Антон Карелин – Голос Древних [СИ] (страница 3)
— За бесконечностью — я, — прошептал он.
Два триллиона, четыреста двадцать девять миллиардов, семь миллионов, шестьсот пятьдесят три тысячи, сто сорок три живых и разумных существа — они были вместе.
Каждый в своей точке галактики, но все теснились в пустом и мягком пространстве, где кроме их коллективного сознания не было ничего. Невообразимое единство, которое сложно описать — оно оказалось сильнее и глубже, чем прямая ментальная или нейро-поточная связь.
— Ух ты, — прошептал Фокс.
И одновременно с ним что-то выкрикнули, выдохнули, высказали или иным способом отреагировали бесчисленные легионы других существ. Все ощутили коллективный «Ах», каким же разнообразным он был! Флегматичные расы бесстрастно отметили новые данные; гипер-эмоционалы впали в фазу эйфории; моторно-когнитивные существа, словно живые конструкторы, изменили конфигурации своих тел; смешливые засмеялись, пугливые заплакали, впечатлительные впали в шок, а полиэмоты, как обычно, испытали всё и сразу; у фактуралов сменилась текстура, у хамелеонов окрас; химо-пластичные расы выдали соответствующую ситуации цепочку биохимических реакций… И так далее, и тому бесподобное.
Было удивительно чувствовать, насколько схожи в своей сути настолько разные существа.
Мозг с самыми мощными апгрейдами не способен осмыслить так много одновременных событий. Ни одна раса в галактике, даже этноиды с роевым восприятием и мышлением не могут быть связаны с таким количеством других. Но два с половиной триллиона участников не просто чувствовали друг друга, а были
Оорт из пояса астероидов, тяжёлый и одышливый, он только что решился на Игру — из нужды. Жизнь впроголодь, нескончаемая тяжёлая работа и тиски долгов: дни Оорта полны лишений. Внезапное явление Мира Ноль выглядит как чудо и шанс, который нельзя упустить. Оорт поддался нестерпимому порыву всё бросить, всем рискнуть — и выиграть. И таких, как Оорт, вокруг очень много: миллиарды тружеников, честных бедняков, но и тёмных личностей и преступников из неблагополучных миров. Больше всего на свете они хотят изменить свою жизнь.
Легконогая и длиннорукая Ландри с планеты Бинар не пропускает значимых событий, ведь она лайв-хроник, в её сознание включено столько фолловеров! Она бежит вместе с пульсом событий, чтобы дать своему кругу всё самое лучшее! В галактике процветает достаточно миров, жители которых не знакомы с нуждой. Разительно не похожая на Оорта, Ландри стремится быть в центре главных событий, жаждет обратить на себя внимание всего мира, прославиться и стать важной для других… Одиссей знает, как сильна тяга к самовыражению и в какой мере она руководит действиями и жизнью самых разных существ. Никогда не стоит недооценивать её.
Финнифнат Уханду, надутый делец с Позитрона-5, считает по-своему. Дела у него всегда идут неважно: жизнь полна дураков, которых легко обирать, но они цепляются за скользкие щупальца Финнифната, норовя облапошить его в ответ. Спотыкаясь каждым тентаклем о поверхность колючего мира, который он хочет обокрасть, Уханду проклинает всех и вся: разрази великая засуха гримасы шершавой судьбы! Им руководит жажда наживы, чистый и незамутнённый эгоизм. Да пошли они все к сухой лягуше, пусть горят на солнечной стороне, а я буду чавкать в трясине богатства, нагваздайте мне побольше, вы обязаны, мир мне должен, моё, всё будет моё. Вернее, оно уже моё, надо только отобрать.
Резким контрастом с трясиной Финнифната оказалась четвёртая из движущих сил: альтруизм-идеализм, стремление к высокой и важной цели. Когда Олашши Т’рин победила в игре, она выбрала в награду две ключевых технологии, которые заложили основу будущего Содружества — но философию и подход придумала сама. Она всего лишь хотела улучшить непростой уклад своей перенаселённой системы — а ей удалось изменить историю всей галактики и жизнь сотни тысяч миров. Сегодня младший коммунизатор Бимос, маленький роевой снифф из колонии №14−006КН223, аугментированный для выполнения социальных функций, жаждет сделать нечто подобное. Всё его крошечное сморщенное существо мечтает о потоке реформ и перемен. Нюх-нюх.
А это — безымянный и бестелесный айн из почти безграничного океана цифровых реальностей гуманоидного кластера миромоделей. Он лишь функция, одна из сил виртуальной природы, отвечает за обсчёт и реализацию потоковых природных явлений в атмосферах — можно назвать его божеством цифровых ветров. Ему никогда не требовалось больше, чем просто быть. Но сегодня, изменённый новостью о возвращении древней планеты, сервисный айн принял решение встроиться в процессы. За доли секунды он утвердил с админами смену статуса, сконструировал себе личность, выбрал имя, сформировал внешность и получил от высших айнов кластера собственное материальное тело. Наверняка оно понадобится в испытаниях.
