Антон Карелин – Квант удачи (страница 14)

Зойка с недоумением уставилась на коллегу.

— Такой чистенький и хорошенький, да мусорщик? Опять заливаешь.

— Только топливо в баки. Держи тэг моего корабля.

Она поймала инфо со старенького кристалла и удивлённо помотала косичками.

— «Мусорог», — хмыкнула Зойка. — А ты весёлый.

— Обычно да, но в данный момент уже не очень.

— Ба, поставь чоха на место! — раздался тоненький возмущённый голосок. — Больно ему, не видишь? А что он натворил: дал нам денег, а мне вкуснотищу? Чох неплох, ба.

Клешни нехотя лязгнули, Одиссей плюхнулся обратно на диван и как ни в чём не бывало закинул ногу на ногу.

— Ну, давай знакомиться, — сказал он. — Меня зовут Фокс, а тебя?

Мальчик вышел на свет. Ему было восемь, тонкий, как коллекция палочек, принципиально-немытый, в залатанном термобелье и кроссовках-липучках не для людей, зато подходящих по размеру. Волосы, вернее, куски слипшейся пакли, были схвачены двойной утянутой гайкой, чтобы не лезть в глаза. Заострённое лицо покрывали странные прыщи, они усыпали все руки, а глаза у мальчика были крайне нездорово-жёлтого цвета с сеткой полопавшихся сосудов. Из правой щеки, словно пугающая опухоль, рос небольшой пушистый гендос. Только цвет у него был не зелёный, а с коричневым отливом, и кожица, обычно гладкая, у этого вяло морщилась. Брр.

Ана едва сдержала вздох, увидев мальчишку, вцепилась в него взглядом и стремительно выстраивала профиль болезни. Мусорный Маугли не глядя перепрыгнул препятствия на пути к дивану и встал перед ними.

— Крысёныш, — серьёзно и даже гордо сказал он, протянув грязную и покрытую мелкой сыпью руку.

Одиссей пожал её, но прежде, чем он успел что-то ответить, Ана взяла происходящее в свои руки.

— Ты обследовала мальчика в своём гамаке?

— Пфф, — громко шикнула капитанша. — Сходу решила, раз я мусорщица и пьянчуга, то за пацаном вообще не слежу?

— Да, — глядя на неё в упор, ответила Ана. — А что, тотальная антисанитария и внешний вид ребёнка это опровергают?

— Не гони на Зою, чоха, — строго сказал Крысёныш. — Она отлично за мной следит, лучше всех. Я такой здоровый, что могу босым в космосе гулять, ясно? И ем всегда самое вкусное.

Он оскалил зубы, они неожиданно оказались жемчужно-чисты и крепки, без единого изъяна.

— Хм, — нейр Аны выдал итоги внешнего обзора. — Внешность обманчива, он и правда… очень здоров. Прошит от бактериальных и вирусных факторов, тонус выше нормы, кожа и секреция до недавнего времени были идеальные. Худой не от недостатка питания, а от жизни в низком тяготении.

— Он с рождения копается в мусоре, — буднично сообщила Зойка. — У него к любой заразе иммунитет.

— Единственное, что с ним не в порядке, это отторжение гендоса, — подвела итоги Ана. Она взглянула на Пересмешницу. — Извини, я была не права. Просто… он ужасно выглядит.

— Я тоже не красавица, — фыркнула Зойка. — Такая у нас жизнь, не до мытья. Я могу синтезировать еды, но вода для ванн и, тем более, уборки, нам не по карману. Знаешь, сколько стоит вода на орбите?

Ана знала. Конденсировать воду из воздуха проблему не решало, потому что воды получалось немного; да и сама дыхательная смесь в космосе куда дороже многих сублиматов и сырья.

— Ладно, — примирительно сказал Одиссей. — Причин ссориться у нас нет. Зойка, мы правда расследуем заговор гендосов и можем помочь твоему пацану. Веришь?

— Я ж тебя отпустила, — Пересмешница пожала плечами и механоруками.

— Когда началось отторжение? Почему он не в больнице? — спросила Ана спокойным, но стальным тоном.

— Два дня назад, — буркнула Зойка. — А в врачам я Крыса сдать не могу, он без регистрации, его вообще по системе не существует. Пацана заберут, а меня то ли посадят, то ли сразу в утиль. И не за то, скрывала мальца без регистрации. А за незаконного гендоса. С этим у нас очень строго.

Ана хотела сказать, что в такой беззаконной системе можно дать взятку врачам и лечить мальчишку подпольно. Но услышав последнюю фразу, осеклась. Ведь с симбионтами в Гендаре действительно относились серьёзно.

— И твоя медсистема, которая всегда вас выручала, с этим не может справиться, — кивнул Фокс. — Ты нашла иммуномодуляторы, но они не помогли. Если не сдать его медикам, через две-три недели он умрёт.

— Ну давай, лучший сыщик вселенной. Придумай, как нам быть.

— Хорошо, — детектив повернулся к Крысёнышу. — Расскажи, откуда у тебя гендос?

— Обменял на чёткий хабар одному фонси, — с достоинством ответил пацанёнок. Из этого ответа выпирали сразу два важных факта.

