Антон Генералов – Адъютант (страница 22)
– Степан, скажи, ты сможешь сделать экспертную оценку моего амулета щита?
– Конечно, могу. А зачем тебе она? – удивился он.
– Да понимаешь, он не совсем мой. Его дали как бы в аренду, но с правом выкупа.
Про себя подумал: «Во как я завернул, до чего же доводит тесное общение с гномами».
И продолжил:
– Деньги за него просят немалые, своими не обойдусь, придётся у родных просить. И заключение специалиста, что покупаю действительно ценную вещь, а не кота в мешке, серьёзно облегчило бы получение средств.
– Ну, то, что это уникальной артефакт, а не поделка талантливого мошенника, я тебе и сейчас без всякой проверки скажу. В нём такое рунное плетение и так искусно вплетены магические потоки, что любой мало-мальски толковый маг скажет, что тут поработал великий мастер, а не шарлатан.
– Я-то не маг, да и моим потребуется письменное подтверждение.
– Да согласен я, самому хочется повнимательнее его рассмотреть. Не беспокойся, выправлю тебе документ с экспертным заключением на гербовой бумаге, всё как полагается. Оценю возможности, опишу структуру плетений, использованные материалы и назову примерную цену. Всё это с моей печатью и подписью. И уж если это не убедит твоих, то и не знаю, чем ещё помочь. Если не сможешь выкупить – скажи мне.
– У тебя есть нужная сумма? – сказал я и с большим сомнением посмотрел нас мага.
– Да что ты! Откуда?! Это же стоит целого состояния! Но я бы мог отписать в нашу магическую академию – и они его с руками оторвут, несмотря на их вечный скулёж о недофинансировании.
– Ну, тогда давай приступим, – сказал я, вытирая рот салфеткой и вставая. Завтрак за болтовнёй был давно закончен, и мы на пару потягивали халифатский кофе.
Мы поднялись на второй этаж, где располагались все вечно пустующие кабинеты сотрудников. Пройдя по коридору до поворота в правое крыло, вошли в первую дверь, что была как раз за этим поворотом. В кабинете мага, где мне бывать ещё не проходилось, всё было завалено книгами, в беспорядке громоздящимися всюду, куда падал глаз. В этом море книг было только два свободных от них места – это стол, на котором царил идеальный порядок, и кресло для гостя перед ним. Кресло же хозяина занимали три тубуса с картами, которые Степан небрежно сбросил на пол, когда садился. Порывшись в ящиках стола, маг достал несколько непонятных инструментов и разложил их перед собой.
– Ну, сейчас рассмотрим твоё сокровище повнимательней. Давай его сюда.
Я полез себе за шиворот, расстегнув застёжку, вытянул из-за ворота цепочку с камнем и протянул ему. Маг долго изучал каждое звено, каждую руну, периодически сверяясь с толстой и изрядно потрёпанной тетрадью. Особенно долго он рассматривал камень и письмена на нём.
– Послушай, Саша. А когда тебя достали клинком, как именно выглядел щит? – наконец прервал затянувшееся молчание колдун.
– Ну-у, – протянул я. – Раздался негромкий «Бом-м!» – и внезапно выросла на пути завеса из голубоватых льдинок, сильно смахивающих на морозный узор на окнах.
– Так я и понял – высшая категория магии воздуха, – утвердительно кивнул он своим мыслям. – Спешу тебя обрадовать – тебе достался уникальный образец магической амулетной защиты. Он подойдёт как бойцу, так и магу. Маг его может использовать не только как защиту, но и как резервный накопитель маны, а боец с помощью его способен игнорировать любые магические и физические атаки, пока в кристалле не истощится запас энергии. А запаса там… Кстати, тот чёрный кинжал, о котором ты спрашивал, его тоже не пробил бы, здесь очень своеобразная структура плетений, словно её создавали специально, чтобы защищала от оружия с магическим усилением. Изделие очень и очень любопытное, я так и не смог определить школу мастера, что его создавал. Ну а саму заготовку под амулет делал без сомнений гном – их почерк не спутаешь ни с одним другим. Теперь о цене. Приблизительная его цена никак не меньше двадцати тысяч полновесных имперских золотых монет. Впрочем, подробное обоснование можешь прочитать в моём заключении. Если твоя родня обратится в столице к компетентному специалисту за консультацией, то он подтвердит мои выводы.
И Степан очень важно подал мне бумагу, которую он заполнял всё это время, внизу красовалась его заковыристая подпись и оттиск перстня печатки.
– Спасибо. Степан, если что, обращайся, – сказал я, вставая и пожимая руку магу.
– Не стоит благодарности, мне самому доставило огромное удовольствие поработать с этой вещью, – сказал он, возвращая мне амулет. – Ты сейчас куда?
– К полковнику, узнаю, как дела, и попрошу разрешения использовать магическую почту, чтобы переслать твоё заключение и поскорей получить ответ.
– Ну, удачи! – пожелал мне мой новый приятель.
Оставил его и пошёл в ставший за последнее время родным кабинет. Шеф был на месте, что-то старательно выводил на листке гербовой бумаги. Прикрыв за собой осторожно дверь, я вежливо кашлянул, чтобы привлечь внимание.
– А, Сашка! Встал наконец, – проговорил полковник, поднимая глаза от документа.
– Дядя Лёша, если я был нужен, разбудили бы.