Зачем он нарушил размеренный покой и гармонию своей цифровой жизни и вышел в несовершенный оффлайн-мир? Ради чего выделил целых три процента вычислительных мощностей под обработку личностных черт и замкнутого сознания? Ради великого Познания, у которого нет пределов и конца. Ибо как можно упустить редчайший шанс, один на сотню поколений, и не принять участие в загадочной игре на рукотворной планете, которую создали неизвестные Древние с неясной целью? Слишком много нестандартных вероятностей сходятся в одной точке пространства-времени, чтобы мыслящее существо могло проигнорировать их.
Теперь айна зовут Познатель-16-Парадокс, и он ощущает любопытство, страх и нетерпение, совсем как другие живые существа. Но где-то на фоне мелко-минутного существования его новенькой ладно пригнанной личности дуют комплексные ветра из мириадов факторных потоков, сворачиваются и разворачиваются сложные циклоны цифровых атмосфер…
Схазма Чудовищная вошла в игру по совсем другим причинам. Неимоверно сильная как боевой фактор и как личность, она выделялась даже из бесчисленных толп. Витальный энфорсер ордена сэлл, изменчивый биоморф с фанатично-стойким личностным ядром, своё имя Схазма получила от тех, кто её ненавидит и боится — но с гордостью приняла его. «Я Чудовище», соглашается она, убивая и изменяя тех, кто стоит на пути ордена. Схазма сделает всё, что потребно и непотребно, чтобы победить в этой странной игре и получить должное. Ведь чудовищной сэллой движет долг. Как и миллионами других: солдат, чиновников, эмиссаров, миссионеров и детей кланов или родов. Они здесь не за себя, а ради чего-то большего, каждый из служителей представляет свою общность.
Нужда, самовыражение, корысть, идеалы, познание и долг. Эти движущие порывы были сильнейшими, их разделяло невообразимое количество личностей в несчётном числе миров. Мелькали и другие: злоба и месть, желание навредить, злорадное предвкушение «подождите, сейчас я учиню такое…». Философское: «Почему бы и нет», и «Мне всё равно, ведь ничто не имеет смысла». С такими и многими другими помыслами миллионы игроков вошли в Игру. Кажется, были даже отдельные эксцентрики, которые собирались победить и загадать невыполнимое желание, чтобы посмотреть, приведёт ли оно к коллапсу вселенной. Или хотя бы галактики, вот будет номер! Но носители редких мотиваций терялись в общем хоре, их индивидуальные голоса были слишком слабы.
И это хорошо. Ведь чувствуя цели и настроения других, Одиссей старался не думать о себе и не осознавать свою личность — чтобы остаться незамеченным. Цель, с которой он шагнул сюда, лучше скрыть. Если человек сумеет пройти испытания и окажется на Планете Ноль, участников будет совсем немного, и понимание движущих сил каждого из соперников станет преимуществом. Лучше не давать его другим.
К счастью, Фокс был в абсолютном меньшинстве, и вряд ли кто-то его заметил.
Весь этот ворох удивительных ощущений длился не больше десяти секунд. И после взрыва сумбура, многоголосого осознания себя и всех остальных, единство начало умолкать — с каждым мигом нарастали неподвижность и тишина.
Потому что в центре этого не-пространства, где собралось внимание всех участников игры, возник символ — все изучали его и старались понять. В отличие от Ключа, уникального для каждого из игроков, символ был одинаковый для всех. И это сразу заставило Фокса внимательно осмотреть его, ведь скорее всего это был символ древней загадочной расы, создавшей Мир Ноль. И поняв этот символ, можно строить догадки о расе, начертавшей его.
Увы, человеческому восприятию это оказалось сложновато. Странный, изменчивый кривогранник вращался внутрь, на глазах у Фокса схлопывался сам в себя, но каждая исчезающая грань рождала новые грани, они расходились в разные стороны, как фрактал. Выходило, что символ постоянно и стремительно разрастается, ведь он прибавляет много граней за каждую схлопнутую… но почему-то он оставался прежнего размера. Брр, у Фокса зарябило в глазах.
В единстве зашумели множество разных реакций, кажется, абсолютное меньшинство узнали символ, и кто-то скрывал это знание, а кто-то, наоборот, транслировал его остальным. Но всего три секунды спустя символ изменился: фрактальное разрастание и схлопывание прекратилось, теперь кривая фигура просто вращалась сама в себя, словно какая-то игрушка или пазл, всё ещё сложная, но уже на порядок проще предыдущей. Одиссей до сих пор не знал, что всё это значит, как и подавляющее большинство участников игры. Но целые миллионы то ли самых образованных, то ли самых необычных существ уже поняли, в чём смысл. И осознание распространялось по единству со скоростью мысли.