Антон Демченко – Учитель (страница 9)

— Ясно, — после недолгого молчания, поняв, что объяснения не последует, продолжил Сергей. — В общем, так, переучивать тебя — только портить. Поэтому для начала поработаем над доводкой необходимых навыков, затем введем тренировки с другими видами оружия, а там… там посмотрим. Жду тебя на следующем занятии. Я здесь каждый день во второй половине дня, до двадцати трех ноль-ноль. О времени визита предупреждай за день. Вроде бы все… А, да, и постарайся все-таки приезжать в тир в цивильном. Лучше уж тут свою разгрузку надевай, раз тебе так нужно к ней привыкнуть.

Поняв, что большего я не услышу, я попрощался и, махнув этой сладкой парочке рукой, потопал на выход.

— И что это был за спектакль? — Отставной полковник отключил запись только что завершившегося занятия, откинулся на спинку широкого, жалобно заскрипевшего под его огромным телом кресла и окинул недовольным взглядом Сергея.

— Хм, а по-моему, все прошло очень даже неплохо, — проговорил тот в ответ, ничуть не смущаясь сверлящего взгляда бывшего командира и нынешнего работодателя.

— Я тебе покажу «неплохо», — прорычал Брюхов. — Если на следующем занятии этот парень не появится, ты сам за ним отправишься и приведешь в клуб за руку. Понятно?

— Так точно, — моментально вытянувшись во фрунт, отчеканил тот. И уже тише добавил: — Но он придет… сам.

— Откуда такая уверенность? — прищурился Олег Павлович.

— Татьяна… — вместо ответа Одоев повернулся к дочери Брюхова. — Твое мнение…

— Вернется. Он… ему любопытно, — после недолгого размышления проговорила девушка.

— Ему… что, простите? — Густые седые брови хозяина клуба удивленно поползли вверх.

— Я не знаю, как объяснить, — после нескольких минут сосредоточенного молчания заключила Татьяна и взглянула на сестру. Та хмыкнула, но все-таки соизволила вставить свои две копейки:

— Кириллу интересно, почему Михаил отправил его именно в наш клуб. А уж после представления, устроенного Сергеем и моей дражайшей сестрицей, любопытство и вовсе зашкалило. — Тут Настасья на миг прервалась и договорила уже куда более едким тоном: — Но учти, Сергей, еще раз попробуешь «раскачать» нашего гостя — и он почти наверняка плюнет на то, что все это лишь спектакль, и устроит тебе несчастный случай на производстве. Так что не советую больше рисковать.

— Хотелось бы взглянуть, — гулко хохотнул Брюхов. — Мастер Эфира против старшего воя… это должно быть весело.

— Хм, да я и не собирался его «раскачивать», это Танеч… прошу прощения, это Татьяна решила вдруг проверить протеже Прутнева на толстокожесть, — развел руками Сергей. — Мне оставалось только подыгрывать.

— Надо же, впервые на моей памяти капитан Одоев не выгораживает собственного подчиненного, — фыркнув в усы, заметил бывший полковник и кивнул дочери. — Ну, что скажешь, Танюша? С чего вдруг ты поломала весь рисунок встречи?

— Да… — Девушка помялась и, выдохнув, решительно рубанула: — Взбесил он меня. Мальчишка же еще, а взглядом чуть не до исподнего раздел, а потом… потом и вовсе стал смотреть будто взрослый папа на выступление детей на утреннике. Брр. Вот я и решила его немного потрясти.

— О… да у тебя, сестрица, гордость взыграла, а? — захихикала Настасья, но под суровым взглядом отца тут же осеклась.

— Неужели он такой самоуверенный? — поинтересовался у инструктора бывший полковник.

— Скорее, просто уверенный, — уточнил Сергей. — Уверенный в своих силах, умениях… и без зазнайства. Странный молодой человек. Чую, это будет очень интересная работа.

— А что Гдовицкой? Михаил же с ним разговаривал? — поинтересовалась вдруг Настасья.

— Молчит боярский сын. Как рыба молчит, — машинально ответил Брюхов, но тут же встрепенулся и нахмурился. — Та-ак. А ну, отставить эти ваши штучки! Взяли моду, понимаешь, на начальстве свои кунштюки отрабатывать!

— Есть. — Все трое встали по стойке «смирно».

Хозяин клуба окинул дочерей суровым взглядом, вздохнув, пробубнил что-то вроде: «Все в мать», — и обратился к инструктору:

— Значит, так. Отныне работу по Николаеву ведешь один. Девчонок в нее не втягиваешь. Это тебе не полигонные испытания, да и кандидат… не «кукла». По завершении работы развернутый анализ и доклад — мне на стол. Подчеркиваю: развернутый доклад! Это понятно, капитан?

— Так точно, — кивнул тот.

— Уже хорошо, — вздохнул Брюхов. — И постарайся обойтись без экстрима и этих ваших импровизаций.

— А мы? — в унисон проговорили сестры.

— А вы… вы идете готовить ужин. Время за полночь, а мы еще не ели. На этом заседание считаю закрытым, — проговорил полковник и, смерив дочерей делано недоуменным взглядом, спросил: — Вы еще здесь?..

