Антон Емельянов – Японская война 1904. Книга пятая (страница 32)

— А осуждать японский милитаризм не просит? — молчавший все это время Бильдерлинг даже улыбнулся.

— Нет, но мы добавим это от себя. Звучит неплохо, — решил великий князь.

Вопрос, который чуть не поставил меня в тупик, оказался забыт под ворохом новых обсуждений. Меня только спросили, известно ли мне что-то еще, и попросили держать в курсе, если с востока придут еще какие-то новости. Вот и поговорили… Я вышел из здания комендатуры и неожиданно осознал, что все закончилось слишком быстро. А до того, как поезд будет готов ехать назад, у меня еще точно есть пара часов.

Не успел я задуматься, чем бы заняться, как на меня неожиданно выскочил Кондратенко и с ходу ухватил за руку.

— Вячеслав Григорьевич! — он крепко сжал мою ладонь. — Случайно услышал, что вы у нас, а я как раз хотел с вами поговорить.

— Решились на перевод?

— Нет, — Кондратенко улыбнулся, все еще считая мои слова шуткой. — Но я хотел бы представить вам капитана Леонида Николаевича Гобято. Он во время осады изобрел одно интересное оружие, но у меня не хватает влияния и денег, чтобы дать ему ход. А вы… Вы можете гораздо больше, а эти минометы — они на самом деле могут помочь нашей армии!

Я чуть не поперхнулся. И как я мог забыть! Минометы! О флоте подумал, о пушках, бронепоездах, вон даже эрзац-танки понемногу клепаем — причем в прямом смысле слова — а самое дешевое и эффективное решение для штурма окопов вылетело из головы. Ведь в чем его плюсы? Миномет очень дешев, и его смогут собирать даже мои китайцы! Дальше: миномет стреляет навесом и, закидывая довольно мощные мины, может поражать даже укрепленные окопы. При этом в отличие от пушек, его могут нести всего пара человек, а время готовности стрельбы на любой позиции занимает меньше минуты!

А Гобято, к которому сейчас вел меня Кондратенко? Это же пионер, создатель этого самого нового оружия! С таким-то человеком мы быстро доведем эту штуку до ума… Я уже мысленно начал представлять структуру новых частей: добавим для начала по паре минометных двоек в каждую роту. Штурмовые пятерки вызывают их огонь на то или иное направление, и в итоге мы получаем возможность проламывать чужие позиции даже на таком невысоком уровне.

Я был полон энтузиазма, когда меня провели на полигон, когда пожимал руку Гобято, а потом увидел его… Миномет, который походил больше не на привычные в мое время «Поднос» или «Василек», а на обычную пушку. Еще и снаряд — на шесте! И вроде бы идея, для чего это, понятна — длинная палка помогает стабилизировать полет, но все равно.

— Мы сначала собирали минометы на базу укороченных 76-миллиметровых гаубиц, но потом с флота передали ненужные им пушки Гочкиса, и мы переделали уже под них, — рассказывал Гобято. — Снаряд-то все равно получается надкалиберный, так что 47 или 76 миллиметров — уже не так важно.

— И на сколько стрелять получается? — спросил я, с трудом скрывая разочарование.

Вот только мои ожидания — это только мои проблемы, а убивать на корню энтузиазм и веру в себя талантливого изобретателя я не собирался.

— 400–600 метров, — ответил Гобято.

— Точность?

— Тут пока не очень: мы, скорее, бьем в направлении врага. Но при должном количестве снарядов накрыть окопы — точно не проблема.

— Иногда нужно накрыть именно быстро и точно, — я все-таки не выдержал.

— У нас были ограничены ресурсы, но, если будет возможность, я бы очень хотел довести свое оружие до ума, — вскинулся Гобято. — Добавим прицелы, вроде тех, что используют на пушках. Доработаем таблицы стрельбы, и точность вырастет.

— Начальную скорость мины замеряли?

— Нет, — Гобято с Кондратенко переглянулись.

— Миномет стреляет за счет удара капсюля при опускании мины в ствол?

— Так точно.

— Значит, метров 50–60 в секунду. Мало, но мы легко сможет увеличить скорость за счет более длинного ствола. Не 40–60 сантиметров как сейчас, — я вздохнул, оглядев разномастный парк первых минометов, — а хотя бы метр, и будет уже проще.

— Но мы использовали готовые стволы, а тут что-то с нуля надо будет делать. И это сразу тянет другие проблемы, например, придется еще и лафет придумывать.

— Лафет не нужен, — сразу отмахнулся я. — Тяжело, дорого, да и опять же зачем?

— Но как тогда стрелять? Руками держать?

— Так вон же у вас вариант с треногой, — я указал на одну из моделей. — Снизу к стволу добавим еще пластину-упор. Заодно отдачу от выстрела будет принимать на себя. Прицел угловой. Оптику, вы правы, нужно добавить. А еще пузырьковые уровни, по горизонтали и вертикали.

— Ватерпасы?

