Антон Демченко – Книга III. Беглец от особых поручений (страница 21)

Я выиграл… но не сказал бы, что это так уж меня обрадовало. Скорее, заставило насторожиться. Ну да, я опасаюсь таких хитровымудренных людей… были прецеденты, сталкивался, и никогда общение с ними не приносило мне ничего хорошего… Одну Мотю‑Лизу вспомнить хотя бы… или того же Рейн‑Виленского…

В общем, у меня были все основания, чтобы вести себя с генералом Свенединым, как с миной незнакомого типа. Осторожно, внимательно и… еще тридцать три раза предельно осторожно.

Хорошо еще, что беседа с уральским воеводой не продлилась и десяти минут. Он лишь для порядка осведомился о том, как мы добрались, и, получив уверения, что, мол, лучше и быть не могло, тут же перешел к делу. Коротко обрисовав ситуацию с подобранным зданием, Ратмир Браниборич вручил мне папку с очередной порцией документов и пообещал прислать своего адъютанта, занимавшегося этим вопросом. После чего с нами попрощались и вежливо выставили из кабинета. Ну и замечательно. Я бы и не стал набиваться на чай к этому хитрому гному. А габариты воеводы, действительно, очень подошли бы какому‑нибудь низкорослому бородатому молотобойцу‑секиромахателю.

И лишь когда мы выбрались на улицу, я вспомнил про свой немой вопрос о Баторине.

- Это легче легкого, дорогой друг, - улыбнулся в усы Толстоватый. - Вы ведь хоть и в штатском, но при параде… Вот он и прочел ваши награды.

- И заработал разрыв шаблона. - Понимающе вздохнул я.

Помимо вполне гражданских наград, сопровождавших мою службу, у меня имелись и боевые, точнее, в данный момент мой костюм украшала лишь одна из них - обязательный к ношению в присутственных местах при любой форме шейный знак Алого креста с мечами, полученного мною уже во времена директорства, за… впрочем, это не имеет отношения к делу.

- Да, Виталий Родионович… что предпочтете в качестве оплаты моего проигрыша? - прервал мои размышления полковник под перестук копыт шустрой тройки, весело несущей наши сани по центральной улице Каменграда.

- Понятия не имею. - Пожал я плечами. - Посмотрим.

- Виталий Родионович, - протянул полковник, на что я лишь вздохнул.

- Простите, друг мой, но я пока и впрямь не знаю, что стребовать с вас за проигрыш.

- Эх, ладно. Но вы уж с этим не затягивайте. Терпеть не могу ходить в должниках, - попросил Толстоватый, и мне не оставалось ничего иного, кроме как согласно кивнуть, мол, постараюсь.

Вот ведь добавилось головной боли… И кто бы мне ответил, что с него можно стребовать, а?!

А через несколько минут наши сани замерли у входа в гостиницу, как оказалось, носившую весьма оригинальное название: «Модерн».

Адъютант генерала Свенедина, молодой поручик, у которого прямо‑таки на лице было написано все его генеалогическое древо, нашел меня в гостинице спустя всего три часа после нашего визита к воеводе.

- Ваше сиятельство, разрешите войти? - Перешагнув порог моего номера, поручик отвесил короткий и резкий «кавалергардский» поклон.

- Полагаю, вы и есть поручик Роннен? - осведомился я.

- Так точно. Откомандирован его высокопревосходительством в ваше распоряжение до открытия училища, - на едином дыхании оттарабанил молодой офицер.

- Что ж. Это замечательно. - Я повел рукой в сторону заваленного бумагами стола и улыбнулся. - В таком случае снимайте вашу шинель и… за работу, поручик. Дел у нас куда больше, чем времени.

Глава 2. Один в поле не воин. Но если есть засадный полк…

Работы, действительно, оказалось очень много. Инспекционная поездка в пригород Каменграда показала, что выделенные для будущего училища здания хоть и приведены в божеский вид, но все еще весьма и весьма далеки от того, что нужно. Но… основа была, и это уже хорошо. А достраивать необходимое можно и в процессе подготовки программы и набора преподавателей. До осени управимся. Должны управиться.

Кстати, с возведением полигона и тренировочного городка очень помог Мстиславской. С ним мы встретились на следующий день после визита к воеводе, и я, только вернувшись из будущего училища, пожаловался ротмистру на предстоящий объем работ, для которого нужно найти не только поденщиков, но и кого‑то, кто за ними присмотрит. Использовать в качестве надсмотрщика Толстоватого мне претило. Это все равно, что стрелять из пушки по воробьям, а отправить на стройку прикомандированного поручика я не мог. Знающий все и вся в Каменграде и окрестностях, в городе он принесет мне куда больше пользы… Очень нужный кадр. Спасибо гному‑воеводе. Дядька, конечно, чересчур кручёный, но вот с адъютантом угодил…

Выслушав мой прочувствованный монолог, княжич усмехнулся.

