Антон Гринченко – Тени Цитадели (страница 1)
Антон Гринченко
Тени Цитадели
Пролог: Вызов, брошенный в костёр
Зима в Хребте Небывалых Вершин была нешуточной. Ветер с ледяных пиков выл, как раненый дух, засыпая форпост «ZergHive» колючей изморозью. Но внутри главного зала было жарко от огня в очаге и от накалённых страстей.
За столом лежала старая, обугленная по краям карта. На ней была изображена чудовищная, костяная конструкция, вросшая в склон горы, словно раковая опухоль на лике мира – Цитадель Накрамас. Логово культистов Плети, плацдарм нежити, источник скверны, отравлявший целую долину. Оттуда доносились слухи о поднимающихся в могилах мертвецах, о замороженных в вечном ужасе душах, о культистах, приносящих жертвы чему-то, что медленно просыпается в самых глубоких склепах.
– Они расширяются, – мрачно констатировал Дехака, водя своим грубым пальцем по карте. – С каждым месяцем их зона влияния растёт. Скоро их разведотряды будут рыскать у наших стен.
– Наши стены теперь самые прочные в долине, благодаря нашим доходам, – с гордостью заметил Дыр, поправляя монокль, который тут же запотел. Он сидел на специальной подушке на стуле, рядом с ним на полу дремал его верный Скребок. – Но экономическая угроза также серьезна. Они перекрыли торговый путь через Ущелье Седых Теней. Наши доходы от транзита упали на восемнадцать процентов. И это пахнет… гнилой костью и потерянной прибылью.
– И там, должно быть, полно старых артефактов, которые никто не учитывал! – воскликнула Gnomidagrinch, её глаза загорелись алчным огнём. – Заброшенные сокровищницы, магические реликвии, которые можно легально изъять в порядке санитарной очистки местности!
– И много несчастных душ, нуждающихся в… освобождении, – ледяным тоном добавил Рангоки. Его рука сжимала рукоять меча. Для рыцаря смерти Накрамас был не просто угрозой, а личным оскорблением, извращением того, чем должна быть истинная сила Плети.
– Значит, решаем? – спросил Буйочек, сжимая свой молот так, что костяшки пальцев побелели. – Идём и крушим?
Все взгляды обратились к Дехаке. Орк-паладин медленно обвёл взглядом своих командиров: Искорку, чей взгляд был полон жажды славы; Тарала, чьё лицо было серьезно – он чувствовал крик осквернённой земли; Ориона, холодного и готового; Протомейна, молчаливого и непоколебимого; Мракобессу, уже потиравшую руки в предвкушении хаоса; Певца, напевавшего что-то зловещее под нос.
Они были больше не бандой авантюристов. Они были армией. Силой. Семьёй.
– Мы идём, – тихо, но так, что слова прозвучали громче любого крика, сказал Дехака. – Не для наживы. Не только. Мы идём, потому что если не мы, то кто? Альянс далеко. Другие кланы боятся. Наша гильдия выросла из хаоса, чтобы наводить свой порядок. Порядок, в котором нет места подобной мерзости. Мы берём Цитадель Накрамас.
В зале повисла торжественная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев.
– Гномида, – Дехака посмотрел на эльфийку-друида. – Ты обеспечиваешь нас всем необходимым. Добывай, покупай, воруй. Нам понадобятся зелья антимагии, священные масла, метательные крючья для штурма стен. Всё.
– Дыр, – теперь взгляд орка упал на вульпера. – Ты сводишь бюджет. Мы тратим всё, что нужно. Но каждый медяк должен быть учтён. И я хочу знать стоимость каждого сломанного культистского черепа.
– Тарал, Рангоки, Орион – вы разрабатываете стратегию. Они сильны магией смерти и льда. Нам нужны контрмеры.
– Буйочек, Протомейн – вы берёте на себя подготовку штурмовых групп. Укрепляйте щиты, тренируйте слаженность.
– Остальные – готовьтесь. Через неделю мы выступаем.
Так был брошен вызов. Вызов не просто врагу, а самой идее отчаяния, которую олицетворяла Цитадель. «ZergHive», гильдия изгоев и безумцев, решила совершить то, на что не решалась вся Орда в регионе. Они шли не за славой. Они шли, чтобы очистить. И чтобы доказать самим себе и всему миру Неверэста, что их хаос может быть созидательной силой.
Глава 1: Дорога костей
Неделя пролетела в лихорадочных приготовлениях. Форпост напоминал разворошённый муравейник. Кузницы не умолкали ни днём, ни ночью. Gnomidagrinch, в облике совы, совершала по три вылета в день, возвращаясь с вьючными баранами, нагруженными ящиками. Дыр, несмотря на панику, работал с безупречной точностью. Его система цветных и ароматических меток теперь покрывала не только склад, но и всё снаряжение готовящегося к походу отряда. Каждый боец знал, что его зелье лечения пахнет мятой и лежит в синем мешочке, а граната с освящённым светопорошком – ладаном и находится в красном.
Двадцать пять человек. Ядро старой гвардии и лучшие из новых рекрутов. Сильнейший отряд, который только могла собрать гильдия.
