Антон Громиш – Смерть одного города (страница 3)

– Из-под сцены.

– То есть ты никак не мог ни камнями швыряться, ни дубинами махать. Сейчас мать придет, так ей и объясним: держите своего сынка на привязи, следите за ним во все глаза.

Мальчик шумно вздохнул.

– Ты уж извини нас, – продолжил майор, – сам видишь, все на взводе. Вижу, что пацан ты серьезный, в машинки уже не играешь. Знаешь, чем весь этот протест закончился? Семь убитых и тридцать четыре раненых. Нам троих наших сотрудников хоронить теперь. У них остались жены, дети.

– Но ведь и ваши сотрудники тоже виноваты… – вставил свое слово мальчик.

– Виноваты, – согласился Лапков. – Виноваты, что сразу не пресекли эту акцию. Они вмешались когда? Когда все были на эмоциональном взрыве и то – в конце акции. Вот и поднялась буча. Служебная проверка уже началась.

В дверь постучали.

– Войдите! – приказал майор.

В проеме показался давешний младший сержант.

– Сергей Ильич, мама парня пришла.

– Пригласи.

В кабинет не вошла – вбежала молодая женщина возраста около тридцати лет. Подбежала к сыну, обняла. Лапков не мешал – пусть все идет своим чередом. Наконец, Валерия Андреевна успокоилась, села рядом.

– Что с моим сыном? – прямо спросила она.

– Вот он сидит, – указал на Алексея Лапков. – Жив-здоров. Или вы о его дальнейшей судьбе?

– Прекратите издеваться!..

– Спокойно, гражданка. Лучше поясните, как ваш сын оказался на площади в столь щекотливых обстоятельствах? Как он туда вообще попал?

– Мы шли вместе, потом в толпе потерялись.

– И вы там были?! – искренне удивился майор. – Однако! Что ВЫ там делали? Посмотрите на себя! Красивая интеллигентная женщина. Вам подобало бы в кино сниматься, а не на баррикадах геройствовать! Жанна Д`Арк интинского разлива!

– Это мой город… – начала Большакова, но Лапков ее ворчливо перебил:

– «Это мой город, это моя земля!». Уже сотню раз за два часа наслушался. Что-нибудь новое бы придумали. Инта – тоже мой город! Я здесь родился, только три года не было, когда в армии служил. Так что ж, мне тоже автобусы перевернуть и стекла в домах повышибать в знак протеста?

Лапков замолчал. Алексей вообще вжался в стул, стараясь никак не привлекать к себе даже малейшего внимания – мало ли. Валерия Андреевна теребила в руках ремешок сумочки, взгляд опустила.

– Итак, – после длительного молчания произнес майор, – по проведенной нами проверке по факту участия вашего сына в антисоциальных событиях, мы пришли к выводу, что наши сотрудники превысили свои полномочия, задержав Алексея Большакова незаконно и нанеся ему телесные повреждения средней тяжести. Виновные в этих преступлениях уже разжалованы, привлечены к дисциплинарной ответственности, в отношении них возбуждены уголовные дела.

Лапков встал.

– Как исполняющий обязанности начальника интинской милиции я приношу извинения за действия своих бывших подчиненных. Обещаю, что они будут справедливо наказаны. Вы вправе требовать возмещение морального вреда через суд как от непосредственно виновных, так и от нашего Отдела в целом. Я вас больше не задерживаю.

– Спасибо, – прошептала Большакова.

Лапков кивнул.

– Идите. И следите за вашим сыном. Не хотелось бы, чтобы он еще раз вляпался во что-то нехорошее. Сержант!

В кабинет заглянул конвоир.

– Проводи их до выхода. Они свободны.

Сержант кивнул. Валерия Андреевна прошла к двери, остановилась, что-то хотела сказать, но передумала.

– До свидания, – сказал Алексей.

– Нет уж, Алеша – усмехнулся Лапков, – лучше уж прощай.

ГЛАВА 2. Поиск решения

В то самое время, когда на площади митинговали горожане, в поселке Абезь (несколько десятков километров севернее Инты) руководители городской власти проводили совещание. Место это было выбрано не случайно – поселок был тихим, помех никаких быть не должно. О митинге руководители города и округа знали и заранее отправили всех сотрудников администрации в отгул, чтобы ненароком не попали в «мясорубку» оголтелой толпы.

Совещание открыл глава городского округа Владимир Миронович Старков.

– Уважаемые коллеги, ситуация складывается для нашего города весьма неблагоприятная. Как вы все знаете, несколько дней назад Правительство Российской Федерации выпустило постановление, согласно которому все населенные пункты, к которым применимо определение «моногород», рекомендовано закрыть. Наш город попадает под эту категорию тоже. И сейчас наша задача не столько апеллировать в вышестоящие инстанции и ведомства, сколько не допустить в городе социального взрыва.