– Да нет, не нужен ты был. Это я так просто для порядка ворчу, сам помню – после первого боя чуть ли не сутки проспал. Да и писанина эта проклятая. Вот, третий вариант пишу, два первых мне завернули из министерства. Ответили, что происшествие описано недостаточно подробно и требует уточнений. Именно так – происшествие. Когда все местные газеты вышли с громадными заголовками «Побоище на Королевском балу» и с некрологами на целый разворот. И это ещё не всех нашли под развалинами, а у этих министерских крючкотворов – происшествие, мать их… Всю душу мне за это утро вымотали.
– Дядя Лёша, мне помочь вам?
– Да чем ты можешь помочь? За меня все равно этот чёртов отчет не напишешь. Радуйся, что пока в начальство не выбился. Ты даже не представляешь, сколько бумаг, например, комполка заполняет. А ты пока лейтенант, и почти все бумажки за тебя твоё начальство пишет. Цени!
– Ну, господин полковник, это, пожалуй, одно из немногих преимуществ низкого звания, – с усмешкой проговорил я.
– Ладно, чего пришёл-то?
– Дядя Леша, можно воспользоваться нашей магической почтой? Хочу домой весточку отправить. С ней письмо мгновенно попадёт в министерство, а оттуда его ко мне домой доставят в течение получаса.
– Быстрее его доставят, ты забываешь, кто теперь твой дед. И он, кстати, уже справлялся – как тут его любимый внук. Так что пиши скорее и успокой его. А почтой могут пользоваться все работники дипмиссии. Надо тебе ещё внутренние инструкции подучить. Давай иди, не мешай мне, а то и до вечера не управлюсь. Вообще свободен на сегодня, можешь отдыхать.
И я пошёл, но не далеко и не отдыхать. Сев в приёмной за свой рабочий стол, принялся сочинять письмо домой. В общих чертах оно было уже написано в перерывах фехтовального марафона, что устроил мне полковник в преддверии бала. Оставалось лишь черкнуть пару финальных строк и прикрепить выданное магом заключение. Уже запечатывая сургучом конверт, решил поставить на нём два оттиска – один с фамильной печатки, второй головы виверны. Пока ждал, когда сургуч остынет, подумал, что не мешало бы зайти к ювелиру и на печатке с фамильным гербом приделать графскую корону, а то непорядок – граф я, в конце концов, или не граф. После направился к кабинету посла – пора было отправлять почту домой и ждать, что решат дед с отцом. Отправив её, стал ждать прямо в кабинете, чтобы не бегать лишний раз, удобно устроившись в кресле для посетителей. Сначала думал устроиться в кресле посла, но потом решил не наглеть. Примерно через час на исписанной рунами доске из чёрного мрамора материализовался пакет, одновременно звякнули колокольчики, извещая о прибытии почты. На конверте рукой деда написано: «Лично в руки». Как будто здесь кто-то кроме меня его сможет вскрыть – ведь наверняка навесил опознание, и в чужих руках он просто сгорит. Я вскрыл корреспонденцию с большим интересом – что же там родня нарешала? В послании содержалось всего несколько слов.
И всё! Охренеть! Ни здравствуй, ни как дела, как сам. Наверняка уже в курсе произошедших событий. Нет, я знаю, что он в эпистолярном жанре не мастер и в своих посланиях по-военному краток, но тут просто превзошёл себя. Хотя знаю, откуда такая холодность – просто переволновался за меня. Когда он переживает или нервничает, у него появляется маска ледяного спокойствия, за которой прячутся все эмоции. Поэтому тем, кто его близко не знает, и кажется, что дед всегда спокоен и невозмутим, как скала. Пошарив в конверте, извлёк чек Первого имперского банка на шесть тысяч золотых монет. Солидно, такие чеки принимают к оплате практически в любой стране нашего мира. Ну вот, можно и к гному ехать. Заскочил к себе, забрав ножны с обломком палаша, и, когда их подбирал, у кровати заметил лежащий чёрный кинжал дроу. Похоже, он всю ночь так пролежал у меня в сапоге, а утром, когда я переодевался и менял сапоги, выпал, мне же спросонок было не до вчерашнего трофея. Прикинув так и эдак, решил его тоже с собой прихватить, может, смогу на него что-нибудь выменять, вроде как вещь-то редкая.
На улице пришлось брать пролётку, наш экипаж отбыл вместе с послом, так что вместо болтовни с Фадеичем пришлось поскучать, наблюдая за горожанами. А посмотреть было на что. Обычно спокойный, слегка сонный южный город сейчас был похож на разворошённый муравейник. На улицах военные патрули, усиленные наряды полиции, конные жандармы. Из того немногого, что мне удалось понять – армия охраняла подступы к дворцу и правительственным зданиям, а полиция и жандармы плотно перекрыли весь остальной город. А так как им были приданы маги, то с уверенностью можно сказать, что они кого-то ищут. Понятно кого, видно серым убийцам всё же удалось грабануть гномов и, похоже, даже уйти. Остаётся только неясным один вопрос: прорвались они из города или нет. Может, их и след давно простыл, а усиленные патрули лишь успокаивают горожан после ночных событий. За этими мыслями я доехал до лавки мастера Турина. Я не стал просить извозчика подождать и, расплатившись, отпустил его. Лавка встретила меня прохладой и запахами стали, кожи, оружейной смазки. Стоило подойти к прилавку, как тут же появился Талин.