Я смотрел на стоящих передо мной Милу и Лину — и ждал. Просто ждал, когда преградившие мне путь к школьной стоянке кузины наконец объяснят, что им нужно. А они стояли и молча переглядывались… Не решили, кто будет говорить, или не знали, как сказать то, ради чего вообще подошли? В принципе ни тот, ни другой вариант мне не нравился. Заранее…

Поняв, что, если их не расшевелить, они так и будут изображать двойной шлагбаум на моем пути, я вздохнул.

— Ну, и что у вас случилось на этот раз? — поинтересовался я.

— Кхм… — Лина аккуратно, но точно заехала локтем под ребро сестре, и та наконец заговорила:

— Кирилл, ты же помнишь о предстоящем пире у Бестужевых?

— Конечно, — кивнул я, вспомнив доставленное мне вчера посыльным приглашение.

— Понимаешь, мы тоже туда приглашены… в смысле Громовы. Точнее, отец с Алексеем… и мы с Линой, — проговорила Мила и, зависнув на секунду, закончила фразу откровенной скороговоркой: — Помоги нам собраться к пиру, пожалуйста.

О как. От такого поворота я немного опешил. Ладно еще были бы очередные новости из дома Громовых или… Да хоть известие о всеобщей мобилизации одаренных… но вот такого заявления я никак не ожидал.

— Эм-м… Может, вам лучше поговорить на эту тему с Ольгой? — осторожно поинтересовался я.

— Это будет невежливо, — вздохнула Мила. — Кирилл, пожалуйста. А мы поможем тебе.

— Мне? Разве мне нужна помощь? — не понял я.

— Неужели ты уже сшил себе костюм? — в деланом удивлении приподняла бровь молчавшая до этого Лина.

— Хм. Да у меня есть вполне приличные костюмы. Я же не с пустой сумкой из имения уезжал. Зачем заказывать-то?

В ответ сестры одновременно осуждающе покачали головами и вновь переглянулись. И чего такого я сказал?

— Ольга была права, — тихо пробормотала Лина, а Мила, нахмурившись, согласно кивнула и перевела взгляд на меня.

О как… Ситуация проясняется. Ну нареченная, ну конспиратор! Ла-адно. У меня еще будет время сказать ей спасибо.

— Кирилл. Так не пойдет. Этот пир фактически будет твоим первым выходом в свет. На тебе должен быть НОВЫЙ костюм. И не абы какой, — сказала наша мисс Рассудительность.

— Стоп-стоп-стоп, — я замахал руками. — Какой первый выход?! Я же уже был на пирах. У тех же Томилиных, например.

На лицо Лины на мгновение словно тень наплыла, но она тут же справилась с собой. И поддержала сестру.

— Во-первых, появляться на разных пирах в одном и том же костюме — дурной тон. Уж это-то ты должен знать, разве нет? — заговорила наша язва, смерив меня подозрительным взглядом. — А во-вторых, прежние визиты не в счет. Ты там был как домочадец рода Громовых, один из… А через десять дней тебе предстоит самостоятельный выход, от своего собственного имени. Понимаешь?

— Ладно-ладно.

Эти заморочки были мне почти неизвестны. О них даже Агнесса на занятиях не говорила, по крайней мере, мне и Алексею… Но ведь у девчонок, как, впрочем, и у нас, были и отдельные уроки… И тут стоит вспомнить, что подготовка к пирам и к походам на таковые всегда лежала на плечах женской половины рода. В общем, если допустить, что на тех занятиях речь шла именно о подобных нюансах, становится понятным, зачем вообще были нужны раздельные уроки этикета… Я покосился на выжидающе посматривающих на меня кузин и вздохнул:

— Когда идем по магазинам?

— Ателье, Кирилл! Только ателье, — фыркнула Линка.

— Ха! До пира осталось чуть больше недели, сами говорили! — воскликнул я. — Какое ателье сошьет костюм за такой срок?

Сестры в очередной раз переглянулись и сожалеюще вздохнули. Типа, что взять с убогого? У-у, буржуйки.

— То, в котором ты заказывал свою школьную форму, — под негодующее сопровождение Лины произнесла Мила. — А как ты думаешь, почему в списке, предоставленном гимназией, нет ни одной лавки готового платья? Именно из расчета на такие вот случаи, когда срочно нужна официальная одежда. Это обычные ателье и портные могут себе позволить строить костюмы месяцами, а мастерские из гимназического списка куда расторопнее.

После недолгого размышления я согласился с доводами сестер:

— Хм… Ладно. Уговорили. И когда начнем?

Мне откровенно не хотелось ударить в грязь лицом на пиру у Бестужевых. Там и так наверняка на меня будут коситься как на неведому зверушку, так что подводить хозяев, точнее, хозяйку своими собственными косяками мне не хочется. И помощь Милы с Линой будет кстати. А еще, кажется, пришло время вытаскивать конспекты Кирилла с занятий по этикету… хм.

— В том-то и дело, — вздохнула Мила. — Если мы хотим успеть к пиру, то начинать надо сегодня. — И уточнила: — Сейчас.

— Понятно. И одним-двумя визитами к портным мы явно не отделаемся, — догадался я. На фоне грядущей инспекции старперов это напрягало. Впрочем… — Ладно. Но занятия не отменяются. Это ясно?