Антон Демченко – Боярич: Боярич. Учитель. Гранд (страница 30)

– Понял. – Я сделал вид, что немного удивлен словам наследника, и, изобразив мучительные раздумья, заговорил: – Наверное, вы правы, дядя Федор. Но, елки-палки, это же действительно сущая ерунда, а не проблема. Я уже даже знаю, как ее решить. Собственно, из-за этого решения и звоню.

– О? – Дядька заметно повеселел. – Ну, тогда не отвертишься. Ладно-ладно, не сверкай глазами. Допрашивать я тебя не собираюсь. Просто расскажи в общих чертах, что придумал. Ты, конечно, парень умный, но кому и когда мешал взгляд со стороны? Может, я чего и присоветую, а?

– Эх, – я покачал головой. – Деду бы надо у вас учиться искусству переговоров. Никаких угроз, а все равно все по-своему повернули. Ладно, слушайте.

По мере того как я рассказывал Федору Георгиевичу о бродящих по школе слухах, довольная улыбка на его лице все больше увядала. А к концу моей короткой речи от наследника рода можно было, по-моему, сигареты прикуривать. По крайней мере, листок, лежавший на столе перед ним, обуглился почти что полностью. Да и причина, по которой аквариум у стены стоит пустым, в смысле без каких-либо намеков на обитателей, становится ясной. Судя по тому, как взбурлила в нем вода, любая рыба после очередной вспышки гнева хозяина кабинета рискует стать ухой… Я сделал вид, что ничего не заметил.

– Вот я и подумал: если устроить нашему классу экскурсию по музею военной техники, слухи тут же захлебнутся. Ведь все знают, кому он принадлежит…

– Кхм… интересная затея, – помолчав и немного успокоившись, натянуто улыбнулся Федор Георгиевич. – Думаю, мы решим этот вопрос. В понедельник я свяжусь с гимназией, обговорим условия и время визита. Хорошая идея, Кирилл. Молодец! Только… прими добрый совет. Утром понедельника поговори на эту тему с кем-нибудь из учителей, а лучше из администрации. На предмет – не станут ли они возражать против такой экскурсии…

– А что, могут? – Я еле удержался от того, чтобы не хлопнуть ресницами. Это точно был бы перебор.

– Могут – не могут… не в том дело. – Мой собеседник окончательно успокоился и откинулся на спинку кресла. – Это усилит эффект твоей затеи. Одно дело, если я сам позвоню с предложением экскурсии. К подобному вниманию со стороны боярских родов, чьи отпрыски учатся в гимназии, там уже привыкли и, скорее, сочли бы странным отсутствие подобной помощи, нежели ее предложение. И совсем другое дело, если заранее станет известно, что поездка в музей – это твоя идея, полностью поддержанная нашим родом. Понимаешь?

– Понимаю… и согласен, – я кивнул.

– Вот о таких моментах я тебе и говорил. Вроде бы мелочи, но из них складывается мнение о человеке. Общественное мнение, Кирилл, изменить которое впоследствии будет ой, как трудно. Поэтому я и прошу тебя: не стесняйся обращаться за советом. Я всегда тебе помогу, – наставительным тоном проговорил наследник и выжидающе посмотрел на меня.

Само собой, всенепременно, дражайший дядюшка.

– Обещаю, дядя Федор. Буду советоваться, – серьезно глядя на собеседника, я вновь кивнул.

– Ну и замечательно. – Дядька улыбнулся, но улыбка почти моментально исчезла. – Хм… слушай, Кирилл, а как сестры отнеслись к этим слухам, не знаешь?

– Знаю, – я хмыкнул. – Милка меня чуть ли не у КПП встретила, так и тащила через полшколы до самого класса, под ручку, словно кавалера по лавкам. Мог бы – сбежал, честное слово. Я еще недоумевал, с чего вдруг такая забота… но когда сам те шепотки услыхал, тут же догадался.

– Ну да, не могла же она оставить такие разговоры без внимания, – задумчиво проговорил Федор Георгиевич и тут же встрепенулся. – А Лина что?

– Ничего, – пожал я плечами. – Я ее после тренировки и не видел.

– Поня-атно, – протянул мой родственник. И прозвучало это довольно угрожающе. Кажется, у кого-то сегодня будут неприятности. Ставим плюсик. Тут Федор Георгиевич вынырнул из своих явно не радужных мыслей и, чуть рассеянно глянув на меня, вздохнул. – Ладно, Кирилл. У тебя есть еще какие-то вопросы или просьбы?

– Нет-нет, – я помотал головой.

– Ну и хорошо. Тогда давай прощаться? А то у меня тут еще дел… – наследник кивнул на солидную пачку бумаг на краю стола.

– О, да. Всего хорошего, дядя Федор. Извините за беспокойство, – кивнул я.

– Ерунда, Кирилл. Я всегда рад тебя видеть. Звони, если что. Удачи. – Экран, потемнев, свернулся, и я, отхлебнув из кружки ароматный кофе, с наслаждением затянулся сигаретой. Выдохнув облачко дыма, поудобнее устроился на лавке и, долив в чашку кофе, насвистывая веселую песенку, принялся набирать номер Леонида. Надо же порадовать заместителя? И кста-ати, я совсем забыл! Мне же нужен сви… в смысле, секундант на завтрашнем «тройном свидании». В конце концов, я же не д’Артаньян без денег и знакомств. Хм… Интересно, как отнесется Бестужев к перспективе встречи с тремя старшеклассниками, а?

– Ты с ума сошел! – От вопля Леонида, кажется, экран выгнулся. – Конечно, я с тобой! А… с кем драться-то будешь?

