эксперты», поднялись с кресел.
— Прошу садиться, — прогремел усиленный магией голос Председателя Аль-Атраша.
Все сели.
— Я начну с того, что попрошу меня извинить за внеурочное собрание, — начал он вступительную речь. — Сегодняшний созыв Высшего Совета — моя инициатива. И выбора у меня не было.
По притихшему залу прокатилась зримая волна напряжения. Кто-то подался вперёд, кто-то замер, кто-то хрустнул суставами — стало ясно, что повод для внеочередного сбора серьёзный, и высшие готовы слушать.
— Есть основания полагать, что нам всем, и магам, и инертам, — он подчёркнуто почтительно, но с долей покровительственности кивнул в сторону Председателя Коулмана, — угрожает опасность, с которой мир за все века существования магии ещё не сталкивался.
Воздух в зале сгустился от разлившейся в нём тревоги.
— События, приведшие нас к такому выводу, вкратце изложит собравшимся Следователь по особым делам и Официальный палач Магической жандармерии Самуил Ренцини. Прошу, Самуил, — и он указал рукой на платформу докладчика, отчего та приглашающе озарилась по контуру жёлтым светом.
Жандарм встал с кресла и, по традиции, одним эффектным молниеносным прыжком оказался в центре платформы, стоя лицом к кафедрам Председателей.
— Приветствую вас, господа Председатели, великие, высшие и гости Совета, — он по очереди поклонился каждой из зон зала. — Я буду максимально краток. То, с чем мне довелось столкнуться в последние несколько дней, не только является цепочкой редких по дерзости и искусности нарушений закона Конфедерации, но и выходит далеко как за рамки известных мне теорий магии, так и за границы того, что я до сих пор считал возможным.
Самуил сделал паузу, обводя присутствовавших взглядом. Самые сильные маги Галактики, а возможно, и всей Вселенной слушали его, не мигая. Ощущение эйфории от этого было в такой момент совсем неуместным… но куда же его деть, если оно уже здесь?