Антон Исаев – Библиотекарь (страница 16)

– Удачи, Лель. Ещё поболтаем.

– Это точно. Помнишь того эльфийца? Ну, в коридоре его вчера выловили, с волосами такими длинными. Короче…

“Леля!” – и короткий гудок руномобиля.

– Иду! – крикнула Леля в окно. – Ладно, я ушла!

Девушка закинула все бумаги в рюкзак и быстро выбежала из лаборатории. Хлопнула дверь лавки и, спустя мгновение, руномобиль плавно уехал.

– Вот и хорошо, – послышался сбоку раздражённый голос Менеланны.

– А! – я подпрыгнул от испуга.

Моя повзрослевшая сестра из сна стояла в паре метров от меня и буравила меня взглядом. Она как будто сердилась, или о чём-то сильно беспокоилась.

– Так, абориген, во-первых успокойся, – по-деловому прервала меня девушка. – Психи, нервы – убираем. Я всё прикинула и поняла, что единственный самый оптимальный вариант – подтянуть тебя до Хранителя.

– Подтянуть – до кого?

– До Хранителя, – отмахнулась Мени. – Для начала хотя бы Хранителя планеты, а дальше как пойдёт. Для вашего захолустья это будет самым лучшим выходом, уж поверь мне.

– Послушай, Мени, – я никак не мог прийти в себя, – как ты выжила после взрыва? И почему до этого я о тебе ничего не слышал?

– Кто? – удивилась девушка. – Как ты меня назвал? Мени? Погоди…

Сестра снова перелистнула воздух и перед ней появилась такая же, как во сне, панель рун, только они были разноцветные. Пальцы быстро забегали по значкам, они последовательно активировались и сбоку от девушки материализовалось зеркало.

– О какая я, – девушка пощупала себя за щёки, потрепала волосы. – Интересно. Так. Как ты, говоришь, меня назвал?

Мени смахнула панель с рунами, вместе с панелью растворилось зеркало. Девушка подошла к моему шкафчику, открыла обе створки и извлекла фотографию моей семьи.

– Так, вот та самая фоточка. Эта персона и есть Мени, да? – девушка показала пальцем на кудрявую сестрёнку справа от мамы. Я кивнул.

– А я через него к вам попала, – девушка достала из шкафа камень кота. – Мне срочно нужен был облик, чтобы контакт наладить, образ девочки был в самый раз. Только почему я старше? Я это не планировала.

– Ну, тебе, то есть ей, сейчас было бы шестнадцать, она была младше меня на год. Погоди. Раз ты не Мени, тогда кто ты?

– А это важно? – раздражённо бросила Мени. – Ладно, зови меня Мени, так даже будет проще. Как тебя звать, абориген?

– Ти.

– Хорошее имя, короткое. Люблю, когда всё коротко и по существу. Ти. Давай попробую донести до тебя весь расклад, чтобы ты наконец-то понял, в какую клоаку ты можешь втянуть вашу систему.

– Какую систему? Нашу лавку? У нас только одна лавка, Оскар ещё только планирует открыть вторую....

– Лавку? – Мени ошеломлённо посмотрела на меня. – Какую лавку! А всю вашу звёздную систему не хочешь?! Лавку.

– Звёздную… что?

– Систему, – терпеливо пояснила девушка. – Гравитационно-связанная группа планет со звездой в центре, если грубо сказать. Парень, давай я договорю, а ты потом будешь свои тупые вопросы задавать, хорошо? Я так никогда не закончу. А нужно закончить, понимаешь? Так вот. Ты вызвал Суд. Почему ты и как вызвал – ну, видимо, так сложилось. Ты был долгое время рядом с якорем в виде вот этой синей каменюки, в тебе накопилось её излучение, и, видимо, концентрации хватило, чтобы активировать ключ. Тебя услышал Космический Суд и, что удивительно, вызвал тебя к себе. И сходу предложил тебе стать Хранителем. Вот скажи мне, что тебе мешало сказать “да”, а? Нет, вместо этого ты решил задавать вопросы. Суду. Суду, который одним решением может погасить галактики, а вторым – создать!

Мени замолчала и быстрыми шагами обошла вокруг стола. Я хмыкнул – сестра, когда мы с ней в догонялки играли, очень любила бегать вокруг столов и стульев.

– Почему-то очень захотелось пройтись, – девушка словно извинилась за своё поведение. – Так вот. Ты инициировал создание Хранителя для вашей звёздной системы. А так как на тебе отпечаток излучения, Суд дал тебе право объявить себя Хранителем без конкурсного отбора. И это очевидно, учитывая уровень развития вашей цивилизации. Я не думаю, что хоть кто-нибудь из вас имеет даже представление о том, что такое космические силы, я уже не говорю о теоретических изысканиях и практических космических рунах. Ты, благодаря излучению, для Суда такими знаниями якобы владеешь, единственный на всей планете, вот они и дали тебе семь суток на обдумывание.

Я вспомнил слова фигур в тёмной комнате, что они увидели на мне отпечаток космической силы. Вот что они увидели! Излучение от котокамня.

– Откуда ты всё это знаешь?

– Ночью с тебя считала, – небрежно бросила Мени. – Не отвлекайся. Если ты откажешься, то конкурс на выбор хранителя для системы будет передан в столичную планету Мурлей. И поверь мне, выбранный Хранитель не будет церемониться с вами. В лучшем случае он ничего не будет делать.

