Антон Фарутин – Арсанты. Затерянные миры (страница 10)

– Я помогу! – решительно произнесла немка и приблизилась к ассасину, намереваясь ухватиться за цепь.

В ответ молчаливый араб лишь бросил, как показалось Моронию презрительный, взгляд в сторону девушки и крепче упершись ногами в камни, вновь потянул на себя тяжелую ношу. Поначалу антиквар решил, что от натуги у Халида хрустнули кости, настолько неприятным и резким был звук, отразившийся от песчаных стен. Но потом он понял, что это невидимая дверца пришла в движение и под каменными сводами отчетливо послышался пронзительный железный скрип, веками не использовавшегося запорного механизма. Немка, несмотря на недружелюбие Халида тут же ринулась ему на помощь и ухватилась руками за край небольшой железной дверцы, в то время как Мороний поднял с пола факел и теперь неуверенно метался между арабом и немкой, не зная кому из них свет был нужнее.

– Мороний… камень…быс. трее! – голос Хельги срывался и натужно сипел от огромного напряжения.

– Что камень-то?! Куда? Где?! – антиквар заметался по пещере, тыча концом факела в самые разные места.

Наконец он сообразил в чем состоял план Хельги и попытался протолкнуть в образовавшуюся щель кусок большого булыжника, лежащего неподалеку. Пружина запорного механизма тянула так и не открывшуюся до конца дверцу внутрь и её срочно нужно было чем-то подпереть, пока она не захлопнулась снова. Прикладывая нечеловеческие усилия, Мороний попытался сдвинуть большой кусок камня в сторону, но тот лишь едва качнулся, а затем и вовсе с грохотом упал на бок и покатился, чуть не придавив букинисту ногу. К счастью он упал как раз в щель приоткрытой дверцы и намертво заклинил её.

– Фух-х! – с шумом выдохнул антиквар, радуясь своей скромной победе и присаживаясь на землю. Хельга прошла мимо него, одобряюще похлопав по плечу.

– Вы молодец, Мороний! Здорово у вас это получилось!

– Да, я… оно как-то само так вышло…, – его снова никто не слушал.

Взяв факел, Халид подошел к дверце и неодобрительно посмотрел на недоконца открытый лаз, половину которого заслонял гранитный валун. Примерившись к щели, он бесшумно нырнул в нее, не задев краев даже полами своей одежды. Хельга тут же полезла следом за ним, и антиквар вовсе не удивился тому, что эти двое не потрудились позвать его за собой. Чертыхаясь, старик встал на четвереньки, затем лег животом на поваленный камень и пополз по нему следом за всеми.

Внутри было очень тесно, и просунув туловище, он принялся потешно перебирать руками, надеясь втащить следом за собою и ноги. Фигуры его спутников уже скрылись за поворотом, и стараясь не отставать, антиквар оттолкнулся ногами от валуна, проталкивая тело вперед и тотчас же ощутил как камень сдвинулся с места. Еще не до конца осознав случившееся, он судорожно подтянул ноги к животу и почти тут же освобожденная дверца с громким лязгом захлопнулась позади него, намертво запечатав путь к отступлению.

– Проклятие! – старика прошиб холодный пот, когда он понял причиной какой беды стало его неловкое движение.

– Мороний! – позвала откуда-то Хельга и антиквар буквально сжался, ожидая услышать ругательства в свой адрес. Он заслужил их. – Мороний, где вы там? Ползите скорее сюда! Здесь есть выход!

Быстро передвигаясь на четвереньках букинист свернул за угол и пополз по узкому проходу. Он едва не уткнулся в спину немки, которая в полумраке шарила руками по полу, сметая песок с чего-то черного. Халид сидел на корточках и его лицо было мрачным и хмурым. Несмотря на то, что араб не сказал ему ни слова, Мороний всё же чувствовал на себе огромную вину за то, что запер их в этом узком проходе. Проход оканчивался тупиком и где тут выход, о котором сказала Хельга было совершенно неясно. Твердо решив больше ничего не делать, антиквар просто смотрел как Халид склонился над широкой железной решеткой в полу тоннеля и вглядывался в черноту снизу. Судя по всему сейчас они находились в каком-то подобии вентиляционной шахты и араб размышлял над тем каким образом им лучше поднять решетку, закрывающую лаз.

Неловко поерзав на месте, Мороний решил что будет гораздо лучше если он всё же сядет, потому что его исцарапанные коленки уже буквально ныли от ползанья по песку и мелким камням. Попытавшись развернуться в узком коридоре, он кое-как завалился на бок и чтобы нормально сесть протянул руку в бок, намереваясь подтянуть себя и занять вертикальное положение. Ладонь легла на рукоятку длинного ржавого рычага, утопленного в небольшой нише, и антиквар лишь слегка потянул за нее. Великолепно смазанный подпружиненный механизм с характерным щелчком тут же пришел в движение.

