Антон Демченко – Шаг первый. Мастер иллюзий (страница 50)

Аглая вздохнула. Ситуация у нее, конечно, аховая, но черт возьми! Зачем было вываливать все это первому встречному?! Пусть даже он оказался весьма симпатичным парнем…

– У тебя есть дом? – Раздавшийся рядом голос того самого парня вырвал девушку из пропасти самоуничижения.

– Квартира. Съемная, – на автомате ответила она, поднимая взгляд на Ерофея.

– Отлично, – улыбнулся тот. – Приютишь меня до завтра? Я заплачу.

С-сволочь. Аглая еле задавила поднимающуюся ярость и попыталась улыбнуться в ответ. Получилось криво.

– Сто рублей, – выпалила девушка.

– Идет, – невозмутимо кивнул Ерофей… и Аглае осталось только изумленно хлопать ресницами.

Стоит признать, что интересуясь у новой знакомой насчет возможности снять угол в ее доме, я почти не ожидал положительного ответа. Но тем не менее именно его и получил. Деньги? Ну да, дороговато, конечно. Но если прикинуть по уму, то получится не намного дороже съема люксового номера в каком-нибудь столичном отеле, если верить данным сети. Хотя, конечно, здесь, в Новочеркасске, за эти деньги я мог бы жить в люксе лучшей… и единственной городской гостиницы как минимум три-четыре дня, и жил бы, если бы не мое собственное нежелание вновь столкнуться с давешним капитаном-«особняком».

Как бы то ни было, угол на ночь я нашел, а большего мне и не нужно. Ну, почти… но решить вопрос с новой одеждой, от белья до шнурков в ботинках, мне удалось почти так же быстро и просто, как с жильем. И тут стоит отдать должное Аглае, которую я с небольшим трудом уговорил составить мне компанию в небольшой прогулке по городку. Пребывающая в удивлении от моего согласия заплатить сотню рублей за ночевку в ее квартире, девушка толком и не пыталась сопротивляться, а потом… потом она попросту вошла во вкус. Миры меняются, женщины – никогда.

Вообще, если бы не ее присутствие, мне вряд ли удалось купить хотя бы половину искомого, поскольку большинство городских лавок оказалось закрыто… для чужаков, по крайней мере. И здесь лицо моей спутницы сыграло роль замечательнейшего пропуска, по крайней мере, в тех магазинчиках, что расположены в ближайших кварталах от ее жилья… но мне большего и не нужно было. Все же я не собирался закупаться всем, что растерзали архаровцы контриков или украли люди Ростопчиных. Мне нужен был лишь минимальный набор вещей, позволяющий чувствовать себя человеком, а не бомжом. Недельный набор дешевого белья, рыльно-мыльные принадлежности, пара комплектов легкой одежды и сумка, куда все это можно сложить. Собственно, всё.

Правда, когда изумление Аглаи от факта моего согласия на «непомерную стоимость аренды жилья» окончательно прошло, она все же сделала робкую попытку сбежать от моего общества и тем самым лишить меня возможности продолжить покупки. Зря…

– Девушки, милые, а что вы можете посоветовать этой скромнице? – спросил я, придержав за локоть дернувшуюся было к выходу Аглаю, и две барышни, до того спорившие по поводу наиболее подходящей мне рубашки, тут же встрепенулись. Профессионально оценивающие взгляды прошлись по стройной фигурке моей спутницы, после чего приказчицы переглянулись и, одарив меня о-очень ласковыми улыбками, утянули вновь впавшую в ступор девчонку куда-то за ширмы. Хех.

Мотовство? Пусть так. Никогда не был скупердяем и изображать чахнущего над златом Кощея не собираюсь. К тому же мне просто нужно расслабиться, переключиться наконец с режима беглеца. Так почему бы не сделать это вот таким способом? В конце концов, шопинг спасает от стресса не только женщин, но и мужчин… иногда.

Аглая взъерепенилась. Аглая зафыркала… но подарок приняла. Со скрипом. Ей просто было некуда деваться под неодобрительными взглядами приказчиц, особенно когда я заявил, что выбранное платье уже мною оплачено, но если она отказывается принять его в подарок, то может выбросить в урну. Мне эта вещь не нужна.

А платье ей понравилось, явно. По крайней мере, выкинуть его она не смогла, правда, пробормотала что-то о возврате долга, но я только отмахнулся и потянул девушку к следующей лавке. Список необходимых мне вещей невелик, но чтобы купить все, что в нем записано, придется еще немало побегать, а все потому, что здесь, как я успел убедиться, нет даже слабого подобия знакомых мне супермаркетов, где можно было бы приобрести все сразу, от еды до велосипеда. Вот и приходится шариться по разным магазинам. Тут одежда, там бакалея… и все ножками, ножками. Эх!

Спустя пару часов мы с моей молчаливой спутницей, наконец уставшей выговаривать мне за «ненужные траты» и теперь лишь тяжело вздыхающей при взгляде на пакет с подарком, добрались до ее дома.