Утро выхода было хмурым и морозным. Они шли не тайно – они шли демонстративно. Пусть видят. Пусть знают. Пусть сомневающиеся племена троллей и орков наблюдают за тем, как «Сборище Безумцев» идёт на верную смерть. Или на величайшую победу.
Их путь лежал через Пустошь Седых Теней – мёртвые земли, уже тронутые дыханием Накрамас. Воздух здесь был тих и тяжёл, пахнул мертвечиной и холодным пеплом. Трава была чёрной и ломкой, деревья стояли обугленные, как кричащие свидетели.
Именно здесь на них обрушился первый удар.
Не атака. Испытание.
Из трещин в земле, из-под чёрных камней, выползли они. Осквернённые духи павших. Не нежить в привычном понимании, а призрачные, искажённые страданием сущности, чьи формы напоминали то воинов, то зверей, то просто клубящиеся клочья боли. Их вой прорезал тишину, леденя душу.
– Строй! – рявкнул Дехака, но его приказ опередил Тарал.
Шаман-зандалар выступил вперёд, вонзив посох в мёрзлую землю. Он не стал петь боевой гимн. Он начал разговаривать. Голосом, полным древней скорби и неукротимой воли, он обращался к духам на их собственном, забытом языке стенаний.
– Я слышу вашу боль! Вижу ваши цепи! Вы не враги! Вы – пленники! – его слова, усиленные магией, разили призраков сильнее любого клинка. Некоторые духи замедлялись, их воющие лики искажались смятением.
Этого мгновения неопределённости хватило для Ориона. Он не стал атаковать призраков. Он пошёл сквозь их строй, его рунный клинок «Песнь Безмолвия» был опущен. От него исходила волна иного холода – не смерти, а покоя, безмолвного приглашения к забвению. Духи, которых коснулась эта аура, не исчезали с воем. Они просто… растворялись, как туман на утреннем солнце, их искажённые черты на мгновение обретали покой.
– Они не дают опыта и не несут добычи! – с досадой крикнул кто-то из новых рекрутов-орков.
– Они несут нечто большее, болван! – огрызнулась Мракобесса, швыряя в толпу призраков горсть священного пепла. – Они несут урок! Эта земля больна! И мы идём выжигать болезнь!
Атака духов была отбита не силой, а сочетанием шаманской мудрости, дара вечного покоя и грубой силы священного огня. Это был первый урок Накрамас: здесь врагом будет сама атмосфера, само отчаяние.
Когда последний призрак рассеялся, воцарилась тяжёлая тишина. Отряд снова двинулся вперёд. Теперь все понимали – они идут не просто на штурм крепости. Они идут в самое сердце кошмара. И их оружием должна быть не только сталь, но и нечто большее – та самая безумная, нерушимая связь, что делала «ZergHive» гильдией.
Впереди, на горизонте, уже вырисовывались чёрные, костяные шпили Цитадели. Они ждали. А гильдия шла.
Глава 2: Взгляд в Небеса
Они стояли на краю Мёрзлого Уступа, и двадцать пять пар глаз смотрели вверх. Туда, где в разрывах свинцовых туч, словно проклятая жемчужина в короне уродливого божества, висела Цитадель Накрамас. Она не была встроена в скалу. Она парила. Гигантское сплетение костяных шпилей, чёрного некротического камня и сияющих синим ледяных громадин, удерживаемое в небесах титанической силой тёмной магии. С её нижних ярусов, как гнилые сосульки, свисали цепи из спрессованных костей и застывших душ.
– Ну… этого в отчёте не было, – произнёс Дыр, его монокль выпал и повис на шнурке. Даже его сверхчувствительный нос не улавливал запаха такой немыслимой архитектуры, только ледяную пустоту и старую, всепроникающую скверну.
Великолепный план штурма наземной крепости, разработанный за неделю, мгновенно превратился в красивую, но бесполезную бумажку.
– Сложная штука, – спокойно заметил Сентаим, не отрывая взгляда от парящей громадины, словно оценивая её с точки зрения перспективного места для рыбалки. – Клюёт только на определённый вид наживки. И на определённой высоте.
Первый вызов: Как туда добраться? Взлететь? У гильдии была лишь одна летающая форма – сова Gnomidagrinch, и та не могла поднять даже Буйочка.
– Цепи, – ледяным тоном констатировал Орион. – Они не для красоты. Это лестницы. Или лифты. Их сторожат.
Он был прав. Между цитаделью и землёй тянулись те самые костяные цепи толщиной с дерево. И по ним, словно отвратительные сторожевые псы, ползали ледяные виверны-нежить – скелеты с обледеневшими перепонками крыльев и пустотами в глазницах, пылающими синим огнём.
План родился из хаоса, как всегда.
Этап первый: Отвлечение и захват плацдарма.
– Пивец, световое шоу, – приказал Дехака. – Яркое, кричащее, отвратительное. Привлеки внимание всех тварей на юго-западной цепи.
Тролль-маг закатал глаза, взял глубокий вдох и затянул пронзительную, диссонирующую арию, вкладывая в неё всю магию Искажения. Воздух вокруг него затрепетал радужными бликами, по земле поползли психоделические узоры. Для живых это было бы мигренью. Для нежити, чьё восприятие было иным, это стало невыносимым раздражителем. С цепей сорвались несколько виверн, устремившись к источнику шума.