Антон Федотов – Гимн шута 20 (страница 33)

Больше всего ему не хотелось становиться свидетелей таких разговоров.

— Слушаю, — столь спокойно констатировал «Ни-ко-лай», что стало абсолютно ясно: лично он в этом вопросе голоса не имеет.

— Считай, что ты принял госзаказ, — спокойно ответил парень, грея ладони о чашку.

На улице было не так чтобы холодно. Но ветер дул очень уж злой. И, судя по покрасневшим пальцам, молодой человек не слишком и играл.

— А заказчиком станешь ты? — уточнил Горевой.

— Ага.

Три буквы. Простой ответ. Но по весу они стали равны рухнувшей глыбе.

— Согласен, — пожал плечами «постоянник», вновь возвращая взгляд к стопке.

Парень кивнул с видом «ну еще бы нет!».

— Тебе уже хватит, Николай Андреевич.

Несколько секунд мужчина буровил тяжелым взглядом своего собеседника. Без злобы. Но едва сдерживая очевидно резкое замечание.

— Кстати, Тун Яо интересовалась твоей жизнью.

Взгляд выпивохи стал совсем уже тяжелым.

— Не держи в себе, — хмыкнул парень.

Горевой еще несколько секунд рассматривал стопку.

— Сегодня можно, — наконец решил он.

— Давай-давай, — подбодрил юноша.

«Постоянник» глубоко вздохнул и резко выдал.

— Гад же ты, Волконский!..

Без особой злости.

Да и клановец лишь чуть шире улыбнулся.

А вот бармен с трудом оперся на стойку со своей стороны. Вот теперь ему стало действительно страшно. ТАКИХ гостей ему точно не здесь не надо!

Клановец вздохнул. Тяжело. Его чашка опустела до обидного быстро. Ему очень хотелось заказать еще одну, но бармен так явно, что даже Павлу стало неудобно. Да и в глазах «панка» нечто вроде «Да свалите вы уже!» читалось столь явно…

— Как она? — впервые в голосе Горевого появились хоть какие-то чувства.

— Жива, — спокойно ответил Волконский. — На этом все.

ПОдумав секунду, клановец все-таки нашел компромисс:

— Сделаешь с собой такой же, уважаемый? — спросил он, указав на опустевшую чашку.

Видимо, бармен ОЧЕНЬ хотел от них избавиться. Во всяком случае, стаканчик появился перед клановцем в рекордные сроки.

Горевой же покинул бар несколькими секундами ранее и направился в квартиру… которая, как он надеялся, еще могла вновь стать домом.

Хотя и совершенно пока не представлял, как именно этого добиться.

Столица. То же время.

— Не обращай внимания.

Сергей за год службы уже привык, что матерые вояки относятся к таким, как он… с легким снисхождением.

Девушка рядом с ним поежилась. То ли от холодного ветра на плацу, то ли от взгляда прошедшего мимо с ящиком в руках спеца.

Она-то как раз привыкла, что на полигоне СИБ и приданные инструктора хоть и гоняют, но помнят о ее положении. Этим же головорезам было все равно. И воспринимали они ее как гражданского, волей случая оказавшегося в зоне боевых действий. Да еще и на ведущих ролях.

— Неприятно, — призналась Виктория.

Волконский пожал плечами. В «Северные волки» брали лучших из лучших. Как правило, ветеранов. Они и Павла-то воспринимали постольку-поскольку. А ведь Бойцов его с пятнадцати лет забрасывал в тренировочные лагеря отряда в рамках подготовки. Да и то пока не как равного, а как «сына полка». И это несмотря на участие в боевых операциях СИБ!

Сергей поднял взгляд на темное небо. До атаки коалиции Салтыков оставалось еще несколько часов. Все уже было трижды проверено и перепроверено.

— Тебе лучше поспать, — негромко сообщил он.

Вводные от Павла поступят ночью. Но брат был уверен, что раньше четырех часов утра ничего не произойдет. Хотя операторы наблюдения уже сообщили о стягивании враждебных сил в районы сосредоточения… именно там, где их обозначил глава Ветви.

«Волки», получив приказ, восприняли происходящее как должное.

— Тень, Кап, на фишку, — отдал приказ тогда командир спецподразделения (ничем не отличающийся в камуфляже без знаков различия от своих бойцов). — остальным спать. Подъем в три.

Масок спецы не снимали. Но двое «одинаковых» тут же рванули на наблюдательные посты, чтобы сменить своих товарищей. Остальные тут же расположились в комнате отдыха летного состава и одной из прилегающих к центру управления казарме.

«Гениям» предложили расположиться в диспетчерской.

— Посплю, — отмахнулась Виктория.

И тут же вздрогнула. Сергей к тоновому сигналу комма отнесся куда спокойнее.

Маги переглянулись и открыли сообщение. От Павла. Несколько секунд стояла тишина.

— Да что б его, — процедил Сергей, ознакомившись с боевой задачей.

— Как в тире, — покачала головой Виктория.

Она не понимала. Но давно решила не плавить мозг над планами Шута.

Все равно толком угадать его действия у нее не получилось ни разу.

— Интересно, он понимает, что если что-то пойдет не по плану, то нас просто снесут? — лишь риторически поинтересовалась она.

— Наверняка спецов затем сюда и бросили, чтобы все прошло как по маслу, — пожал плечами Сергей и, помолчав, добавил. — Представь, как у командира «волков» голова болит.

Виктория едва заметно поморщилась. Словно от зубной боли. Она уже не раз замечала, что получает удовольствие от публичной демонстрации эмоций. Естественно, когда это не ведет во вред образу и делу!

— Молодежь.

Юсупова вздрогнула. Сергей спокойно обернулся.

Командир спецов, как всегда, подобрался абсолютно бесшумно. И незаметно.

— Отдохните, — порекомендовал он.

Голос бойца с позывным Лирый был сух и сер. Для него происходящее едва ли не прогулка. А основное задание — сохранить жизни «сопляков».

Ответа спец дожидаться не стал. Лишь кивнул каким-то своим мыслям и бодро зашагал в сторону местного склада РАВ, заранее приговоренного к уничтожению.

Удержать этот объект было невозможно. А потому Павел потребовал даже не тратить на это силы. Благо большая часть «вкусного» была втайне вывезена заранее на другие базы.

Сейчас там занимались своим нелегким трудом саперы. Павел очень не любил отдавать что-то свое.

— Он прав, — спокойно подтвердил Сергей. — Нужно отдохнуть.

Приказ получен. Цели и задачи на сегодняшнюю ночь определены. И, как курсант СИБ, он давно был отучен обдумывать приказ.

Сначала выполнение, затем все остальное. Хотя бы потому что ты никогда не узнаешь, отчего тебе отдали именно такой приказ. Потому и задумываться незачем.