Антон Демченко – Небесный шкипер (страница 4)
А как иначе, если в любой момент они должны быть готовы взойти на борт «Мурены» и отработать несколько часов в авральном режиме, демонстрируя потенциальному заказчику квалификацию экипажа и возможности яхты? Понятное дело, что я не держу братьев Алёны в постоянной готовности ко взлёту. Это требуется, лишь когда на носу очередной заказ. Зато после выполнения задания или во время ремонта, ребята имеют возможность оторваться по полной программе, чем и пользуются без зазрения совести. Нет, поначалу-то они пытались действовать тихо и незаметно, чтобы любимая сестрёнка не разочаровывалась в своих старших братьях. Но не после того, как однажды, старший из братьев — Вячеслав увидел её выходящей рано утром из моей каюты, и в ответ на свою гневную проповедь о недозволенном поведении услышал насмешливое фырканье и фразу: «Я хотя бы с собственным женихом сплю, а не изучаю каждую бордовую занавесь во всех встречных портах»… Ну и какой смысл был в дальнейшем шифровании? Вот и братья Трефиловы решили так же, и перестали таить от сестры свои походы по борделям во время увольнений на берег.
Правда, перед этим они попытались набить мне физиономию «за совращение сестрёнки», но в этот раз я не стал сдерживаться и, намяв бока взбрыкнувшим матросам, потащил их в корабельный лазарет, ставший вотчиной Алёны. А пока невеста приводила избитых братьев в порядок, я прочёл им небольшую лекцию о недопустимости попыток избиения собственного шкипера и работодателя, и напомнил, что произойди нечто подобное на любой каботажной «селёдке», не говоря уже о «китах», и все трое тут же были бы списаны на берег без выходного пособия и компенсаций. А если бы избиение удалось, то и вовсе загремели бы в чёрный список, после чего о любой возможности устроиться на какой-либо дирижабль, они могли забыть раз и навсегда.
Слушавшая мою речь вместе с ними, Алёна была весьма удивлена действиями братьев, а узнав подоплёку происшедшего, просто взвилась и, тут же выпроводив меня из лазарета, забыв при этом закрыть входную дверь, в свою очередь, устроила грандиознейший разнос любимым родственникам, во время которого не только прошлась по их собственной нравственности, чуть ли не поимённо перечислив все посещённые ими за время путешествия бордели, но и напомнила о том, что старшие Трефиловы дали своё «добро» на наши с ней отношения. «Или вы уже не уважаете нашего батюшку?!». Братья прониклись.
И было это аккурат перед получением нашего четвёртого заказа, открытого в городе Кёнигсберге. Тогда же и появился обычай демонстрационных полётов, а мои матросы, за день до первого такого вылёта, отправившиеся «погулять» после избиения и вправления мозгов родной сестрёнкой, во время демонстрации вынуждены были работать с жуткого похмелья, за что и огребли от Алёны ещё раз. С тех пор, зная о грядущем заказе, братья откладывают «гульбу» на потом и… даже не думают пыхтеть в мою сторону. Что, несомненно, радует.
Глава 2. Хвастовство как маркетинговый ход
— Маршрут подтверждён, разрешение на пробный полёт получено, — нежным тоном пропела Алёна, вынимая из стрекочущего телеграфа быстро ползущую ленту. — Наш горизонт второй, взлёт по готовности. Тренировочное «поле» подготовлено, мишени будут выставлены в течение четверти часа.
— Замечательно, — я кивнул невесте и взялся за трубу переговорника корабельной «вопилки». — Внимание команде, мы начинаем взлёт. Заказчику разрешено присутствовать на мостике.
Не дожидаясь, пока рыжий Алистер примчится из салона, я повернул ключ, и тут же услышал гул заработавших насосов, вытесняющих из купола воздух. Наполовину сложив «зонт» энергосборника, я дождался, пока указатели давления в куполе упадут до нужных значений, и потянул на себя РИВ[1]. Рунные цепи на кольцах-эффекторах тут же включились в работу, меняя давление под гондолой и над куполом «Мурены». Яхта еле ощутимо дёрнулась и, поднимаясь, принялась медленно выбирать слабину якорей. Щелчок… и в глубине верхней техпалубы раздалось еле слышное жужжание лебёдок, возвращающих сложенные якоря в клюзы, а сама «Мурена» начала медленно поворачиваться вокруг своей оси, но я лишь чуть притормозил этот процесс, «сыграв» штурвалом. Зафиксировав яхту в нужном положении, я убедился, что мерно щёлкающий высотомер набрал приемлемое значение, и подал вперёд рукоять управления ходом. Указатель надраенного до блеска судового телеграфа со звоном перешёл в положение «малый ход», и по помещениям «Мурены» прокатился короткий подтверждающий сигнал. Именно в этот момент в рубку шагнул заказчик.
