Антон Демченко – Вернуть на круги своя (страница 43)

Вечер не затянулся надолго. Выезд предполагался с рассветом, а потому засиживаться допоздна мы не стали. Это будет долгий день…

Мы вывели лошадей за ворота, когда солнце только-только выкрасило золотом верхушки деревьев над нами. Впрочем, этого мы не видели, из-за густого тумана, укрывшего предместья Старой Ладоги. В этом белесом мареве, уже в паре метров от нас, терялись даже стены усадеб, а перестук идущих шагом лошадей был еле слышен. Впрочем, покинув двор, мы забрались в седла, а здесь туман был реже.

— Садится, — приглушенный туманом, голос Антона, кстати, отказавшегося от седла и усевшегося на навьюченную лошадь почти "охлюпкой", ну, если не считать одеяла, заменившего ему и попону и седло, донесся до меня откуда-то слева. — Но, все равно, еще час-полтора он продержится, так что… Давайте-ка, я пойду ведущим, а ваших лошадок пока возьму за поводья. Ну, а как развиднеется, отпущу.

— Ты больший, тебе решать, — пожал я плечами, хотя и понимал, что в этом мареве, даже волхв вряд ли разглядит это мое движение.

Через минуту, вынырнувший из тумана, Антон действительно подхватил поводья моей лошади, а в другой руке он уже сжимал повод лошади Грега.

Кузнец потянул поводья, и наши лошади ускорили шаг. Перестук копыт стал чаще, и наш маленький караван окончательно канул в белое холодное облако. Когда же, через час, туман действительно рассеялся, я обнаружил, наша компания вплотную подобралась к просыпающемуся лесу. Антон отпустил поводья, все одно лошади с тропинки никуда не свернут, и мы втянулись под сень огромных деревьев. Так начался наш "дранг нах вест".

— С тропы не сходить! Ежели увидели, что стежки нет, останавливаетесь и ждете. Не вздумайте рыскать по сторонам, заблудитесь так, что и я не найду, — предостерег нас волхв и уточнил. — Князь-то уж это знает, а вот тебя, Гриша, мой наказ касается особенно. Понятно?

— Понял, — донесся до меня приглушенный голос Грега. А Антон, посчитав инструктаж оконченным, замолчал. Только ходу еще прибавил, отчего наши лошади перешли на тряскую рысь.

Тропинки под копытами наших лошадей петляли, но упорно вели на запад. К вечеру, когда Антон, наконец, решил сделать привал, остановившись на маленькой полянке с бьющим из-под камней родником, Грегуар со стоном сполз с лошади и принялся ее расседлывать. Я последовал его примеру, а наш кузнец-проводник, спрыгнув наземь, сначала обошел поляну по кругу, к чему-то прислушался и, лишь сделав глоток воды из источника, удовлетворенно кивнув, вернулся к животине. Избавив ее от вьюков и пропотевшего за день одеяла, заменявшего седло, волхв занялся костром. Пара валежин, притащенных им откуда-то из чащи, под ловкими ударами небольшого, но весьма хищного вида, топорика, быстро превратились в дрова для костра, а еще через минуту, на обложенном собранными у родника камнями участке поляны, с которого Антон предварительно снял дерн, запылало ровное пламя.

Пока Грег обихаживал лошадей, а волхв занимался костром, я успел устроить небольшой навес, и вытащить приготовленные нам в дорогу продукты. Под голодное урчание в животе, в котелок, наполненный холодной водой из источника, полетели куски вяленого мяса, а когда вода закипела, туда же отправилась и гречка. Обязанности были распределены еще до выхода, так что каждый занимался своим делом… молча.

Нет, мы не поссорились, но целый день в седле, с непривычки, да еще и не по самым удобным для проезда местам, а лес к комфортной среде отнести не получается, даже с учетом неоценимой помощи волхва… в общем, мы просто устали. Так что, хоть какой-то разговор завязался лишь после ужина.

— А где мы сейчас находимся… мессир? — поинтересовался Грег, крутя в ладонях кружку с чаем. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, так что я даже насторожился, но почти тут же до меня дошло, что он просто недоволен тем, что его работодатель взял на себя обязанности, которые он искренне считал своими. Грег, действительно, весьма и весьма добросовестный работник.

— Вопрос не по адресу, Грегуар, — хмыкнул я и кивнул на сидящего чуть ли не в самом костре, и шумно прихлебывающего чай, Антона. — Это, нашему проводнику лучше знать.

— Из больших городов, поблизости, разве что Юрьев, — булькнул в кружку волхв и умолк.

— С вашего позволения, мессир, но от Старой Ладоги до Юрьева, что в Эстляндском воеводстве, почти четыреста верст… — медленно проговорил Грег.

— Именно поэтому, я и просил волхва быть нашим проводником, — кивнул я. — Без его помощи, мы бы еще долго добирались до этих мест.

— Никогда не слышал о подобной магии, — покачал головой бывший дворецкий.

