Антон Ивдельский – Тайна рубиновых камней (из цикла Случай в Васильково) (страница 1)
Антон Ивдельский
Тайна рубиновых камней (из цикла Случай в Васильково)
Глава 1
Молодой кастильский кабальеро Гарсия Лопес де Карденас по закону первородства не мог рассчитывать на наследство, получив лишь благородный титул в качестве единственного достояния. Потому всю свою неуёмную энергию он рассчитывал вложить в поиск приключений и неизвестных сокровищ, коими богат был недавно открытый загадочный материк на западе мироздания.
Будучи юношей, получившем неплохое образование в университете Вальядолида. Он по протекции своего дальнего родственника смог устроиться на крупный торговый корабль, помощником штурмана.
Первый свой морской выход молодой сеньор совершил на Канарские острова, с целью доставки груза в островные испанские владения.
Гарсиа с воодушевлением приступил к исполнению своих обязанностей, лишь только ступил на палубу большого судна. Штурман и капитан по прошествию времени, по достоинству оценили его знания в корабельных навыках и рвение в работе, проча ему быструю карьеру на морском поприще.
Впрочем и на ниве военной, молодому кастильцу удалось себя очень быстро проявить, благодаря случаю.
На десятый день похода марсовый матрос с верхотуры внезапно закричал:
Полундра! Вижу парус! Берберы!
Гарсия Лопес слыл превосходным фехтовальщиком и метким стрелком, поэтому мигом накинув латный доспех он живо встал в ряды мушкетной команды, под руководством капитана.
Пиратская шебека неумолимо приближалась и совершив быстрый боковой манёвр она обрушила на испанскую каравеллу залп пушек с правого борта.
Мгновенно послышалась площадная брань матросов и стоны раненых. Внеся замешательство в ряды защитников и искусно маневрируя, уходя с линии огня. Быстрая пиратская шебека сблизилась с неповоротливым судном испанцев.
Абордажная команда морских разбойников с боевым азартом закидывала веревки с крючьями на борт торгового корабля. С гиканьем и улюлюканьем они гурьбой устремились на палубу осаждённой каравеллы, крепко сцепленной тросами с корсарской шебекой.
Их чёрный лик был страшен. Нагие по пояс, с перекошенными от злобы рожами. С кривыми саблями наперевес, пираты как стая диких обезьян набросилась на команду испанского корабля.
Одновременный залп мушкетного отряда резко охладил пыл атакующих варваров. Затем последовал залп второй линии и половина пиратов, как корова языком слизала, повалив часть за борт, а остальных на окровавленные доски шканцев.
Бросив бесполезный разряженный мушкет молодой кастилец достав палаш, яростно врубился в гущу битвы.
Кружась в вихре стремительных выпадов он наносил смертельные удары по оголенным телам берберов, не успевающих отразить его сверкающую как молнию сталь.
Вскоре бой плавно переместился на палубу корсаров. И к исходу одних склянок сражение завершилось тотальной победой испанцев.
Поправив съехавшую в пылу схватки перевязь и вложив оружие в ножны, Гарсия Лопес устало провёл ладонью по лицу. Стирая со лба бисеринки пота, смешанные с капельками чужой крови. Он тем самым превратил свой лик в страшную кровавую маску, не заметив этого.
Раздался окрик капитана:
«Эй Гарсиа! Возьми парочку бойцов и осмотрите как следует трюм и капитанскую каюту. Возможно остатки вражеских крыс прячутся там по тёмным углам. По возможности брать живьём. Нужно допросить пиратское отродье. Не исключаю, что в этих водах ещё барражируют их богопротивные хари».
Отправив двух выделенных капитаном вояк проверить трюм, Лопес осторожно приблизился к капитанской каюте. С опаской потянув ручку двери на себя он широко раскрыл дверь, держа на изготовку острый морской палаш. Не встретив сопротивления врага, он смело зашёл внутрь.
На шикарном диване с балдахином возлежал окровавленный мужчина в дорогом халате и белоснежной чалме, украшенной крупным синим сапфиром. Он тяжело дышал, держась рукой за грудь. Увидев юношу, пират выставив длань в его сторону и хрипло просипел на арабском:
«Уух шайтан, изыди».
Берберский капитан шумно вздохнул последний раз и испустив дух, широко раскинул руки.
«Вот же черт, исдох всё таки. Не удалось расспросить рожу антихристову»,-с горечью про себя размыслил юноша.
Окинув взором богато украшенное помещение каюты, он тотчас приметил какое-то движение в тёмном углу комнаты. Одёрнув занавесь на окне, молодой человек враз заметил скорчившуюся фигуру, которая пыталась закрыться с головой, широким куском ткани.
Подцепив палашом полотно, он резким движением руки скинул его с тела неизвестного.
Каково же было его удивление, когда он узрел восхитительную юную наяду.