– А в худшем?

– О, тут много вариантов. Например, какие-то планеты превратит в энергию для своих нужд. Или украдёт у вас время, будет продавать ваше время на рынках, ценный товар, поверь мне. Ну или что-нибудь примитивное вроде работорговли, добычи ресурсов или проведения экспериментов. Хорошего мало.

– И что мне делать?

– Ну, для начала, вернуться в Суд и сказать им, что ты согласен. Я очень надеюсь, что они дадут тебе время на подготовку.

Доводы Мени мне показались очень убедительными. Я ещё не понимал, что значит быть Хранителем, но отдавать этот статус другому нельзя, раз он сможет сделать с нами такие ужасы.

– Я не хочу, чтобы нас уничтожили. А как вернуться? Чёрная плита раскололась.

– В плите был ключ для визита в Суд, – Мени снова начала прогуливаться вокруг стола. – Ключ после активации перешёл к тебе. Для посещения Суда нужно захотеть его посетить, и если Суд решит твоё желание соответствующим их уровня, тебя вызовут.

– В смысле, только захотеть? Ну, я хочу снова попасть в Суд, и что?

Я снова стоял в чёрном зале, моя фигура была обрисована белыми линиями по контуру. Семь фигур на возвышении всё также находились в ста метрах от меня.

“Суд слушает решение кандидата,” – громыхнуло в зале.

– Я согласен стать Хранителем! – что есть мочи крикнул я в зале.

“Суд принимает решение кандидата. Кандидат может становиться Хранителем Системы в приоритетном порядке.”

И я вернулся в лабораторию.

– И то, если Суд захочет, он тебя вызовет, – Мени остановилась и пристально посмотрела на меня. – Так, судя по всему ты был в Суде. Какой итог?

Я дословно повторил слова из тёмной комнаты.

– В приоритетном порядке? Какая прелесть.

Девушка в первый раз за нашу короткую встречу слегка улыбнулась.

– А что это значит? Что-то хорошее?

– Да, это очень, очень хорошо. Пока ты жив, ты можешь становиться Хранителем. Как умрёшь, Суд выставит систему на торги. Но я позабочусь, чтобы ты не умирал.

– Звучит как угроза, – я поёжился.

– Нет, я ничего делать не буду с тобой, успокойся, парень! Я просто прослежу, чтобы ты не помер раньше времени. В крайнем случае в стазис тебя введу. Пока что у нас одинаковая цель – нам нужно, чтобы никто из Мурлея не совал сюда свой нос ещё хотя бы лет пять, пока я не пойму, как убраться из вашей дыры незаметно…

– Убраться? Зачем? Куда?

– Ну, ты вызвал суд, рано или поздно об этом узнают на Мурлее. Мы просто немного отсрочили неизбежное. Когда сюда придут, а они придут, уж поверь мне, ты ничего сделать не сможешь, сил не хватит. Только если ты за эти пять лет умудришься стать Хранителем хотя бы своей планеты…

– А как им стать?

– Нужно выполнить условие планеты, – Мени произнесла фразу как очевидный факт. – Что планета скажет, нужно выполнить, и после этого ты станешь её Хранителем.

Входная дверь звякнула и кто-то зашёл в лавку. Кого нелёгкая в такую рань принесла? И как зашли? Леля не закрылась при выходе?

– Есть кто живой? – послышался глухой голос мужчины. Покупатель. Я обернулся к Мени, но она куда-то исчезла. Надеюсь, она ещё появится, у меня была куча вопросов.

Леля действительно забыла закрыть дверь, но, наверное, это было даже хорошо: вчера в некоторых палатках у Университета из-за жары испортились продукты, и с самого утра к нам повалили страждущие со всего города. Когда Оскар зашёл, я уже успел продать практически все запасы Минизима, Симетона, Магедрата, половину запаса чистой воды и быстро бегал между лабораторией и прилавком, чтобы успеть приготовить ещё.

Гном быстро понял ситуацию, сразу встал за прилавок, а я ушёл в лабораторию готовить быстро заканчивающиеся препараты.

Достать солнечник из пакета, закинуть в измельчитель на две-три минуты, высыпать из съемного контейнера порошок и пересыпать его в подготовленную посуду, из бункера высыпать мусор в ведро. Повторить, пока стеклянная прозрачная посуда не заполнится, закрыть её вакуумной крышкой. Тщательно очистить контейнер измельчителя от остатков порошка и повторить процедуру для лунника молочного. Убедиться, что запаса измельчённой ядрён-травы достаточно. Когда порошки готовы, включить вытяжку и начать приготовление растворимых лекарств. В большую круглую тарелку по кругу высыпать тонкой струйкой солнечник, посередине тремя волнами насыпать лунника молочного, потом в углы вписанного квадрата щепотку ядрён-травы. Получить внутреннее интуитивное удовлетворение, что всё сделано правильно.

Я вспомнил похожий рисунок на одной из плит инициации. Кажется, это была плита “Вода”. Рисунок на тарелке, конечно, был заметно проще, плита была вся изрисована дополнительными элементами, но основа – круг, внутри волны, точки в углах вписанного в круг квадрата, – всё было.