- И нужно вам затевать всю эту канитель с поденщиками? - спросил он, отставив в сторону чашку кофия и лениво поглядывая в окно ресторана при нашей гостинице, куда он пришел меня навестить.

- А как еще‑то, Ларс Нискинич? С этими артелями уже сейчас надо договариваться, чтоб по весне работать начали. Иначе разбегутся по всему воеводству, с кем работать прикажете? - вздохнул я.

- Понимаю‑понимаю, - покивал ротмистр. - Но знаете, послезавтра прибывают мои орлы. И до конца апреля, я думаю, они вполне обживутся на новых квартирах…

- Хо… А это мысль. В конце концов, для них же в том числе и стараемся, а, Ларс Нискинич? - Я улыбнулся. - Да и денежки им лишними не будут. Все ж жалованье нижних чинов не чета офицерскому.

- Вот и я так подумал. Все лучше, если они при деле будут. А то солдатики мои ребята лихие, от безделья и дурного натворить могут… Не все, конечно, но есть, есть экземпляры.

- Ларс Нискинич, мы договорились. - Мстиславской, в ответ на мой радостный тон, улыбнулся, и мы хлопнули по рукам. Использование служебного положения? Как посмотреть… Убытков нет, работа выполнена, солдаты довольны. Кому от такого оборота хуже? Тем более что в процессе развертывания отряда в полноценный полк офицеров будет лихорадить так, что на толковые «занятия по распорядку» с нижними чинами времени у них точно не останется, а бездельничающий солдат это и впрямь та еще бомба. Никогда не угадаешь, что он выкинет со скуки и безделья…

Избавившись от этой головной боли, я смог немного передохнуть перед предстоящим визитом на званый обед у посадника, заодно и до края загнанного за эти два дня поручика отдыхать отправил. У него, бедняги, вчера даже времени на сон не нашлось. Всю ночь корпел над шпаргалками на тему «кто есть кто в Каменграде», а потом целый день мотался вместе со мной по городу, на ходу отвечая на вопросы по составленному им «справочнику». Вспоминал, уточнял, дополнял… Как еще с глузду не съехал? Ну ничего, следующие два дня у него выходной. Отоспится. А я тем временем займусь верфями.

Хорошо, что званые обеды не начинаются раньше шести‑семи вечера. И праздничный пир у посадника не был исключением. Это дало мне возможность с утра, захватив с собой ворчащего полковника, наведаться на верфи.

Здесь нас уже ждали. Управляющий, на пару с главным инженером, представляли собой колоритнейшую пару в лучших традициях комического. Толстый и тонкий, Тарапунька и Штепсель… называйте, как хотите, не ошибетесь. Кругленький, шустрый управляющий Наум Осипович Ротман, которому, кажется, жарко было даже на тридцатиградусном морозе, и длинный, словно версту проглотил, сухопарый, с шикарными вислыми усами, главный инженер Тит Киевич Брагин. Оба одеты в одинаковые черные костюмы, разве что у управляющего под пиджаком атласная жилетка темно‑бордового цвета, а у инженера темно‑зеленая, с мелким серебристым цветочным узором.

Поздоровавшись, управляющий тут же потащил нас на экскурсию, во время которой не уставал плакаться на трудности и дурных поставщиков, с их негодными материалами, и все это под угрюмое молчание инженера. Наконец, осмотр был завершен, и мы оказались в управлении, небольшом, изрядно облупившемся здании, кажется, на века провонявшем чернилами, бумажной пылью… и модельным клеем.

Здесь за нас уже взялся Тит Киевич. Долго и нудно, постоянно шмыгая своим огромным носом, он описывал, какие именно дирижабли производят каменградские верфи. И судя по перечисленным названиям, здесь не собрали ни одного корабля серии более поздней, чем четвертая и пятая. Тогда как на вооружение Флота уже принимаются воздушные гиганты седьмой серии, куда более совершенные…

- И какие же модификации вы вкладывали в эти корабли? - поинтересовался я. На мой взгляд, это было единственным, что могло оправдать выпуск дирижаблей морально устаревших серий.

- Модификации? - Недоуменно приподнял густые брови Брагин. - Мы собираем дирижабли идеально! В них незачем вносить модификации…

Я еле удержал невозмутимое выражение лица. До сих пор подавляющее большинство инженеров, с которыми я встречался, были настоящими энтузиастами своего дела… и такой… чиновничий подход, да еще от главного разработчика верфей, меня попросту обескуражил. Равно как и присутствующего здесь же Толстоватого. Глянув на побагровевшую от возмущения физиономию полковника, я ментальным щупом толкнул его в бок, и через секунду лицо Толстоватого вернулось к более или менее своеобычной гамме.

- Подождите, вы хотите сказать, что производите здесь морально устаревшие дирижабли ранних серий без каких‑либо модификаций? Зачем?!

- Это хорошие, надежные машины с минимумом ментальных конструктов. И они пользуются определенным спросом, - явно почувствовав нашу реакцию, повысил тон Брагин.