Уже сейчас на центральной площади города проходит акция протеста против данного правительственного документа. И мы должны быть готовы, что акции будут продолжаться, пока население не смирится со сложившейся ситуацией.

Также меня беспокоит и дальнейшая судьба интинцев. Необходимо отслеживать до конца процесс предоставления всем без исключения нашим землякам жилья. Необходимо поддержать их в поиске рабочих мест, устроить детей в школы и детсады. У кого какие будут предложения? Начнем с вас, Александр Егорович.

Заместитель руководителя горадминистрации по экономическим вопросам Бирюков встал за трибуну.

– С моей стороны я могу предложить интинцам следующие меры поддержки. Необходимо, чтобы все собственники жилья продали нашей администрации свои квартиры. В этом случае у них будут на руках немалые суммы, которые им пригодятся для дальнейшей жизни в другом городе. В связи с этим мы должны запросить республику о дополнительном финансировании.

– Чем это может помочь? – поинтересовался Старков.

– На первых порах, – объяснил Бирюков, – все наши жители будут размещены в общежития. Имеющиеся у них деньги, вырученные от продажи этого жилья, помогут им – не понадобится много времени, чтобы накопить на собственное жилье.

– Тогда уточнение, – поднял руку руководитель администрации Максим Севастьянович Беликов. – Цены на жилье в нашем городе и, предположим, в той же Вологде или Московской области сильно разнятся. И если у нас однокомнатная квартира стоит порядка ста – ста пятидесяти тысяч, то в Вологде, я знаю, абсолютно равноценное жилье стоит около полумиллиона. Про трехкомнатные квартиры я даже и не говорю. Не слишком, мне кажется, удачное разрешение проблемы.

– Этот момент учтен, – кивнул Бирюков. – Я предлагаю покупать у граждан жилье не по номинальной стоимости, а по удвоенной цене. То есть, – Александр Егорович развернул местную газету с объявлениями, – предположим, кто-то семья продает нам двухкомнатную квартиру. Ее реальная стоимость, например, полмиллиона рублей. Он продает нам в два раза дороже – за миллион. А вот как раз в Кирове, – Бирюков ткнул пальцем в газету, – та же «двушка» стоит девятьсот пятьдесят тысяч. Даже если на первых порах семья при адаптации на новом месте и потратит определенную сумму имеющихся у нее денег, пусть тысяч пятьдесят, накопить на новую квартиру будет не так напряжно.

– И республика даст нам такие средства? – не успокаивался Максим Севастьянович. – Не забывайте, что в нашем регионе закрывается не только Инта. Та же Воркута в разы крупнее Инты. Республиканская казна опустеет уже через месяц.

– А если попробовать запросить помощь у самого главы российского Правительства? – предложила замруководителя администрации по социальным вопросам Людмила Викторовна Тонкова. – Если постановление издали в Москве, то пусть необходимые для этого средства выделяет федеральный бюджет.

Старков покачал головой.

– У меня вчера состоялся телефонный разговор с Главой Коми. Москва готова выделить субъектам страны только средства, направленные на переселение граждан, плюс суммы, равные трехмесячному доходу переселенцев на прежней работе.

– Тогда они все вынуждены будут жить в общежитиях, не имея возможности приобрести свое собственное жилье.

– Ипотека – не выход?

– Для ипотеки, – сказал Бирюков, – необходимо предоставить в том числе и справку о заработной плате. Но пока переселенец устроится на работу, ему нужно будет отработать определенное время, чтобы получить такую справку. Нет, это тоже не панацея.

– Садитесь, Александр Егорович, – Старков перевел взгляд на Тонкову. – Мы слушаем ваши предложения, Людмила Викторовна.

Тонкова прошла к трибуне.

– Мне было поручено проработать способы социальной поддержки интинцев в других города, в частности, помочь с поиском работы трудоспособных граждан и определить детей в школы и дошкольные учреждения. На данный момент уже есть договоренность с руководством около пятидесяти городов в Кировской, Архангельской, Ростовской, Омской областях и Красноярского крае. Уже сейчас на некоторых крупных предприятиях Вологодской и Омской областей есть вакантные места.

– Что это за предприятия?

– Это и государственные структуры, и частные учреждения. Например, в Омской области сразу в шести городах готовы принять на работу работников торговли, а также некоторых юридических ведомств – милиции, Отдела судебных приставов и прокуратуры. Только в двух регионах мы уже сейчас можем трудоустроить две с половиной тысячи человек. С руководителями других субъектов Российской Федерации переговоры продолжаются. Их главы, конечно, пытаются демонстрировать активную деятельность, но мне кажется, что следует подключить к решению этой проблемы Главу нашей республики.

– Хорошо, – кивнул Старков, – я свяжусь с Владиславом Максимовичем. Эта часть проблемы ясна. Что у нас с детьми?