— Алёна, к приборам, — я кивком указал невесте на место навигатора, и та с довольной улыбкой просквозила мимо Алистера. Да, кто бы знал, что девушке так понравится эта работа?! Уж точно не я, хотя и должен был понимать, что в семье потомственных небесников сухопутники не рождаются. — Приветствую на мостике, господин Алистер. Можете занять место телеграфиста. Оттуда вам будет отлично видно всё, что происходит на мостике и за бортом. Но сначала… Алёна, подай нашему гостю запасной спаснабор.
— Зачем? — не понял рыжий. — Мы же не собираемся забираться в облака?!
— Нет, конечно, — согласился я и пожал плечами. — Но небо, как и море, непредсказуемо. В нём лучше быть готовым к любым неожиданностям. Пожалуйста, господин Алистер, возьмите баллон и маску. В конце концов, я же не заставляю вас ими воспользоваться… прямо сейчас.
— Будьте любезны, господин Алистер, — с лёгким книксеном, Алёна протянула гостю спаснабор и тот, чуть помявшись, перекинул ремень сумки через плечо, заслужив тем самым одобрительную улыбку моей невесты.
— Итак, какая программа нас ждёт, шкипер? — спросил айриш, смирившись с необходимостью таскать на себе лишние килограммы груза.
— Для начала, полагаю, отработаем стандартную «коробочку», а потом… потом будет слалом, — усмехнулся я в ответ, отметив, как появившаяся было на лице собеседника, недовольная гримаса сменяется недоумением.
— Простите… слалом? — переспросил он.
— Увидите, господин Алистер. И надеюсь, увиденное вам понравится, — кивнул я в ответ и повернулся к Алёне. — Данные?
— Э-э… — с интересом наблюдавшая за нашей беседой, невеста на миг смешалась, но тут же взяла себя в руки и, подскочив к навигационному посту, затараторила: — высота десять кабельтовых, вышли в открытый горизонт. Абсолютная скорость — восемь узлов, ветер попутный, зюйд-зюйд-вест, два узла. Время до входа в тренировочную зону — шесть минут.
По-моему, Алёна просто кайфует от всех этих перечислений. Иначе с чего бы ей ещё пылать таким энтузиазмом?!
— Сообщи команде, готовность — два. Занять посты по боевому расписанию. Господин Алистер, вас не затруднит поучаствовать в небольшой игре?
Пока моя подруга бубнила указания в переговорник, я повернулся к заказчику.
— Чем могу помочь? — отвлёкся тот от разглядывания проплывающих под нами видов Меллинга.
— Полагаю, не ошибусь, предположив, что вы знакомы с флотской системой целеуказания? — я прищурился, заметив, как дёрнулся сидящий в кресле телеграфиста рыжий айриш.
— Шкипер, я…
— Не стесняйтесь, господин Алистер, — поняв, что попал в точку, я улыбнулся. — Для наблюдательного человека, это не секрет. Походка, то, как вы держитесь в переходах дирижабля, как поднимались и спускались по трапу, ну и… в конце концов, то, с каким интересом вы осматривались в рубке. Это не было любопытство незнакомого с обстановкой человека. Больше похоже на то, как офицер рассматривает новое место службы. А в курс подготовки любого флотского офицера, в обязательном порядке входит обучение навыку управления огнём. Итак?
— Хм, ладно, — нехотя кивнул рыжий. — Что от меня требуется?
— Посмотрите и оцените, как выдаёт целеуказания мой помощник, — я кивком указал на навострившую ушки Алёну, — а после можете занять её место, если пожелаете. Заодно, оцените работу канониров.
— Ваша яхта несёт вооружение?! — неподдельно удивился Алистер.
— Да, у нас имеется пара скорострельных орудий Брюно, — подтвердил я, не уточняя, что в отличие от общеизвестных малокалиберных, по сути, вспомогательных орудий этой фирмы, получивших широкое распространение во флотах многих стран, на «Мурене» установлены их более солидные, но куда реже встречающиеся собратья четырёхдюймового калибра. Не менее скорострельные, но куда более мощные. И кто бы знал, каких трудов и денег мне стоила их добыча и установка, у-у! Даже вспоминать не хочется. — Они расположены на верхней палубе, фактически, под самым обрезом купола. Одно погонное, и одно ретирадное. Понятное дело, для серьёзного боя этого мало, но чтобы отогнать одинокую «акулу», вполне достаточно.
Рассказывать о торпедах я так же не стал. Эта «вундервафля» хороша только тогда, когда о ней никто не знает. Ну а орудия Брюно… штука известная и весьма распространённая. Хотя, устанавливая на «Мурену» две среднекалиберных скорострелки, я уменьшил грузоподъёмность яхты на добрых четыре тонны, с учётом веса боеприпасов, зато они уже не единожды спасали нашему экипажу жизни. Да, мало кто ожидает, что мелкая яхта может быть вооружена вполне серьёзным калибром, на чём и обожглась пара пиратских лоханок, беспечно подошедших к «Мурене» на расстояние выстрела прямой наводкой. Тогда яхта полностью оправдала своё название… и мир их праху.