реклама
Бургер менюБургер меню

Антон Карелин – Звездный зверь (страница 24)

18

— Поправка, — прокурор дрогнул сегментным телом и отступил на шаг назад: и метафорически, и буквально. — Вы оштрафованы за незаконное проникновение на закрытый объект, а задержаны не в качестве заключённых, а в статусе транзитных персон.

— Ага, — удовлетворённо хмыкнула Ана, когда инфокристал Фокса моргнул, показывая списание не столь уж и малой суммы. — То есть меру пресечения нам сменили. Но «транзитный статус» значит, что нас выдворяют с планеты. По какому праву⁈

Прокурор принялся с удовольствием стрекотать один параграф за другим, тыча их в напряжённое лицо ассистентки: похоже, местные власти нашли законный повод выкинуть с планеты нежеланных гостей.

— Мы частные детективы с секторальной лицензией и высочайшим рейтингом, — подал голос Одиссей. — Предлагаем администрации системы Домар помощь в расследовании нестандартного дела.

«Стоит попробовать», — выдохнув, согласилась Ана. Теперь, когда уравнители узнали про них с Фоксом, скрывать профессию и реальную цель прибытия на Домар смысла не было.

— Запрос обрабатывается… Отказ, — выплюнул инсектоид. — Транзитный статус обязывает задержать вас в автономных капсулах до появления возможности депортации. Уведомляю, что в связи с проведением Фестиваля и максимальной нагрузкой на логистические мощности системы Домар процедуры вашего выдворения отложены до завершения более приоритетных мероприятий.

В конфигурации членистого тела и сегментной морды проступило злорадное торжество.

— Нет уж! — возмутилась принцесса. — Держать нас неделю под замком без реальных преступлений — вопиющее нарушение гражданских прав. Мы подаём жалобу в Гуманитарный комитет Содружества и требуем немедленной депортации. А также защиты личной приватности, отключения всех средств наблюдения и сохранения общего пространства внутри капсулы.

— Все три запроса удовлетворены, — скрежеща жвалами, проклацал прокурор. — Логирование снято, звукопроницаемость и управляемая прозрачность переборок оставлена. Оплатите вызов привратника за свой счёт и ожидайте появление подходящего корабля для перелёта к Вратам.

Он рывком отключился, но резкий запах лже-инсектоида ещё какое-то время висел в воздухе, словно неудовлетворённая злоба системы. Местный ИИ понимал, что два туриста врут и у них был какой-то преступный замысел, но доказать не мог, только законно подгадить.

— Уфф, — детектив вытер вспотевшее лицо, так как вентиляция в капсуле была на минимальном уровне, чтобы содержание не считалось пыткой. Но хотя бы гнетущий гул из стен стих.

— Только я не могу вызвать Врата, у меня нейр заблокирован! — воскликнула Ана.

— А я могу с инфокристалла, — обнаружил Фокс. — Они должны были оставить нам связь с внешним миром и конечно оставили самый примитивный способ. Ладно, послал запрос.

— Мы выиграли и проиграли, — вздохнула принцесса и уселась на пол, сгорбившись у скруглённой стены. — Один-один.

— Скорее четыре-один в нашу пользу, — не согласился детектив. — Мы выяснили много ценной информации, узнали причину смерти Джека и общую историю Лиса, обратили встречу с уравнителями себе на пользу, а за всё это отделались пинком.

— Но как продолжать расследование, если нас выкидывают с планеты?

— Односторонняя связь с Граем есть, — Фокс поднял палец, на кончике которого прятался микросенсор. — Осталось вычислить его убежище и отыскать Лиса, не привлекая внимания санитаров, в смысле уравнителей. Так что планета Домар нам больше и не нужна.

При всей логичности выводов он не представлял, как ошибается.

— Что ж, — успокоилась Ана, и в её оживших волосах плеснуло рыжим задором. — Где-то не повезло, где-то повезло, динамика жизни.

— Везение переоценено, — пожал плечами Одиссей. — Как и большинству существ во вселенной, нам выпало поровну удач и неудач — а счёт в нашу пользу. Потому что мы правильно и вовремя реагировали на шансы, которые даёт судьба.

— Нас с детства учили так же, — вздохнула девушка, — «Ты главный ткач своей судьбы». «Мир двигают вперёд те, кто взяли жизнь в свои руки».

Но в её тоне не было согласия, а волосы побледнели, как ягоды голубики в снегу.

— Какая тухлая куча дешёвого оптимизма! — воскликнул кто-то, задетый за живое. — Сразу видно пару привилегированных гуманоидов, которые щупали жизнь только с приятной стороны.

Двойная капсула оказалась тройной. Переборка справа от Одиссея стала прозрачной: в соседней секции восседал худощавый тшекки: покрытый чёрной металлизированной шерстью, с острыми ушами, загнутыми назад, с десятком длинных шрамов, рассекающих руки и плечи, и с мрачной гримасой на вытянутой острой морде. Их раса была интересной альтернативой приматам: схожие предки развились другим путём, но не на поверхности планеты, а под землёй. Тшекки произнёс «гуманоидов» как ругательство, а сам выглядел как мышиный король, прыгнувший в угол, чтобы отражать атаки многочисленных врагов.