Во-первых, шлемзы, чохи и фонси явно были элементами одной периодической системы под названием Гендар. И если шлемзами с умилённым презрением именовали туристов, которым можно улыбаться и обдирать, то «чох» звучало слегка менее оскорбительно. Что-то вроде «наш клиент, он нам платит» или «полезный чужак». «Фонси» же было сказано с лёгкой неприязнью, но и с невольным уважением. Может, так бедняки и трудяги Гендара называют богачей? А, ну конечно, это жители планеты. Граждане более высокого статуса, зависть и неприязнь к которым смешана с лёгким испугом и восхищением. Ведь они буквально — обитатели другого, более развитого мира, чем Кольцо.

Во-вторых, из ответа стало ясно, что восьмилетний Крысёныш наравне со взрослыми занимается мусорообработкой. Стоит на сортировке вместе с Пушком и выискивает в хламе случайные ценности. Ведь в мусор попадают не только вещи, которые кто-то выкинул сознательно. Часто это утерянное или сданное в утиль по ошибке, а иной раз останки космических катастроф, в которых может подвернуться что угодно. Те, кто иммунен к брезгливости и владеет намётанным глазом и чутьём, вполне могут обогатиться на случайной находке. Собственно, это мечта каждого мусорщика в галактике.

И, видимо, Крысёнышу однажды повезло.

— У планетников гипер сорвался. Мега-здоровый корабль, столько барахла, — сказал мальчик воодушевлённо, болезненные глаза блестели от восторга. — В гипере наскочил на искажение, вышел криво, вот его и разнесло. На две части разломило, плюс осколки, много чего вкусного вывалилось. Полный Хабарск!

— Когда у других кораблей беда, у мусорщиков праздник, — пояснила Зойка. — У нас лучшие дни в году — хабарские.

В прищуренном взгляде на мальца пряталась нежность.

— А разве государство не заявляет права на все находки в зоне аварии, и их продажа на сторону не преступление? — уточнила принципиальная Ана.

— Тут ведь как, — усмехнулась Пересмешница. — Заявлять-то заявляет, и даже проверки устраивает. Но есть хабары, которые можно отследить, их сдаём и получаем свой процентик. А есть утери, которые не проверишь, их можно скинуть подходящему человеку. Будет уже треть доли, а то и половина.

— Я нашёл кориальтово ядро! — заявил Крысёныш, раскинув тонкие руки. — Вот такущее.

— Не в курсе, что это, — призналась принцесса. Она могла свериться с нейром, но по привычке посмотрела на Одиссея, и тот не подвёл.

— О, это крутая штука: энергетический узел большой мощности, для варп-двигателя. На крупные корабли, не важно, военные или гражданские, ставят гибридные системы: гипер и варп. Чтобы при сложном маршруте гипера проходить опасную часть варпом, теряя минимум времени.

Мальчик глянул на Фокса с уважением.

— Крыс, ты уверен, что ядро было вот такого размера?

— Вот те кварк! — поклялся малец, всем худым телом подавшись к детективу.

— И ты его подобрал в обломках вместе с роботом?

— Ага. Я сразу понял, ценная штука. У меня нюх на деньги! — он выпятил нос и шумно втянул.

Ане захотелось сграбастать пацана и тискать, тормошить и гладить, потому что в его сжатых кулаках, ожидающих глазах и напряжённой позе была такая затаённая жажда одобрения и ласки! Пересмешница, наполовину человек, наполовину корабельная система, заботилась о маугли, насколько это было возможно на борту мусорной баржи посреди Кольца в системе Гендар… Но ласка была Зойке не по карману, и Крысёныш её не знал.

— Сам нашёл, сам сдал перекупщику, — задумчиво кивнул Одиссей. — Закон формально и не нарушен.

— Да, он же незарегистрированный, его как бы и нет! — хмыкнула капитанша. — Значит, и кражи не было, гражданин начальник, лично я никакого ядра не находила!

Крысёныш весело засмеялся, осторожно притронулся пальцами к мягкому и слегка сморщенному гендосу у себя на щеке, и засмеялся снова. Он всё ещё был счастлив, что получил симбионта и стал мега-крутым. А в болезнь ещё не верил, подумаешь, сыпь и прыщи, глаза болят и сохнут, пройдёт. Смерть, это такая сказка, верно?

— Я полетел к нашему цуру, хотя он фонси, потому что торгует внизу. Думал, он мне тысяч пятнадцать-двадцать за штуку скинет, а он предложил гендоса!

Крысёныш восхищённо вскинул руки. Судя по всему, гендосы на чёрном рынке стоили куда дороже, и он решил, что заключил сделку года.

— Только выходит, гнида продал нам бракованного паразита, — Зойка выругалась себе под нос. — Я с ним ещё разберусь, но сначала надо выручать Крыса.

— Да, перекупщик вас обманул.

— Наколол? — Крысёныш замер, а его лицо застыло от разочарования. Ведь он был уверен, что поменялся так удачно. — А на сколько?

— Кориальт это нано-колония, — мягко сказал Одиссей. — Ядро копит силы с момента создания бесконечно, путём варп-синтеза. Оно начинает с размера бусинки и нарастает слой за слоем, консервируя энергию. А когда нужно, тратит, превращая слои в чистый выплеск силы. Ядро размером с полметра… очень мощное.