Что я могу сказать? Как и говорила сама Аглая, это оказалась обычная квартира на три спальни, хозяева которой явно знавали лучшие времена. Добротная, основательная мебель соседствует с пустыми книжными полками, на обоях кое-где видны светлые квадраты и прямоугольники – следы, оставшиеся от когда-то висевших на стенах картин. Старомодный сервант в гостиной почти пуст, его верхние, стеклянные полки покрываются пылью. Здесь, очевидно, когда-то стоял парадный сервиз. А вот серебряный чайный набор цел и скромно поблескивает на нижней полке того же серванта. Дорог как память?

– Твоя комната, Ерофей, – отвлекла меня от осмотра гостиной Аглая и распахнула высокие двойные двери, ведущие в одну из спален. – Постельное белье в шкафу, дверь в ванную слева. Располагайся.

– Благодарю, – кивнул я. Девушка фыркнула и, одарив меня сердитым взглядом, вышла в коридор.

Осмотревшись в комнате, понял, что Аглая отвела мне спальню своего покойного брата. Минималистичность обстановки намекает. Никаких рюшечек-завитушечек, все просто, лаконично и… безлико. Должно быть, после смерти родственника девушка убрала или выбросила большую часть его личных вещей.

Развешивать вещи в шкафу и раскладывать мыльно-рыльные принадлежности по полкам в ванной комнате я не стал. Лишь избавился от бирок на одежде и вновь убрал ее в сумку, а вот несессер с гигиеническими принадлежностями пришлось оставить в ванной комнате. Уберу с утра, когда буду съезжать отсюда.

Приняв душ и смыв с себя наконец грязь и пот, вместе с запахами камеры, я переоделся в недавно купленные обновки, после чего, недолго думая, свернул свою старую одежду комом и запихнул ее в пакет. Позже выкину.

Завалившись на заправленную кровать, взял с тумбочки свой новый зерком и задумчиво принялся крутить его в руках. Попробовать, что ли, связаться с Бийскими? Или набрать Граца?

К сожалению, ни тетка Ружана, ни дед Богдан ответить на мой звонок не смогли или не пожелали. Да и хольмградский профессор звонок просто сбросил. Что ж, тут ничего странного. Мой нынешний номер ему неизвестен, так что и отвечать на невесть чьи вызовы вечно занятой проф не станет. Он порой и звонки коллег сбрасывал, если те мешали ему заниматься очередным экспериментом.

А вот Остромиров ответил почти сразу. Но не успел я пожелать ему доброго дня, как тут же был оглушен взбешенным ревом волхва. Разорялся Вышата Любомирич восемь минут подряд, не сбавляя тона и награждая меня такими эпитетами, что уши в трубочку сворачивались. Мне же не удавалось вставить и слова в его прочувствованный монолог, так что пришлось молча слушать все, что думает обо мне один последователь пути Переплута. Но в конце концов у волхва кончился запал.

– Тебя где носит, отрыжка Кощея?! – почти спокойно осведомился он. Отвечать прямо на этот вопрос я не стал, зато в подробностях рассказал о своих недавних приключениях, аресте и грабеже лавки. Не поленился даже отослать собеседнику файл с записью выноса моего имущества из магазина. Остромиров слушал не перебивая. И, лишь когда я закончил свой рассказ, напоследок уточнив, что в Ведерникове и его окрестностях меня можно не искать, волхв заговорил: – Понятно. Удрал от «особняков», значит, и Ростопчиных с носом оставил. Силен, бродяга.

– О Ростопчиных говорить пока рано, – ответил я. – Но они мне задолжали, и крепко, и должок я взыщу обязательно. Может быть, не прямо сейчас, но в скором времени.

– Не торопись. – Изображение Остромирова в зеркоме качнуло головой. – Лезть в свару с фамильными в твоем нынешнем положении – последнее дело. Прежде чем на амбразуру ложиться, нужно спину прикрыть как следует, например, заручившись поддержкой влиятельных людей…

– Скажем, поддержкой круга волхвов? – усмехнулся я.

– А хотя бы и так, – невозмутимо кивнул Вышата Любомирич. – Зла мы тебе не желаем, скорее, наоборот. Да и я вроде бы не давал повода для недоверия, так почему ты сразу не связался со мной, как только сбежал от армейцев?

– Боялся, что мой зерком уже на прослушке, – честно ответил я. – А раскрывать свои действия и планы перед противником не хотелось. Было, правда, желание связаться с Бийскими, но увы… не удалось.

– Не удивительно, – нахмурившись, произнес Остромиров. – Они уже неделю мотаются по городам и весям, упокаивают поднимающиеся кладбища. Так что им сейчас совсем не до разговоров.

– Значит, это правда? – поинтересовался я.

– Что именно? – не понял волхв.

– Я слышал, что неупокои уже в области появились. В том же Ейске… – проговорил я.

– Хм… да. И не только там, – нехотя подтвердил Вышата Любомирич и тут же встрепенулся. – Мы не о том говорим. Мертвяки не твоя забота, Ерофей. Сейчас важнее другое. В области идет эвакуация, под которую ты попадаешь не только как несовершеннолетний гимназист, но и как перспективный конструктор, в котором заинтересованы Грац и я. Наша группа выезжает из Ведерникова послезавтра. Машины за нами уже выслали. Ерофей, я бы очень хотел, чтобы ты отправился вместе с нами в Хольмград. По крайней мере, до окончания этой свистопляски. Что скажешь?