На виске у него блестела биокерамическая заклёпка социального контроллера, какие в разных мирах носят опасные преступники либо индивиды, не способные контролировать импульсивно-компульсивное поведение. Короче, он выглядел как спорадический рецидивист.

— Четыре-два, — вздохнул детектив, осознав, что местная полиция выполнила все законные требования, но в них ничего не говорилось про звуковую проницаемость капсулы в третий модуль, где сидел подсадной крыс. И наверняка в его условиях содержания логирование выключено не было.

К счастью, Ана с Фоксом не сказали ничего инкриминирующего; но их слова явно возмутили соседа, который и не думал замолкать:

— Говоришь, всем по жизни везёт одинаково? Ну давай, осчастливь этим рассуждением родителей малыша с врождённой болезнью Тея-Сакса. Сравни его мимолётный век с карьерой дочки звёздовладельца, которая избавлена от любых генетических заболеваний и получает личного тренера по имиджу в три года. Пхих, какие равные возможности, какой филигранный баланс судьбы!

Кончик тонкого облезлого хвоста прошёлся по стене, словно штрихуя оскорбительные дополнения к жаркой речи.

— Слетай на любую из сверхмассивных планет с чудовищной гравитацией и расскажи впечатлительной местной молодёжи, как легко они могут стать экстрим-глайдерами и оторваться от земли. Потом метнись в астероидный пояс и заяви про равенство парню, которому добрая вселенная подарила роскошь родиться в семье линералов с пожизненным долгом на три поколения вперёд! Пхих, да он возьмёт свой верный резак и язык тебе на две части располосует. Мягкотелый ты болтун.

Одиссей с интересом повернулся к не(до)вольному собеседнику и ничего не сказал, ведь поток рвущихся доводов тшекки был явно не исчерпан.

— Попробуй-ка «правильно реагировать на неудачу», когда патруль изначально видит в тебе угрозу: из-за твоей шерсти, шрамов и запаха, ну и этой штуки, — мыш постучал концом хвоста по биоконтроллеру. — Удачный день нашего брата: это когда просто обыскали мордой в пол, но не пришили дело, а то и не пристрелили «за подозрительные действия» или «попытку к бегству». А для этой чистенькой цыпочки неудачный день — когда её цветные кудряшки пару раз пожелтели от недовольства. Осознайте, наивные, что власть вашей удачи над вами — в разы меньше, чем у моей надо мной!

Выпуклые чёрные глаза врождённого неудачника отчаянно сверкали, усики дрожали от возмущения, а шрам, прорезавший нос до мокрого кончика, был выразительнее многих слов.

— И так смешно и нелепо слушать, как вы вещаете об управлении собственной жизнью, скорчившись в капсуле, куда попали явно не по своей воле, пхих! Да всех в этой каталажке депортируют с планеты за то, чего мы даже не совершали! Так что тешьте себя мантрой о правильных реакциях на события, лишь бы не признать, что жизнь — безумная река, которая влечёт вас от рождения в неизвестность, кидает по порогам, и вы только и успеваете, что барахтаться и пытаться не утонуть.

Он хотел перевести дух, но запал всё ещё распирал узкую грудную клетку и за предыдущей мыслью рвалась следующая.

— Да что говорить про наши мелкие дрязги, когда неравенство достигает звёзд…

Тшекки откинулся к стенке и развёл одновременно верхними и нижними лапами, на мгновение став трагикомичным — в ободранных до кости локтях сверкнули штифты имплантов. Он наконец сумел выдохнуть, и яростный напор речи ослаб, замедлился в философский рокот прибоя.

— У невезучей расы планета ковыляет вокруг умирающей красной звезды, их океаны холодны, а атмосфера полна яда. Миллионы лет они цеплялись за жизнь в лабиринтах подземных пещер, выгрызая и выцарапывая каждый энз. А их звёздным соседям достался золотой мир с тёплыми морями, щедрой биосферой и ласковым солнцем… Один народ получил ледяную могилу, а другой райский сад, неудивительно, что первым пришлось выкапывать прогресс из-под земли и они отстали в развитии, а вторые заняли все лучшие места!.. Скажи, как я виноват в том, что родился потомком первой расы, а не второй, и это определило всю мою жизнь? А? Не слышу!

Ана и Фокс молчаливо ждали, и тшекки, поражённый тем, что его впервые в жизни слушают, поспешил досказать всё, что копилось долгие годы.

— Знаешь, в чём разница между мной и тобой, гуманоид? Ты веришь, что удача — абстрактная физическая константа, которую вселенная распределяет более-менее справедливо и равномерно. А я знаю, что удача — измеримый и конечный ресурс и ни о какой справедливости не может быть и речи. Понимаю, у вас шея негибкая и башка не вертится назад, как у нормальных рас, но сделай усилие, пошевели тазом, оглянись вокруг и прозрей: есть миллиардеры удачи, а есть нищие! И первые парят на крыльях фортуны, неподвластные гравитации жизни, а вторых постоянная тяжесть тянет вниз. Никому из них не суждено взлететь, и те редчайшие случаи, когда им удаётся… это даже не удача, а чудеса. Ну или они кровью выгрызли себе место под солнцем.