Антон Федотов – Гимн шута 18 (страница 34)

— Естественно, — чуть озадаченно ответил Виктор, неожиданно поняв, что ЭТА «небожительница» несколько сотен метров до кондитерской действительно может просто прогуляться.

И шел бы его тогда план… в сторону.

— Позвольте, леди, — негромко предложил он, распахивая перед девушкой заднюю дверцу довольно «бегемотообразного» внедорожника.

— Уже лучше, — довольно констатировала Юсупова и, подвинув не слишком большой, но действительно со вкусом подобранный букет, уселась на пассажирское сидение.

— Сами разберитесь там! — раздраженно бросил Павел, и, разорвав соединение, отдал комм невозмутимой Катерине, даже в джинсах и чуть мятом балахоне.

Да и сам он щеголял в спортивных штанах, что вот уже несколько веков украшались тремя полосами по всей длине и обычную серую майку.

— Ого! Да у нас мажорчик прибыл! — тут же прилетел насмешливый комментарий.

Его сразу же поддержал противный гогот подпевал.

«Из равновесия выбить пытаются.» — хмыкнул негромко Волконский про себя. Внешне он и ухом не повел.

— В штанах ни хрена, так вытрепываешься, а⁈ — прилетела новая «подача».

— Павел Анатольевич, — негромко вздохнула Леночка, беззаботно усевшаяся на скамеечку за спиной секретаря.

— Слушаю тебя, красавица.

Прежде чем закончить мысль, Кошкина сладко потянулась. Даже в какой-то простенькой серой футболочке она умудрялась выглядеть едва ли не моделью на подиуме.

— Изволь вломить во-о-о-он тому го… — девушка на секунду осеклась.

Она и сама не знала, какое именно слово готово было сорваться с ее губ. Но на господина нынешний соперник Павла не походил ни разу.

— В общем, вот ему! — решила целительница и ткнула пальцем в весельчака, что шел у «тех» за главного.

— А чего так? — поинтересовался клановец.

И не то чтобы у него самого этих «чего» не нашлось. Но аргументация была интересна.

— А он в моем вкусе сомневается! — грациозно поднялась с лавочки Леночка и на секунду прильнула к сюзерену, пожелав удачи коротким поцелуем.

Со стороны «тех» тут же раздался разочарованный выдох и едкие комментарии. Мол, не заслужил «этот придурок» такой девицы.

«Страдания» стали еще сильнее, едва и блондиночка пожелала удачи сюзерену. Тем же самым способом.

Павел вздохнул и устремился к центру поля, где должна была разгореться сегодняшняя битва.

Поле пахло пылью, по́том и свободой — той самой, которой так не хватало в кремлёвских кабинетах и бронированных микроавтобусах. Здесь Павел был не главой Ветви, а просто нападающим. И эта простота была лучше любой целительской терапии.

«Главное — чтоб не как в тот раз», — пронеслось в голове воспоминание о рассказах Фила про этот «древний красивый обычай». Пару лет назад подобная схода закончись не игрой, а массовой бойней. Двоих тогда еле вытянули. С тех пор правила ужесточили, а напряжение между районами лишь наросло.

— Не лезь на рожон, — тихо, так, чтобы слышал только Павел, посоветовал Кроль, потирая костяшки. — Их капитан любит «случайно» сносить противников. Иногда с переломами.

— Спасибо, что предупредил, — кивнул Волконский, мысленно внося коррективы. Не зря же Фил поставил его именно против этого гиганта. Значит, нужно не пересилить, а переиграть. Вымотать. Заставить ошибаться.

Он бросил взгляд на трибуны. Лена и Катя устроились рядом, как две несовместимые, но прекрасные картинки из разных миров: одна — солнечная и беззаботная, другая — прохладная и собранная. Их присутствие здесь было его личным талисманом.

— Эй, мажор! Готов проигрывать красиво? — крикнул тот самый бугай-капитан, широко расставив ноги на позиции центрального защитника.

