Антон Иванов – Земля Ста Зеркал: Сокрытое золото камней (страница 1)
Антон Иванов
Земля Ста Зеркал: Сокрытое золото камней
Введение
Есть несколько вещей, о которых я должен сказать заранее. Прежде всего, я благодарю моего Бога, Отца Господа Иисуса Христа, за Его благодать по отношению к этой книге, за то, что Он очень помог мне в её написании, за милость, позволившую мне закончить её, и за благодать, позволившую мне её написать. До того, как Иисус стал моим Богом, я никогда бы не смог написать ничего, тем более целую книгу. Поэтому слава принадлежит Иисусу Христу. Аминь. Это был долгий путь, и моё имя стоит на ней только потому, что я первый, кто её прочитал. А теперь – возьмите чашку кофе, чая, воды или газировки, расслабьтесь и погрузитесь в историю страны Террании, где многое уже начало происходить и вот-вот выкипит через край.
Глава первая: Большая блестящая тайна
1: Что было и что есть
«Ох, если бы этого дня никогда не случилось! Ох, если бы это серебро никогда не было найдено.. Впрочем, это уже не имеет значения, другого выхода нет..», – такими были мои мысли в тот день, когда великая империя была обращена в прах, и главный архив во дворце Лараза, современного Замзуммара, был полностью сожжен нашей небольшой группой мятежников.
Тогда я и мечтать не мог дожить до того момента, чтобы рассказать эту историю, но жизнь, в конце концов, шутить умеет. Всё началось давным-давно, на горном месторождении к западу от Самзама, где алхимики и колдуны Масегохара, Сакхнора и Замзуммара совместно исследовали неизведанное серебро.
Оно выглядело как обычное серебро, даже откалывалось от породы точно также, но, попав в печь, осталось лишь осадком на дне, неизменным, в той же форме самородков, в которой было добыто.
Сначала никто не задавал вопросов, а отмахивались: «Возможно, печь плохо нагревалась.».
Но вскоре все изменилось. Искусный алхимик из Сакхнора, по имени Немзах, который также был знаком с простой магией, случайно подложил его под магический свет. Ах, если бы оно не прошло под ним, но оно расплавилось, а когда он убрал свет, чтобы посмотреть, что произошло, оно снова затвердело, оставив под собой четкий отпечаток его стола.
Никто не знает, что ещё он делал в тот день, но с тех пор каждый колдун, связанный с этим местом, начал собирать весь шлак, будь то действительно мусор или новым серебряным золотом. В тот год было проведено множество исследований. И до сих пор никто не уверен, что не было сделано с ним в тот год: магия, которую оно отражало, магия, которую оно поглощало, и магия, которая его изменяла – все, кто там был, принимали участие. Но был колдун, Лехеамар из Эзехаара, который сделал из него серебряные зеркала. Благодаря нашему восстанию его метод теперь погребен под пеплом и остатками миллионов свитков и книг, возможно, я единственный, кто до сих помнит его, но он больше никогда не увидит света. Надеюсь также, никто больше его не изобретет. И я не вернусь обратно в те земли – это уж точно.
2: Время, когда всё началось
«Сэр Немзах, образец серебряных остатков, по вашей просьбе.», – сказал раб-слуга шестьдесят шесть и быстро вернулся в коридор, полный зловония. Немзах редко удосуживался как следует утилизировать отходы экспериментов, и никто не горел желанием к нему ходить. «Я ненавижу это место с тех пор, как здесь оказался.. Здесь душно.», – подумал шестьдесят шесть.
Не удосуживаясь даже взглянуть, Немзах был занят своим расследованием и удивлялся, почему остается так много серебра: «Из-за печи ли это? Нет, я повелел следить за тем, чтобы она всегда была раскалена по самое не балуй.. Может, из-за чистоты? Нет, оно выглядит как чистейшее серебро, которое мы добываем для нашего господина.. ТАК ЧТО ЖЕ С НИМ, ЕГО ПОДЕРИ, НЕ ТАК?!»,
Его крик сотряс весь этаж, шестьдесят шесть задрожал от его голоса и побежал так, словно смерть схватила его за шею. Волшебная лампа слегка пошевелилась от удара его рук по столу.
«Или же я отвечу Кахнилу, или пощечина на этот раз не утолит его гнев.», – он повернул голову, чтобы проверить, какую книгу о серебре он еще притащил на свой стол: «Все.. это все, что у меня здесь есть..», – сказал он, чувствуя, как ужас начал сковывать его грудь, а тревоги накапливались одна за другой в его голове.
Появился звук падающих капель.
«Что? Очередная протечка? Не могу поверить, что эти рабы не починили крышу, я им уже трижды говорил, чтобы они сделали это как следует. Похоже, они никогда не учатся. Я скажу Кахнилу, что не могу работать, когда меня отвлекают, надеюсь, это прокатит. Мне нужно время.», – он снова повернул голову, чтобы посмотреть на серебряный самородок.
От увиденного его голова съежилась: серебро пропало.
