Антон Демченко – Небесный шкипер (страница 39)
— Дикон в ярости… и мечтает заполучить вас в свои конфиденты, — доверительно сообщил Алистер, не скрывая усмешки.
— Вот уж нет уж! — воскликнул я. — Терпеть не могу игры плаща и кинжала!
— Как-как? — заинтересовался эрл Морей. — «Плаща и кинжала», да? Образно и весьма точно. Что ж, в таком случае, я рад вам сообщить, что никаких поползновений к… вербовке со стороны Дикона и его людей, вы можете не опасаться. Моё слово немало значит в нашей организации, так что…
— Благодарю за понимание, эрл.
— Пустое. Я изначально предполагал нечто подобное, шкипер, — отмахнулся он и хитро ухмыльнулся. — К тому же, в этом действе у меня есть свой интерес.
— Вот как?
— Именно. Рихард, я не стану ходить вокруг да около. Честные люди — большая редкость в наше время. Равно, как и профессионалы вашей квалификации. Найти же и то, и другое в одном человеке — и вовсе великая удача. Я хочу предложить вам постоянное сотрудничество. Не с Лигой! — не дав перебить себя, повысил голос Алистер, едва заметив мой порыв отказаться от столь щедрого предложения. — Лично со мной, вольным эрлом Альбы.
— Брюсы или Стюарты? — протянул я.
— Больше Брюсов, меньше Стюартов… и никаких Дугласов[2], - усмехнулся мой собеседник, умудрившись в одной короткой фразе изложить официальную позицию эрлов Морея в вопросе политических предпочтений и взглядов на то, чья именитая задница должна занимать престол Шотландии… как минимум.
— Эрл, вы же понимаете, что меня мало интересуют дрязги Ирландии, Шотландии и Французской короны, — вздохнул я. — Да и политика, как таковая, мне не по нраву. Но если вас устроит обычный постоянный договор с домом эрлов Морея…
— Вполне, — невозмутимо кивнул потомок шотландских и ирландских королей и неожиданно весело договорил: — В конце концов, что может быть логичнее, чем честный контракт между вольным эрлом и вольным небесником, а?
— Согласен, — отозвался я.
— Одно «но», Рихард, — моментально посерьёзнев, проговорил Алистер. — По действующим установлениям, королевство закрыто для приписки иностранных судов. А вы, как я понимаю, не горите желанием менять подданство Шетландских островов, так?
— Верно, — кивнул я в ответ, понимая, что давняя идея с нахождением тихой гавани для «Мурены», вот-вот накроется медным тазом. Нет, Шетланды — замечательное место для тех, у кого нелады с законом. Но и отношение к судам, имеющим такую приписку, заметно хуже, чем к обычным вольникам того же Меллинга, например. А это прямо влияет на страховые суммы и рейтинг.
— Что ж, это не проблема, на самом деле, — явно прочитав по моему лицу все сомнения, усмехнулся Алистер и картинно щёлкнул пальцами. Миг, и старательно притворявшийся мебелью, стоявший у двери слуга тут же оказался рядом. Щёлкнули замки небольшого чемоданчика, что он держал в руках, и на стол передо мной лёг объёмистый свёрток. — Ну же, Рихард, разверните его. Честное слово, вам понравится.
Обёрточная бумага захрустела в руках, а когда я справился с тугой бечёвкой, засургученной печатью эрла Морей, и развернул наконец неподатливый свёрток, то… завис. Одеяло?! Не понял.
— Мне нужен честный, профессиональный небесник, Рихард, — проговорил Алистер, наблюдая за тем, как я разворачиваю тяжеленное красно-чёрно-зелёное полотно. — И если для того, чтобы заполучить такого специалиста, нужно признать его частью моего дома, я сделаю это, не колеблясь.
— Э-э, я что-то упустил… — признался я, разглядывая линии рисунка на пледе.
— О! Прошу прощения, — хлопнул себя по лбу Алистер. — Вы, Рихард, показали себя неплохим знатоком наших реалий, и я просто не подумал, что в ваших знаниях могут быть некоторые пробелы. Позвольте, я поясню. Мы — я имею в виду шотландцев, ирландцев и даже некоторых валлийцев, весьма уважаем свои традиции, и часть одной из них перед вами. Это плед с тартаном клана Брюсов, к которому принадлежу я сам. Как эрл Морея и, соответственно, один из старейшин, я могу даровать право ношения клановых цветов любому человеку, заслужившему моё доверие, тем самым, объявив его и его семью друзьями клана.