— Точно. И еще надо доработать мины. То, что получается сейчас — с палками — слишком сложно. Слышали же, в прошлом году братья Райт в Америке летали и прямо в полете управляли своим планером? В Москве сидит целый Жуковский и считает аэродинамику любого тела. В общем, палки нам совсем не нужны. Делаем цельные мины, просто добавляем к ним оперение и смотрим результаты.

— Тоже с нуля.

— А тут в том и прелесть, что ничего сложного. Стальная болванка, снизу капсюль и оперение, сверху взрыватель, все что посередине — пироксилин. Меньше лишнего, больше разрушений. Если готовы попробовать, то я в свою очередь готов выделить вам один из заводских корпусов в Инкоу, вместе с рабочими и всеми необходимыми припасами. Но мне нужно полноценное оружие, которое можно будет массово производить, которым я смогу насытить сначала 2-й Сибирский, а потом и всю армию.

Я мысленно вздохнул. Начал разговор с того, что не хотел уж слишком давить на Гобято, а в итоге вывалил все, что вспомнил. Впрочем, Леонид Николаевич, надо отдать ему должное, не смутился от моих замечаний, и наверно, это меня и захватило. Говорил и говорил, а он записывал. И теперь оставалось только понять, правильно я все понял или нет.

— Сделаем, — после паузы Гобято решительно тряхнул головой и крепко пожал протянутую мной ладонь. — Только… А как быстро вам нужен результат?

— Думаю, — я мысленно прикинул, — пара месяцев мира у нас еще осталась, но потом нас снова будут ждать японцы, а то и еще кто… Так что к тому времени мне бы хотелось получить не просто минометы, но солдат, которые будут уметь их использовать. Соответственно, новый прототип желательно показать уже… Завтра сможете?

— Если в Инкоу сегодня же получу людей, материалы, инструменты… Смогу! — Гобято сглотнул. Кажется, такой скоростью я сумел его удивить, даже больше, чем всеми требованиями по миномету.

— Тогда через час буду ждать вас на вокзале, — мы еще раз крепко пожали друг другу руки, и я оставил Гобято с Кондратенко. Кажется, этим двоим было что обсудить напоследок.

Глава 17

Леонид Николаевич Гобято начинал осаду Порт-Артура в полной уверенности, что уже скоро главная армия разобьет японцев и хотя бы на суше сможет их прикрыть. Все оказалось совсем не так просто… Победы пришли, но позже, тяжелее, и сам Леонид Николаевич успел проводить в последний путь немало хороших солдат. И обидней всего было, когда враг обстреливал их навесом из гаубиц и мортир, а они умирали и ничего не могли сделать.

Винтовки и обычные пушки были бесполезны против японских окопов, и тогда-то, растирая по рукам чужую кровь, Гобято придумал, как же все-таки до них добраться. Сделать упрощенную мортиру. Вместо толстого ствола — простой гладкий, вместо казенника — просто закидывать все в ствол, вместо вращения для точности полета — хвостовое оперение, вместо дорогого снаряда — дешевая мина. Докрутили немного, пустили в дело и достали японцев. Не один раз достали! Даже жалко немного стало, что к ним так быстро пробились, и он не успел по-настоящему развернуться…

Так он думал, но ровно до того момента, как к нему на полигон заглянул генерал Макаров. Вообще, Гобято привык, что многие офицеры, особенно в высоких званиях, довольно прохладно относятся к новинкам, особенно таким, которые так непритязательно выглядят. И сначала Макаров, несмотря на всю его славу, показался одним из них. Сморщил нос при виде минометов, хоть и постарался это не показать. Якобы незаметно!

Вот только Леонид Николаевич-то все приметил и уже приготовился было ругаться. От злости, от обиды, что последняя его надежда так глупо расплывается, словно фата моргана. А потом Макаров вставил ему фитиль!

— Все остальные отчитывали меня за слишком простой вид, а он взял и потыкал носом, что, наоборот, недостаточно просто, — выдохнул Гобято, провожая генерала взглядом.

— Разве? — спросил Кондратенко. — Вроде бы ничего такого он и не говорил.

— Да⁈ Сейчас, когда Макаров разложил по полочкам, все кажется таким очевидным. Более длинный ствол, и скорости снаряда с оперением хватит, чтобы он летел прямо без всяких доработок… А пластина для устойчивости и гашения отката? По идее, с ней даже можно не доводить ствол после каждого выстрела. Бросил мину, прикрыл уши, та улетела точно в цель — следующая!

— И сколько выстрелов в минуту так сможете сделать? — заинтересовался Кондратенко.

— Думаю, все двадцать, но нужно смотреть на практике… По прицелу я еще до конца не представил, как будет лучше всего его приспособить, но одно точно!

— Что?

— Эти идеи стоят того, чтобы воплотить их в жизнь! — Гобято выдохнул, а потом развернулся.

Если он планирует успеть на поезд Макарова, то времени-то осталось совсем немного. Надо подать рапорт, собрать вещи, сказать своим хотя бы пару слов.