Антон Гусев – Маркин и кот. Рассказ (страница 2)
– От тех, от кого могу…
– А есть другие?
– Я не Бог.
– Тебе что-то известно?
– В некотором роде.
– Расскажи. Я ведь твоя боевая подруга.
– Ну, раз боевая, – вздыхает он тяжко, – тогда слушай. У меня недавно состоялся диалог с Президентом. Они проводили социальный опрос, народ недоволен армией, да и оборонный заказ стал срываться с завидной регулярностью. В канун выборов такая картина не может играть ему на руку…
В его голосе слышится какая-то тревожная неопределённость, и она пугает её, как и всякую женщину.
– И что?
– Будет большая проверка Счётной палаты. В твоём ведомстве.
– Почему в моём?
– Потому что если в моём, то надо будет сажать через одного.
– А в моём?
– В твоём меньше.
– Меньше?! – такая формулировка пугает её ещё больше. – Что значит меньше?!
– То и значит. Только без истерик давай. Все кандидатуры на посадку будут согласовываться с тобой и со мной. Но ты не бойся – о наших с тобой отношениях он знает, и с тобой ничего не случится.
– А с тобой?!
– Тем более. Максимум нам предложат новые должности. Ты ведь пойдёшь за мной?
– Ты уверен, что всё так безоблачно?
– Я такое уже проходил. Что-то вроде публичной порки. Когда дело этого юриста, замученного в СИЗО, набирало обороты, я как раз налоговую возглавлял, а она потерпевшим по делу проходила. Представляешь, как меня тогда публично сквозь строй протащили… И ничего – должность министра дали.
– Я тогда подумала, что это всё – твоя жена. Всё-таки дочь премьера.
– Что ж, доля правды в твоих словах есть. Но только в той их части, которая связана с моим трудоустройством. То есть, её связи, а вернее, связи тестя помогли мне получить первую работу. Потом, когда уже непосредственно стал работать с самим, он оценил мои деловые качества, и теперь руководствуется исключительно ими, всякий раз оставляя меня в команде.
– Под деловыми качествами ты понимаешь умение откатывать?
– Это тоже далеко не последнее дело и не каждому под силу, знаешь ли.
– Однозначно согласна. У меня, например, не получается…
Ах, как ценит он её умение свести в шутку самый тяжёлый, неприятный для него разговор. В этом проявляется её умение ценить его. Жена так не может. Он спешит сообщить ей об этом. Она улыбается в ответ своей по истине джокондовской улыбкой.
– Я же всегда говорю тебе о том, что рождена для тебя. Поэтому берегу тебя, забочусь о тебе. Так будет всегда.
– Значит, не бросишь, если придётся сменить работу?
– Конечно нет. Главное, чтобы на наши отношения эта перемена не повлияла.
– Не бойся, малыш. Ты же умничка, понимаешь, что я к тебе привязался на всю оставшуюся…
– Тсс. Не говори громких слов. Достаточно того, что своими поступками ты доказал, что не предашь и тебе можно верить.
Она боится «расплескать» ту теплоту, ту радость отношений, которая, наконец, открылась ей. Поэтому к их отношениям относится трепетно, осторожно, словно, оберегая от постороннего вмешательства. Она по-своему права…
Она помнит и тот день, а точнее вечер, когда ключ в замке проворачивается, и она, чуть живая, после бурной попойки буквально вваливается в коридор. Её сопровождает незнакомец – пришёл какой-то из клуба. Как это она точно не помнит, но ей отчего-то постоянно смешно. Она смеётся буквально как заведённая – видимо, принятая доза кокса берёт своё.
Спутник ведёт её под руку и когда она, заходясь в приступе хохота, начинает лопотать ему какие-то глупости:
– А Вы… Вы… – хохот забивает её предложения, не давая довести их до конца – Откуда взялись, мой кавалер?
– Вы не помните?
– Я же… ахаха… девочка… Память, соответственно, у меня девичья…
– Ясно. В таком случае вспомните позже, торопиться Вам некуда.
– А Вы… может быть, останетесь на бокал вина? – оставлять незнакомца в гостях она не собиралась, решила лишь устроить ему проверку. Согласись, он сейчас на её предложение, сразу бы взашей выгнала.
– С удовольствием, но в другой раз. Сегодня поставленная передо мной задача по Вашей доставке к месту жительства в целости и сохранности выполнена.
– О как… И кем же она поставлена?
– Екатерина Семёновна, Вы точно в порядке? Может, помощь какая нужна?
Она окидывает ночного собеседника взглядом. Одет вполне прилично, если даже не сказать больше – костюм от импортного кутюрье бросается в глаза нашей ценительнице мод.
– Нужна, но Вы её, увы, оказать не в силах…
– Значит, я могу быть свободен?
– Вполне.
– Что сказать Динаре – Вы легли отдыхать?
Она уже ничего ему не отвечает, только отмахивается и бормоча что-то невнятное, удаляется в свою комнату. По звуку закрывающейся двери, сквозь сон она понимает, что спутник не ушёл, но её это уже мало волнует – всё постепенно сливается для неё воедино, и она неспешно засыпает.
…Утро в таких случаях всегда протекает по одному и тому же сценарию. Головная боль, ломота во всём теле, смутные воспоминания. А потому и принимаемое в таких случаях решение всегда одно и то же – стакан виски. И вот он уже внутри неё, а телефон – в руке.
– Привет, Динарик.
– Здорово, мать, – голос подруги на том конце провода позволяет прийти к выводу, что её вчерашняя визави переживает сейчас такие же душевные муки.
– Даже не спрашиваю, как ты.
– Правильно делаешь. Сама то лучше?
– Ммм… Весьма условно сие утверждение. Слушай, что вчера было-то?
– Как что? Мой день рождения, что же ещё?
– Это я ещё пока помню. Что в клубе-то было?
– Ничего особенного, если не считать того, что мы обдолбились кокса и стали приставать к мужикам.
– С этого места поподробнее. Кто меня вчера домой провожал?
– Крепко тебя, видать, садануло. Маркин.
– Какой ещё Маркин?
– Тот самый, зам из Следственного.
– Да ладно?! А он как там оказался?
– Не знаю, за соседним столиком сидел. Ты его увидела и давай к нему приставать. Мол, что вы там за проверку нам устроили?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».