— Я благодарен клану Брюс за такой знак внимания, — пробормотал я, судорожно вспоминая всё, что когда-либо и где-либо слышал об этих самых тартанах и кланах. Вышло скудно…
— Это не просто символ дружбы, Рихард, — явно поняв мои затруднения, пояснил Алистер. — Как я уже сказал, мы весьма уважаем свои традиции. Настолько, что некоторые из них имеют весьма серьёзный приоритет перед иными установлениями короля и Совета. В том числе и теми, что вводят прямые запреты для определённых лиц и групп. Будь то иностранцы, иноверцы или кто-то ещё. Применительно к нынешней ситуации, это значит, что запрет иностранцам владеть судами, приписанными к портам Альбы, не распространяется на друзей кланов, входящих в Королевский Совет.
— Царский подарок, эрл! — я постарался широтой улыбки выразить всё своё отношение к этому презенту.
— Всего лишь, королевский, Рихард, — с насмешливой улыбкой покачал головой тот. Ну да, ныне на престоле Альбы сидит избранный король Роберт Брюс, девятый этого имени, а значит, подарок Алистера действительно можно назвать королевским. Ох, мягко стелет эрл Морей. Каково спать-то будет? Я покосился на довольного собеседника, и тот поднялся с кресла. — Давай, помогу правильно его нацепить. Ахвейн! Где берет?
Слуга тут же извлёк из своего чемодана очередной свёрток, за ним ещё один и, продемонстрировав его Алистеру, скорчил вопросительную гримасу.
— Да-да, совсем забыл, — кивнул тот и повернулся ко мне. — Во втором свёртке ещё один плед. На всякий случай. Вдруг вы решите явиться на представление клану в сопровождении родственницы… допустим, жены или невесты.
— А это обязательно? — нахмурился я.
— Конечно. Должен же клан увидеть своего друга, — пожал плечами Алистер и протянул руку, в которую слуга тут же вложил солидный конверт. — Вот, кстати, приглашение на приём в замке Баллиндаллох, на две персоны. Неплохой повод представиться клану, как мне кажется. Кроме того, в конверте вы найдёте небольшую памятку, из которой можете узнать о том, что именно даёт вам новый статус… ну и кое-что о ваших обязанностях в отношении клана. О, не хмурьтесь, Рихард, эти обязанности совершенно необременительны, уверяю вас. Я бы даже назвал их ритуальными. Традиция. Прочтёте, убедитесь сами. А сейчас, внимание! Учимся правильно носить плед…
Алистер ухмыльнулся, и на пару со слугой принялся упаковывать меня в трёхметровый отрез шерстяной ткани.
Глава 2. Везение как качество
Встреча с Алистером состоялась через неделю после разгрузки «Мурены» и избавления от пленников. Последних, благодаря помощи Гвиннеда ап Оуна, удалось пристроить без особых хлопот, и даже с некоторым прибытком. Местные власти с готовностью пошли навстречу моему грузополучателю, и уже на следующий день после нашего общения с Гвиннедом, к месту стоянки «Мурены» примчалась весьма представительная делегация, состоявшая из мэра Сорвагура, городского полицмейстера с двумя дюжими помощниками, вооружёнными внушительными, сияющими полировкой дубинками и аж трёх корреспондентов, невесть каким ветром занесёнными в Сорвагур из «столичного» Торсхавна. От фотографирования с «пойманными пиратами и негодяями» мне удалось отвертеться, заодно и яхту уберёг от появления её изображений в печати, к чему, кстати, журналисты отнеслись с пониманием… хотя и несколько не таким, как я ожидал. По крайней мере, судя по их подмигиваниям и переглядываниям, выводы из моей просьбы они сделали какие-то свои. Да и чёрт с ним, главное, что фотографий не будет. А вот от короткого интервью и приглашения на субботний вечер в городскую ратушу отвертеться не удалось.
Вечер, по поводу которого Алёна так волновалась, оказался, по её же собственному утверждению, обычными «деревенскими посиделками», во время которых мэр Сорвагура представил нас всему местному бомонду разом. И, надо сказать, процесс этот не затянулся, поскольку весь «высший свет» городка состоял, дай бог, из десятка человек, и включал в себя таких выдающихся людей, как местный пастор… одышливый такой колобок с очень добрым взглядом фанатика, директор школы, худой словно щепка, но голосистый как иерихонская труба, явившийся на сборище в ратушу в сопровождении супруги — высокой и статной, словно валькирия. Присутствовал на этом вечере и здешний доктор, эдакий старичок-боровичок с хитрым прищуром и тонкими беспокойными пальцами. Компанию ему составила владелица единственной городской аптеки. Дама благообразная и обстоятельная, с повадками всеобщей тётушки, она как-то быстро оттеснила с первых ролей супругу мэра и, взяв командование парадом на себя, уверенно повела вечер и сопровождавшее его застолье.