Послышался лязг металла и створки решетки в полу резко распахнулись, вываливая путников в просторный зал. Мороний упал первым, на него сверху плюхнулась Хельга, а молчаливый араб, проявив чудеса акробатики, словно ниндзя мягко приземлился на ноги и огляделся.

– Мы на месте, – процедил он, недобро поглядывая в сторону Морония. – Вот ваши черные башни.

Хельга моментально вскочила на ноги и огляделась. Они были в просторной комнате, в центре которой по кругу действительно располагались шесть высоких черных конусов, и как ей показалось, все они были в отличном состоянии.

Подбежав к ближайшей из башен, немка прикоснулась ладонью к гладкому холодному камню, напоминающему застывшую смолу или вулканическое стекло.

– Не может быть! – восторженно прокричала она. – Мороний мы наконец-то нашли их! Халид, давайте скорее перстень!

– Но у меня нет перстня, – спокойно отозвался ассасин, разглядывая загадочное строение.

– Как нет?! – осеклась Хельга.

– То кольцо было единственным и я отдал его вашему другу.

– Вы хотите сказать, что оно исчезло вместе с Джеком?! – лицо девушки побледнело.

– Скорее всего, – недовольно буркнул араб, обходя по кругу черные конусы и с интересом, глядя на письмена на поверхности их стен.

– Тогда какого черта ты молчал раньше?! Зачем мы сюда приперлись??

– Вы просили Халида провести вас к башням, – с достоинством произнес ассасин. – Халид выполнил своё обещание.

– Боже! – Хельга закрыла лицо руками.

Мороний в шоке смотрел на то, каким огромным было разочарование немки. Все её надежды на открытие портала рухнули в одночасье и что было делать дальше стало совершенно неясно.

Когда тело Стоуна погрузилось в ледяную воду, в голове Джека успела промелькнуть лишь одна мысль – главное, чтобы водоем оказался достаточно глубоким. В противном случае он переломает себе ноги о подводные камни и тогда его приключения закончатся на дне этого небольшого озера.

Однако ему повезло. Вынырнув на поверхность, Стоун быстро посмотрел наверх, где среди серых скал сразу в нескольких местах виднелись многочисленные белесые ручейки, вода от которых длинными струйками сбегала вниз, на ходу превращаясь в косматые бороды из водяной пыльцы. Она рассыпалась в воздухе на тысячи крохотных брызг, которые словно туман летели вниз, переливаясь на солнце всеми цветами радуги. На фоне голубого неба и сочной зелени пальм на вершинах скалы, эти радужные кольца создавали почти райское ощущение красоты. И всё же Джек сознавал, что ему невероятно повезло – упади он на несколько метров левее и сейчас не прозрачные ручейки воды, а его мозги стекали бы по острым камням, торчащим прямо над гладью озерной поверхности.

Быстро переплыв небольшой водоем, Стоун выбрался на берег и как можно скорее скрылся в тени деревьев. Он не хотел, чтобы люди объявившие на него охоту заметили бы его снизу. То, что он свалился сюда было огромной удачей и позволило оторваться от преследователей. Но что было нужно этим людям? Почему они были столь свирепы и почему именно Джек вызывал у них ярость и ненависть? Вопросов была масса.

Бредя в мокрой одежде сквозь темную чащу, почти не пропускающую солнечный свет, Стоун пытался припомнить какую-то мысль, мелькнувшую у него во время падения. Скорее даже не мысль, а воспоминание о прошлом. Но сколько он ни силился вернуться к прерванному видению – оно не возвращалось. Еще раз что ли спрыгнуть? Тихон сказал, что память обязательно вернется к нему и что это какой-то защитный механизм острова. Что за бред?! Как остров может защищаться? От кого?

Внезапно Джек поймал себя на том, что внутренний диалог, который он вел сейчас с собой был каким-то странным. Нет, в том что он говорил с собой и размышлял над чем-то не было ничего необычного, поскольку все люди периодически делают это. Странность была в другом. В его голове звучал не его голос! Он был похож на голос Джека, но в то же время скорее напоминал тихий шепот. Шуршащий словно сухие листья под ногами, шепот словно проникал в его голову извне и принадлежал кому-то другому.

Стоун остановился и попытался ни о чем не думать секунду. Он даже ударил себя пару раз ладонью по щекам, пытаясь изгнать шепот из головы. Он что бредит? Ударился во время падения в воду? Галлюцинации?

Джек снова потряс головой. Мысли были словно чужими, они мучительно скреблись внутри черепушки и это ощущение было физиологически неприятным и даже противным. Внезапно справа послышался громкий сигнал горна и мысли тут же улетучились из головы, переключая всё внимание на опасность. Побежав вперед сломя голову, Стоун вскоре выбежал в более светлый участок леса и почти тут же увидел людей, бегущих к нему со всех сторон. Их мрачные, искаженные злобой лица были повсюду и Джек медленно провел взглядом справа налево, выбирая первую жертву.