Антон Фарутин – Линии судьбы (страница 26)

Снизу послышалась какая-то мелодия и мужчины впервые опустили свои взгляды на пол помещения. Там, метрах в десяти под ними, в огромном пятне яркого лунного света стояла Ева, и раскачиваясь всем телом, напевала странный мотив до боли похожий на колыбельную или молитву. Джек моментально вспомнил, что уже видел нечто подобное, когда стал невольным свидетелем причудливого танца доктора Краун в номере отеля. Однако он конечно же не мог признаться в этом Пирсону, не раскрыв причин своей ночной вылазки. В свою очередь Кайл тоже не мог сознаться Стоуну, что уже видел подобное поведение, ставшее причиной гибели сержанта Уайта. Холодный пот струйкой пробежал по его спине. Переглянувшись и не сказав друг другу ни слова, мужчины молча продолжили свое наблюдение.

Меж тем Ева, одетая в тунику, словно жрица медленно шла по залу, приближаясь к большому круглому алтарю в его центре. Толстые колонны из белого известняка подпирали массивную мраморную столешницу с резным орнаментом. На каждом из восьми углов широкого стола были высечены головы мифических зверей с открытыми пастями. Если в древности на этом столе приносили жертвы, то вероятно именно эти головы служили жрецам кровостоком. Вглядевшись в пространство позади Кайл увидел изображение трехликой богини, высеченное прямо в стене. Оно показалось ему смутно знакомым и Пирсон напряг свою память.

– Что это за место? – шепотом спросил детектив.

– Не уверен, но думаю это храм богини Гекаты.

– Кто это?

– Это древнегреческое божество Луны и волшебства. – Пирсон нарочно не стал рассказывать, что Геката помимо прочего обладала дьявольской силой и согласно легендам бродила по земле ночью в сопровождении красноглазых собак из ада и свиты из душ умерших.

– А почему у статуи сразу три головы?

– Я не силен в мифологии, Джек. Знаю лишь, что она повелевает прошлым, настоящим и будущим, наверное поэтому. В древности Геката являлась богиней плодородия, а иногда и богиней войны. Она покровитель всего волшебного и таинственного, ее история слишком древняя и я знаю лишь, что ее трехголовые изваяния часто ставились на перекрестках важных путей.

– Что-то уж больно она на статую свободы похожа…Тоже с факелом в руке и такие же шипы торчат из короны…

– Да, есть сходство, – кивнул головой Пирсон, умолкая.

Внезапно Джек обратил внимание, что Ева не дошедшая до алтаря и остановившаяся в самом центре лунного пятна, находится там не одна. Со всех сторон помещения к ней словно по приказу ползли огромные длинные змеи, чьи извивающиеся как черные ленты тела наполнили тишину зала легким шуршанием песка.

– Смотрите! – воскликнул Джек, указывая на десятки омерзительных тварей.

– Тихо! – Пирсон схватил одной рукой детектива за плечо, а другой зажал ему рот. – Они не тронут её…

Стоун изумленно посмотрел на своего спутника и мягко освободился от его захвата. Он не знал, что сможет поделать с десятками ядовитых змей, которых ненавидел всей душой с детства, но был готов ринуться на подмогу девушке, попавшей в беду. Кайл прижал палец к губам и сделал выразительный кивок в сторону алтаря. Проследив за ним взглядом Стоун оторопело увидел, что змеи действительно не нападали на Еву. Вместо этого они образовали возле нее несколько концентрических кругов, словно силовые линии вокруг магнита. Эти отчетливо видимые живые черные кольца мягко подрагивали в лунном свете, по мере того как змеи, извиваясь кружили вокруг доктора Краун.

– Что, черт возьми, происходит?!

Джек произнес эти слова одними губами, словно боясь нарушить тихое песнопение доносившееся снизу.

– Я не знаю, но думаю нам лучше незамедлительно вернуться в лагерь…

Пирсон начал медленно пробираться к выходу. Краем глаза он косил в направлении алтаря, напротив которого Ева широко разбросив руки в стороны, опустилась на колени и теперь её тело сотрясала мелкая дрожь. Одна из змей, оказавшаяся прямо перед ней остановила свое движение и высоко подняла голову. Её раздвоенный черный язычок с тихим шипением показался из розоватой пасти. Через секунду голова змеи лопнула, разбрызгивая вокруг себя куски плоти, в то время как девушка спокойно взяла в руки ее неподвижную тушку и, пользуясь ею словно художник кистью, прочертила окровавленную линию на полу. В сознании Пирсона всплыла отчетливая картинка наполненных кровью глаз сержанта Уайта, которая быстро сменилась воспоминанием о трупе с разорванной головой. Вскоре на полу рядом с первой появилось еще несколько окровавленных полос, образуя странный рисунок.

Выбравшись с узкого балкона и нагнав Пирсона в анфиладе, Джек резко схватил его за руку и развернул лицом к себе:

– Какого черта, Кайл?! Мы обязаны спуститься за ней и вытащить ее оттуда!

– Это небезопасно.

– Естественно! Поэтому я и хочу вытащить ее оттуда!