— Это еще что… сюда бы Волосова волхва, так мы бы уже в дне пути от застав, были, — вновь оторвавшись от горячего питья, хмыкнул Антон.

— А дальше?

— А дальше, только ножками, без помощи леса, — развел руками наш проводник. — Там ведь, тоже не дураки сидят. Все тропы заперты, как раз против таких ухарей. Ладно, давайте спать ложиться. Завтра, нам нужно пройти еще очень немалое расстояние. А вести тропами такую компанию как наша, не так-то и легко, тем более что, по мере приближения к границам, скорость наша будет постоянно падать. Так что, извините, но… покойной ночи, Вит, Гриша.

С этими словами, Антон завернулся в вытащенную им из-под себя медвежью шкуру и, чуть отодвинувшись от костра, улегся прямо наземь. Аскет, однако…

Растормошив, пребывающего в ступоре от таких новостей, Грега, я отправил его спать под навес, а сам, перебрался ближе к краю поляны и, соответственно, подальше от костра, оперся спиной на ствол огромной сосны, и остался бодрствовать. Первая стража была за мной.

Ставить в караул Грега, мы не стали, опыта у него в подобных вещах нет никакого, а вымотается, потом еще в седле носом клевать будет. Не с его умениями. Пусть уж лучше выспится хорошенько.

Поэтому, спустя шесть часов, я поднял Антона, а сам завалился спать, чтобы еще через четыре часа подняться к уже готовому завтраку, состоящему из остатков вчерашней каши с мясом и свежезаваренного чая. Лучше бы конечно, кофий, но до него еще далеко и долго. Так что, пьем чай и не выпендриваемся.

Собирались быстро. Антон торопил, ориентируясь по каким-то одному ему ведомым признакам. Естественно, что спорить с проводником не стал ни я, ни тем более Грег. Так что в дорогу выдвинулись, едва ли не через полчаса, после моего подъема.

И вновь, петляющие тропинки ложатся под копыта наших лошадей, уводя в сторону от полей, вглубь высоких и светлых сосновых боров, огибают угрюмые ельники, плетут причудливую вязь, в которой разве что волхвам и разобраться. Сходить с этой узкой стежки нежелательно, тут же потеряешься, и не факт, что сможешь выбрести к людям. Хоть и знаком я с фокусами волхвов не понаслышке, но, даже умея что-то вроде этого, рисковать не стану. Были прецеденты, я тогда вообще умудрился совершенно классически заблудиться в трех соснах, пока тот же Антон за руку из них не вывел, так и бродил кругами на пятачке, размером чуть больше его двора. Как вспомню, до сих пор жуть берет.

Так и шли, старательно обходя стороной города и веси. Еще дважды мы ночевали в лесу, а утром третьего дня, Антон сообщил, что чувствует сопротивление леса. Так что, когда через три-четыре часа после полудня, наш проводник остановился и, соскользнув с лошади, отер со лба выступивший пот, мы уже были готовы к тому, что он скажет.

— Все, други. Дальше только своим ходом. Не могу больше. Лес отталкивает, — Антон бросил мне поводья своего "скакуна", потянувшегося вдруг куда-то в сторону, а сам привалился спиной к одному из дубов, кряжистые стволы которых, как-то незаметно сменили высоченные колонны сосен. Волхв осел наземь и прикрыл глаза. Было видно, что путь дался ему очень нелегко. Не открывая глаз, Антон тяжко вздохнул и проговорил, — в получасе ходьбы к югу, чую, деревенька имеется. Можно там остановиться, осмотреться.

— Точно. Да и помыться не помешает, — кивнул я. — А завтра дальше пойдем, как ты выразился, своим ходом. — Проводишь?

— А как же, — усмехнулся, все также не открывая глаз, волхв. — До границы, обязательно. Все идите, дайте отдохнуть по-человечески.

— Ну-ну. Отдыхай. По-человечески, — хмыкнул я и, повернув лошадь к югу, дал ей легкого шенкеля. Следом потянулся и взятый на чембуры "скакун" Антона, а за ним и Грег тронул своего конька.

— Мессир? — бывший дворецкий заговорил только, когда мы выехали из перелеска и увидели на другой стороне поля, небольшую весь, выстроенную на склоне холма.

— Да, Грег?

— Не сочтите, что лезу не в свое дело… Но, почему господин маг остался в лесу?

— Ему нужно хорошо отдохнуть, набраться сил, и лес для этого, самое лучшее место, — пожал я плечами. — Кстати, надо бы привести в порядок его лошадь. Граница недалеко, и двое всадников со свободной лошадью в поводу, на которой явно недавно кто-то ехал, могут вызвать ненужные подозрения.

— Я сделаю, мессир, — мы остановились и Грег, довольно ловко соскользнув на землю, принялся превращать коняшку Антона в обычную вьючную лошадь. И справился он с этим, довольно быстро, заодно, перекидав на нее часть вьюков с наших "скакунов". Оглядев получившийся результат, я удовлетворенно кивнул. Ну вот, теперь можно и в деревню заехать.