– Без понятия, – честно признался я. – Я их именами не интересовался. Как-то не до того было.

– Хм… Ладно, что-нибудь придумаю. У тебя же фиксатор был включен? – нахмурился Леонид.

– В гимназии – постоянно, – кивнул я.

– Уже лучше, – Бестужев воспрянул духом. – Скинешь мне запись? Попробую узнать о них, что возможно.

– Буду благодарен, Леня, – ответил я.

– А то… – Бестужев хмыкнул и договорил: – Но на многое можешь не рассчитывать. Времени немного. Да и не факт еще, что вообще что-то найдется… Все-таки не в архивах Герольдии искать буду.

– Понимаю.

– Вот и замечательно, – Леонид потер руки и вдруг хитро прищурился. – Да, Кирилл. Самое главное-то я спросить забыл. Стволы брать?

Он охренел?

Глава 5. Во имя пафоса

«Нас утро встречает прохладой…» Ага, особенно когда выпрыгиваешь из пруда и тебя тут же прохватывает холодный сентябрьский ветерок. Моментально покрывшись пупырышками, я передернул плечами, с которых тут же во все стороны полетели брызги, и… хлопнув себя ладонью по лбу, одним коротким стихийным импульсом «стряхнул» с тела влагу, после чего запустил вокруг себя теплый поток воздуха. Вот, совсем другое дело!

Довольно хмыкнув, я обозрел свои владения и, пребывая в приподнятом настроении, пошлепал на веранду, где меня, такого предусмотрительного, поджидал сварливо бурлящий, но радостно сияющий надраенными боками самовар, водруженный на него сверху носатый заварочный чайник и накрытая крышкой тарелка с тостами на столе. Чай с лимоном, тосты с сыром и ветчиной… и сваренные «в мешочек» яйца. Еще один идеальный завтрак.

Удобно устроившись на широкой лавке, урча от удовольствия, я с энтузиазмом накинулся на еду, а спустя четверть часа, с недоумением окинув взглядом разоренный стол, вынужден был констатировать, что просчитался. Можно было бы приготовить на парочку тостов больше…

Прикинув, стоит ли добавка того, чтобы вставать с такой удобной лавки и идти в дом возиться со сковородкой, чтобы через пять минут возвращаться обратно с двумя кусочками поджаренного хлеба, плюнул на все и решил следовать мудрости буддийских монахов. Они были уверены, что человек должен вставать из-за стола, будучи чуть голодным, и кто я такой, чтобы с ними спорить?

Ну да, лень. И что? Имею я право расслабиться в выходной день? Особенно учитывая все происшедшее в последнее время? Ведь ни дня покоя! И кто сказал, что каникулы – это время для отдыха? Его бы на мое место, фантазера эдакого. Тьфу.

К небольшой пристани на берегу Егерского пруда я подошел загодя, как мы и договорились с Леонидом. И вовремя.

Стоило деревянному настилу под моими ногами легонько скрипнуть, как на спуске к чаше пруда показался сияющий Бестужев. Глядя, как одноклассник легко сбегает вниз, я невольно и уже не в первый раз задумался о том, не сделал ли ошибки, пригласив Леонида на предстоящую встречу… Не то чтобы я так уж опасался за его безопасность, но, в конце концов, что я знаю о своих противниках? Ну, кроме той довольно скудной, надо признать, информации, что предоставил все тот же Бестужев, получивший запись стычек, сделанную фиксатором моего нового браслета.

С другой стороны, наблюдатель мне действительно нужен. Ведь одно дело запись фиксатора, пусть ее и нельзя подделать, и совершенно другое – свидетельство наследника рода… не верить которому – значит, сомневаться в честности всей фамилии.

Поприветствовав Леонида, довольного, словно обожравшийся сметаны кот, я еще раз пробежался взглядом по составленному им короткому списку моих противников, с небольшими примечаниями. Заметив, что я вожусь с браслетом, Бестужев молча уселся рядом и, кажется, ушел в свои мысли. Надо же, он еще и молчать умеет, оказывается. Это что-то…

Итак, номер первый… начнем с толстяка, пожалуй. Это тот «портос», что налетел на меня уже у мотоцикла. Алексей Стародубов, шестнадцать лет, старший новик, отпрыск боярского сына рода Юсуповых. А Юсуповы – судя по примечанию, это медицина и фармакология. Старшеклассник, член гимназического клуба рукопашников, входит в «свиту» Ильина Ильи Ильича, номера второго в моем списке. Оригинальное ФИО, надо сказать… Так. Ильин… боярич. Единственный сын главы рода Ильиных, здесь все классично. Сельское хозяйство, торговля сельхозпродукцией, мясные производства… А что же сам Илья-«атос»? Тот же возраст, та же ступень. Старшеклассник, заместитель председателя клуба рукопашников нашей гимназии. И третий, как легко понять, «арамис», в миру Григорий Винокуров. Тоже свитский Ильина, второй сын наследника рода… Ну, тут все понятно, обширные владения в Крыму, виноградники и винное производство. Новик? А вот и нет. Вой, ступень получил два месяца назад и почти сразу показал очень неплохие результаты в оперировании стихией Воды. Наследственная склонность? Неясно… нет информации по родовым способностям… И тут два варианта: либо род слишком молод, чтобы иметь развитый наследственный Дар, либо последний выражается не в стихийной направленности, а в определенных «техниках». И это уже хуже. Бывали случаи, когда вои очень неприятно удивляли своих куда более опытных и сильных противников такими вот козырями из рукава… Надо будет присмотреться к господину Винокурову… Аккуратность и осторожность прежде всего. Иначе есть вероятность, что меня унесут отсюда в спичечном коробке… Не лучшая перспектива. Учту.