Павел лишь поднял большой палец вверх, сохраняя на лице невозмутимость, за которой скрывался холодный, ясный расчёт. Сейчас начнётся маленькая война.

В строй рядом с ним тут же встали братья Керенские и Кроль. А вот Фил шагнул вперед. В этой схватке он будет за главного. Его сражение.

— Ну че, готов⁈ — со всей дури хлопнул Денис по плечу клановца.

Молодой человек лишь хмыкнул. Сейчас он предпочел сосредоточиться на демонстративной разминке. Во-первых, нужно. Разогревом и заминкой, когда к тому были возможности, он не пренебрегал никогда. А, во-вторых, это было вполне явным сигналом. Мол, рвать вас буду всерьез.

На центр небольшого, вытоптанного до земли поля вышел щербатый высокий и зудой «конферансье» в широченной не слишком чистой футболке.

Пара десятков зрителей, пришедших поглазеть на стычку старых соперников, тут же примолкли.

— Короче, пацаны, — чуть сморщился щербатый. — Давайте чтоб не как в тот раз, а… Правила помним…

Фил откровенно ухмыльнулся. Центровой соперников из района «Барак-1», ничуть не уступавший Филиппу в габаритах, оскалился еще шире.

«Ой-йе!», — вздохнул Волконский и принялся разминать шею по второму кругу.

— Главное, чтобы их «сладенький» не заплакал! — загоготал он, глянув на «небожителя».

Тот издевательски подмигнул звероподобному детинушке.

— Спасибо за заботу, милашка! — крикнул Павел громко и четко.

За спиной небожителя как-то странно хрюкнул Кроль. Со стороны зрителей донеслись отдельные смешки.

А вот громила лишь… едва ли недовольно хмыкнул и кивнул «новичку». Мол, услышал тебя. Еще схлестнемся. И уж тогда посмотрим, что ты и кто ты.

Впервые мощи здоровяка предстояло столкнуться с ловкостью и техникой Павла уже через три минуты, а пока…

— Короче, пацаны, вы меня услышали, — хмуро закончил «конферансье».

Все кивнули. Никто не воспринял.

— Ну ладно, че… — махнул рукой щербатый и отступил к «трибунам».

Его проводили недоуменными взглядами. Мол, и куда пошел⁈

Но остановить не успели. Между двумя линиями вышла умопомрачительная блондиночка… со старым, но еще годным к побою ногами футбольным мячом. В полной тишине она прошла к центру поля и поставила снаряд на землю. В руках ее тут же, словно по волшебству, появилась монетка.

— Ну что ж, господа…

Голос ее был не так чтобы кромок, но удивительным образом ее четко слышал каждый из присутствующих.

— Кто из вас будет орлом, а кто решкой?..

Глава 18

Глава 18

— У меня есть обязательства перед твоим братом.

Виктор нахмурился, разглядывая собеседницу.

«Уралочка» же просто пожала плечами. Мол, уж как есть. Говорю прямо.

Волконский вздохнул и, что для него было совершенно нехарактерно, негромко спросил:

— И как далеко они… распространяются?..

Виктория едва не подавилась глотком действительно крепкого кофе и с возмущением глянула на офицера.

Получилось очень даже выразительно. И доходчиво. Во всяком случае, мужчина тут же осознал, что сморозил глупость. Вот только пока не понял какую именно.

— Вас-са-ли-тет… — чуть ли не по слогам выдала девушка, поставив белоснежную чашечку с двойным эспрессо перед собой на блюдечко.

Она как и Гром не слишком разделяла любовь сюзерена к кофе с молоком.

— Я исправлюсь, — попытался ускользнуть под защиту «клановой масочки» Волконский.

— На меня смотри! — совершенно серьезно потребовала девица, одной фразой поправ половину норм классического этикета.

«Заражает, что ли, брат всех вокруг своим безумием?» — оценил офицер.