– Небезопасно для нас. С Евой ничего не случится…

– Да, вам-то откуда знать? Или постойте-ка… – детектив внимательно вгляделся в лицо Пирсона: – Вы что-то знаете?! Говорите немедленно.

– Джек, клянусь – я знаю не больше вашего. Ева… Она всегда была немного не в себе. Я полагаю, что на фоне стресса от путешествия у нее мог проявиться лунатизм. Но это не страшно…

Пирсон отцепил руку Стоуна и двинулся по проходу в сторону лагеря. Джек вновь нагнал его:

– Кайл, я думаю вы мне врёте или как минимум что-то не договариваете…

– Да, что тут недоговаривать! – Пирсон раздраженно отмахнулся от Стоуна. – Вы прекрасно знаете, что доктор Краун всегда была больна и принимает лекарства. Однако насколько я могу судить сейчас она в полном порядке.

– Это по вашему называется в порядке?

– Да. Она всегда была замкнутой в себе и своей работе.

– Но я говорю не о замкнутости, а о том что она сделала со змеей! Ей хватило одного взгляда, чтобы снести ей башку, а потом начать рисовать ее мозгами какие-то иероглифы на полу. Это по вашему в порядке?!

– Поверь мне, Джек, я хорошо знаю доктора Краун. Ева абсолютно безобидна как Мария Магдалина.

– Я бывал в детстве на проповедях, Кайл. Вообще-то Мария Магдалина была одержима бесами!

– Была… до встречи с Христом…

На этом разговор прервался и остаток пути мужчины прошли в полной тишине. В лагере они обнаружили спящих Морония и Хельгу. Пирсон тоже лег на пол и демонстративно закрыл глаза, словно произошедшее несколько минут назад событие его не касалось. Джек же напротив спать не собирался. Какой может быть сон когда ты узнаешь, что один из твоих спутников проявляет совершенно ненормальные способности и способен убивать взглядом.

Услышав его присутствие Хельга открыла глаза и сонно произнесла:

– Всё в порядке, Джек?

– Да, спите. Всё в полном порядке…

Глава 6. Прыжок веры

Ранним утром группа вышла из подземелья и двинулась по маршруту, определенному Моронием накануне. В заданном им районе на карте Хельги было только одно место, которое было обозначено как место раскопок и соседствовало с неким промышленным объектом. Джек с большим облегчением покинул подземный храм, в котором стал свидетелем невероятного превращения доктора Краун в странное существо, наделенное не менее странными способностями. Сопоставляя в своей памяти различные события из недавнего прошлого, он находил все больше и больше нестыковок и противоречий в поведении девушки. Впрочем отстраненно равнодушное поведение Пирсона казалось ему не менее странным.

Всё утро Кайл молчал, словно прокачивая в своей голове различные варианты развития ситуации. Ева шла рядом с ним как ни в чем не бывало и при свете дня выглядела абсолютно обычной земной девушкой. Ее лицо ничего не выражало, а когда пару раз их взгляды с Джеком пересекались, то она неизменно отвечала ему легкой улыбкой, что тревожило Стоуна, пожалуй даже больше, чем если бы ее поведение было типично отстраненным.

Не желая зацикливаться на мрачных мыслях, детектив предпочел вступить в диалог с Моронием, шедшим рядом с немкой, которую Джек привязал к старику, для того чтобы самому иметь дополнительную свободу.

– Скажите, Мороний, как по вашему что нас ждет на месте храма Птаха?

– Трудно сказать…когда-то там велись раскопки немецким научным обществом…

– Немецким? – детектив моментально посмотрел на Хельгу и положил руку на автомат.

– Да, но это было почти сто лет назад. – Плестись по пустыне в полном молчании было в тягость и ему, поэтому Мороний прочистил горло, обрадованный очередной возможности блеснуть своими познаниями. – Дело в том, что еще в середине девятнадцатого века Германия обратила внимание на центральную Африку – в основном Занзибар и его окрестности. К тому моменту как Бисмарк укрепил Германию, немцы уже здорово отстали в части территориальной экспансии от других европейских стран, а потому попытались колонизировать хоть что-то. Однако в отличие от англичан или бельгийцев они не имели опыта управления отдаленными территориями, а потому спустя пару десятков лет были вынуждены признать свое экономическое поражение в этом предприятии.

– Это как так?

– Ну, англичане-то ведь издревле занимались грабежом своих колоний, попросту выкачивая из них ценные ресурсы и безжалостно подавляя восстания местных жителей. А Германия поступила по другому – они переселили туда часть немцев, завезли сельскохозяйственные культуры для выращивания, посадили тысячи кофейных и каучуковых деревьев, завели хлопковые и банановые плантации, построили железные дороги для их транспортировки и так далее. С присущим им педантизмом начали завозить современное оборудование для переработки, строить дороги и даже школы для местного населения. В общем они вложили в эти африканские страны гораздо больше, чем смогли получить назад, а когда началась первая мировая война в которой Германия потерпела сокрушительное поражение, то об этих колониях и вовсе позабыли. Ну, а инвестиции естественно окупиться не успели.