Антон Федотов – Гимн шута 14 (страница 28)

— Твой дед уже расплатился.

— Как⁈

Тюфякиной даже думать не хотела, что мог содрать с патриарха семьи чертов Волконский.

— Сполна, — ровно ответил молодой человек, внимательно отслеживая движение глаз «узницы».

Взгляд у нее был тот еще, конечно…

— Так это ты… его?..

— Не говори глупостей, — бросил парень, откровенно поморщившись.

Резковато получилось. Инна вздрогнула и уставилась на собственные сцепленные ладони.

— Нет, — уже мягче продолжил он. — Юрий Николаевич помог мне закрыть один вопрос. Я считаю его обязательства исполненными. Обвинения я отозвал пять дней назад.

Девушка вновь оторвала взор от металлической столешницы, пытаясь поймать взгляд Павла.

— Тогда почему я еще здесь? — медленно спросила она.

«Все, кончился запал!» — вздохнул Волконский.

Плечи Инны ссутулились, глаза потухли, а от того пыла, с каким она интересовалась судьбой деда, не осталась и следа.

— По моему приказу, — спокойно ответил клановец.

— Приказу, да… — негромко повторила «узница».

Только сейчас она начала осознавать пропасть между ними. И их возможности. «По моему приказу» ее держали взаперти в главном управлении МВД несколько дней! Это было очень непросто. Не районный отдел, в конце концов!

Павел сделал первый шаг навстречу.

— Да, это была моя идея, — признал он. — Полагаю, ты держишь связь с Алексеем Владимировичем.

Девушка не шелохнулась. Все так же смотрела в сторону. Безучастно. Сознаваться, что в последний раз весточку от родича она получила неделю назад, она не стала.

Второй шаг сократил дистанцию еще на полметра. Молодой человек решил зайти с другой стороны.

— Твой дед мне помог, — констатировал Волконский.

Девушка кивнула. Бездумно. Кажется, она уже не очень понимала, что именно ей говорят.

— Я не люблю быть должным, — все же продолжил молодой человек.

Это была не совсем правда. Юрий Николаевич расплатился за прошлые грехи Семьи. Сейчас же парень строил будущее. И, возможно, кое-кому найдется в нем место. Во всяком случае, трансляция велась непрерывно. Светлана же в режиме реального времени анализировала реакции Тюфякиной.

Вновь минимум реакции.

— Инна! — негромко рявкнул Павел, делая последний шаг между ними.

Девушка вздрогнула и резко обернулась… уставившись куда-то в район третьей пуговицы пиджака клановца. Для того чтобы увидеть его глаза, «узнице» пришлось запрокинуть голову.

— Позвони ему.

Звук соприкосновения титанового корпуса комма с металлической столешницей заставил девушку отпрянуть назад. Впрочем, деваться ей было некуда. Сзади «сбежать» не позволяла спинка стула, а спереди стол и нависающий над ней Волконский.

— У тебя пять минут, — негромко произнес парень.

В глазах девушки прорезалось понимание.

— Используй с толком, — продолжил он. — Затем я вернусь, и мы поговорим всерьез.

Ответа парень дожидаться не стал. Просто развернулся и покинул камеру, оставив гаджет на столе. Если не дура — воспользуется. И сделает это правильно. Клановец намеренно не стал уточнять, какому именно «ему» должна позвонить Инна. Ее поведение сейчас — тоже экзамен. Или даже правильнее происходящее было назвать собеседованием.

— Я… не вовремя, да?

Виктория дожидалась снаружи.

— Как у тебя это получается? — покачал головой парень.

— Просто хотела помочь…

— Да я не об этом, — отмахнулся сюзерен. — Как ты умудряешься одновременно смотреть на меня глазами какающего котика, но с вызовом «эй, кожаный, лоток все равно тебе выносить!».

Вика поперхнулась. Слова застряли в горле. Она мгновенно закашлялась, прикрыв обеими ладонями рот.

— По спинке постучать? — внешне невозмутимо поинтересовался Волконский.

Лишь едва заметным движением брови он обозначил вопросительную интонацию.

— Не-кха-надо… — с трудом выдохнула раскрасневшаяся Юсупова.

Парень кивнул и перевел взгляд на кофейный автомат, чтобы не смущать пристальным взором «принцесску». Да и в госпитале его этим напитком не баловали, так что Волконский и впрямь был готов кого-нибудь прибить за чашечку «бодрящего черного зелья». Вот только он очень сомневался, что бездушный древний механизм сможет сварить что-то способное называться словом «кофе».

— Я в порядке, — объявила Виктория через минуту.

Парень кивнул, продолжив гипнотизировать автомат.

— Зачем она тебе нужна? — куда серьезнее спросила «уралочка».

Она была уверена, что парень будет мстить. На худой конец потребует виру. Вот сразу и сработала в роли «плохого полицейского». Однако у сюзерена, как оказалось, были совершенно иные планы.

Клановец пожал плечами. Смысл сейчас в его словах, если «узница» заартачится?

Вместо ответа Волконский аккуратно взял девушку за запястье и чуть развернул его к себе.

— Я уже почти даже не удивлена, — несколько покривила душой клановка.

Клановцы себя так не ведут! Они сдержаны, строги, и каждая эмоция, будучи предъявленная миру, прочитана и скупа. Волконский традиционно плевал на все.

Павел кивнул, рассматривая часы на запястье «уралочки».

— Время, — негромко сообщил он и снова скрылся в камере под аккомпанемент стального скрежета и лязга.

Юсупова же осталась размышлять о своих грехах, за которые судьба подарила ей абсолютно безумного сюзерена… А также о том, почему ей так комфортно в обществе «этого психа».

А еще «принцесска» терпеть не могла, когда Волконский оказывался прав.

Глава 17

Глава 17

— Так не бывает… — выдохнула Инна.

Она молчала, когда Волконский с Юсуповой ПРОСТО вывели ее из «темницы» и без каких-либо проволочек направились к выходу.

Не стала девушка ничего спрашивать и в тот миг, когда Павел Анатольевич открыл перед ней дверцу… уже лет сорок как сошедшего с конвейера драндулета. И это притом, что охрана пристроилась вслед за ними на вполне приличном «Крауне».

Сдержала себя Тюфякина и когда клановец со словами «Твоя очередь!» отправил ЮСУПОВУ к ларьку за стаканчиком кофе!

Терпение ее кончилось на небрежно брошенной фразе водителя:

— Эй, Вика! — крикнул он, едва «уралочка» уже собиралась было направиться в указанном направлении. — Мне пару шотов эспрессо возьми, а?

— А волшебное слово? — тут же ответила Виктория той самой улыбкой, что блуждала по ее лицу во время игр с пальчиком.

Высокий, но худющий парень в спортивном костюме, задумался на миг. Даже почесал плохо выбритый подбородок.