Точёная фигурка, облачённая в лёгкую шелковую дишдану, с вырезом на груди. Пышная копна пшеничных волос, с заплетённой в косу ярко-синими лентами. Прекрасное белоснежное личико, с вздёрнутым слегка носиком, осыпанного маленькими поцелуйчиками солнца -веснушками, вызвал в душе юноши одновременно смятение и восхищение изумительным образом неизвестной молодой девушки.
Взгляд же девицы наполнился ужасом и страхом, когда она вскинула на него свои пронзительно синие глаза.
«Неужели его лик так страшен, что прекрасная незнакомка так реагирует»,-с тревогой в сердце подумал юноша.
Схватив серебряный поднос, лежащий на столе он быстро посмотрелся в него. И облегчённо засмеявшись, тут же взял рядом стоящий кувшин с водой, мигом ополоснув лицо.
«Могу ли я узнать ваше имя сеньорита»,-произнёс торопливо Гарсиа.
Девушка молча смотрела на него. В её взгляде, после омовения юноши, пропал страх и даже почудился проблеск интереса, что порадовало душу молодого человека.
Наконец едва слышно она что-то проговорила на незнакомом ему наречии.
Лопес перешёл на арабский, также испросив имя. В ответ сызнова получив тираду из непонятных слов.
Неожиданно девушка сложив ладошки, на приличном латинском языке, умоляющим тоном пролепетала:
«Благородный сударь не лишайте живота, я лишь пленница. Верую в Бога Вседержителя. И вы я полагаю, тоже во Христе обретаетесь. Не погубите рабу Божью ради забавы».
«Господи Иисусе! Не пугайтесь, я вас не трону. Кто же вы сеньорита, назовитесь? Как попали в лапы пиратов? И где научились так свободно общаться латиницей»-с участием в голосе вопрошал молодой человек.
«Аксиньей нарекли по святцам, при рождении. Вятичи мы с Хлыновского уезда, что на Руси матушке. Батюшка мой настоятелем служил в Богородицкой обители. Он и учил латыни, да греческому с младых лет. Мы с папенькой паломничали. Стремились в Иерусалим град попасть, желая припасть к святым мощам Гроба Господня. По пути туда на наш караван напали страшные чёрные люди. Родителя зарубили, а меня с выжившими после бойни, на невольничий рынок Аврет-базар, в Стамбул отправили. Там прикупил меня некий богатый купец и не причинив страданий, отправил с кораблём в дальние края. В гарем падишаха проклятого. Поскольку я посчиталась самой достойной среди других пленниц, меня отрядили в каюту капитана. Который также не причинил мне вреда. Вежливо, по отечески обращаясь со мною. А далече вы уж ведаете барин. Хвала всем Святым, именно это судно в сей час и взято вами с боем. Без устали молиться за вас буду сударь, коли честь девичью и свободу сохраните. Матушка моя ещё при родах померла, а теперь и папенька родимый канул в путь завечный. Грешно будет измываться над сиротою беспомощной»-с чувством надежды в голосе произнесла девица.
Юноша не мог налюбоваться девушкой. Её речь журчала словно чистый горный ручеёк, плавно текущий средь гладких, окатанных водицей, камушков. Бесконечно лаская слух и вызывая усладу в душе. Как же она была хороша. Какой-то неуловимой статью, непорочной простотой и лёгкостью.
Тем часом в каюту стремительно ворвался капитан. Оглядев помещение и опустив оружие, он с кривой ухмылкой высказался:
«Я смотрю ты время зря не теряешь кастилец. Вражьего главаря проткнул палашом и развлекаешься с его рабыней смачной. Что ж заслужил. Отчаянно бился, как снежный барс, я приметил. Тем самым трофей добыв в честном поединке, потому по праву можешь владеть им. Тем более мои люди в трюме ещё три десятка гаремных девок вытащили. Одна краше другой. Да и пленного удалось поймать, допросив с пристрастием. Ничто нам не угрожает, потому можем выдохнуть полной грудью. Путь свободен».
Капитан не сильно ткнув кулаком в плечо юноши, довольно заржал. Как конь. Проведя сальным взором по фигуре, сжавшейся в уголке испуганной девицы, он отдышавшись от грубого смеха, продолжил, глухо произнеся:
«Из схизматиков гляжу девка то, судя по кресту, что в вырезе на груди болтается. Потому особо можешь с ней не церемонится. Церковь не будет против. Варварские племена, что в раскол вошли, не под могущественной дланью Папы Римского. Потому освобождены от милосердия и покровительства со стороны нашей великой обители. Делай с ней что хочешь юнец, она целиком в твоей власти. По закону праведного воина Христова».
Ещё раз оглянувшись на девушку и хмыкнув в бороду, капитан удалился прочь.
Юноша посмотрел на Аксинью, сразу приметив заплескавшийся страх в её глазах.
Не поняв речи, она по интонации и непристойному взгляду капитана смогла определить, что ничего хорошего её не ждёт.
Скрестив пальцы рук в замок и опустив голову девушка стала что-то неразборчиво бормотать. Это смахивало на отчитку некой молитвы, судя по мерному тону и кратким паузам.