«НЕТ! Куда оно делось? Я уверен, что оно было там! На моем столе лежит всякое, но я никогда ничего не терял из того, что на нем лежало. Кто-то его взял?», – он встал, чтобы проверить. Пыльные полки его многочисленных стеллажей не отражали света, в то время как отражение его стола освещало потолок из отборной древесины из леса Сакхнор. Ему нравился ее хаотичный порядок древесных волокон, они успокаивали его, особенно под отражением с его мраморного стола, вырезанного по его особому заказу. Он всегда содержал его в идеальной чистоте.
«Воды здесь нет, похоже, они наконец-то починили эту, я осмотрю две, которые они чинили в прошлом.. Тоже ничего.», – сказал он, чувствуя, как по спине пробежала дрожь. «Я не знаю откуда это, я истекаю кровью? Кто-то бросил в меня что-то, и я заметил только сейчас?», но ни на полу, ни на одежде, ни на коже или обуви ничего не было: «Не думаю, что я переутомился, я никогда так не устаю!».
Он медленно повернулся, чтобы вернуться к своему столу, и тут же увидел на полу мелькнувшее отражение.
«Что это..», – медленно пробормотал он. – «Нет, этого не может быть..», – произнес он, полный неверия. На полу лежало серебро в виде тонкого расплавленного диска, который остается у рабов после партии слитков.
Он медленно потянулся, чтобы взять его, его руки дрожали, нижняя часть ощущалась так же, как деревянный пол, к которому он прикоснулся. Он посмотрел на пол, который не был обгоревшим – никто его туда не клал.
«Должно быть, мне мерещится, где такое случалось, что серебро оставляет такой четкий отпечаток дерева, а дерево при этом не обгорело, ни капельки..», – тихо прошептал он с потрясением, не отрывая взгляда от блестящего диска из ныне неизвестного металла.
Он ещё раз проверил, нет ли чего-нибудь ещё необычного – ничего. Ничто не отделяло его от серебряного диска и реальности – он каким-то образом расплавился сам по себе.
«Я не понимаю..», – прошептал он, медленно возвращаясь к своему столу. В его настроение начало вмешиваться волнение – он сделал открытие, о котором у него и в мыслях не было.
Он пытался найти хоть что-то, что могло бы это вызвать, но безуспешно. В отчаянной попытке он начал водить диском по столу, ища объяснение этому странному явлению. И точь как он был готов впасть в отчаяние, свет от волшебной лампы попал на металл, который растекся, словно слеза от переполнявшего его волнения. Ничто, кроме магии, не могло его расплавить, это означало, что дело было не в неправильной технологии, а в их понимании. Он быстро переместил лампу в центр своего стола, а диск и капли загородил книгой, которую он взял в качестве прикрытия от света.
Он подумал: «Теперь так, все мои усилия окупились, проблема решена – моя жизнь спасена.», – и с громадным облегчением выдохнул.
«И что же мне теперь с этим делать? Это лишь капля в сравнении с тем что я использовал в своих экспериментах с другими материалами.. все равно, я прикажу перерабатывать шлаки – и у меня будет предостаточно. Пока я назову это горным серебром, а сейчас я наконец-то отдохну.», – пробормотал он.
Он погасил лампу и спрятал серебро в небольшой деревянной шкатулке, которую специально для этого опустошил – на всякий случай, если оно как-нибудь убежит от него.
3: Серебрегорная звезда
«Что-нибудь новое, Немзах? Или мне следует обращаться с тобой как с рабами, которые могут работать только под постоянным надзором человека с кнутами?», – спросил Кахнил.
«Сегодня всё по-другому, мой господин, сегодня всё совсем по-другому! Я добился прорыва!», – ответил Немзах, сделав паузу, чтобы все взгляды обратились к нему и прекратились все перешептывания. – «То, что у нас было все эти разы, было не серебром, но кое-чем другим.».
Кахнил посмотрел на него с подозрением и с сатирой сказал: «Что, неужто ты обнаружил свой страх, или это взаправду что-то, заслуживающее отчета, о чем ты решил рассказать самолично?».
«Нет, господин, я ничего не боюсь, но..», – быстро ответил Немзах, но Кахнил перебил его, сказав: «Я помню, как ты говорил совсем другое после того, как я приказал ударить тебя по щеке: слезы и пот были искренними, я умею их различать.». Немзах нахмурился и громким голосом ответил: «Возможно ты и можешь различать их, но объясни ка это..», показав ему диск из горного серебра и продолжив: «..У тебя может быть знание, но тебе не хватает мудрости, но все же знания тебе тоже не хватает, говоря, что ты знаешь, что такое отчаяние и страх для ученого, величайшего из известных тебе или твоим господам.». Сделав несколько шагов ближе к Кахнилу, открывая деревянную шкатулку, он добавил: «Это диск из металла, выработанного из шлаков серебра, в чем меня обвиняли твои слуги, другие алхимики и все окружающие, и теперь это свидетельство твоего невежества – это ни серебро, ни шлаки. Это то, что я теперь объявляю горным серебром!», – смело ответил он.