Антон Чиж – Не бойся желаний (страница 2)

Кто-то предложил объявить бойкот и уйти вместе, всех не отчислят. На поступок задора не хватило. Новая семерка обреченных отправилась на растерзание.

Варвара приказала сложить смартфоны на дальний стол, предупредила, что не даст списывать, и позволила тянуть билеты. Студенты уселись готовиться, что было напрасной тратой времени, и это они знали так же точно, как и Варвара.

Она выждала положенные пятнадцать минут и предложила отвечать первому, кто готов. У стола экзаменатора уселась брюнетка, вызывающе закинув одну ножку на другую, чтобы были видны брендовые туфли. Студентка Трофимова была неприлично богата. От нее исходили лучи изобилия. О нем кричала супермодная одежда, сумочка безумной цены, бриллианты на пальчиках и красная спортивная машина, припаркованная в нарушение правил. Репертуар дочери родителей с неограниченными возможностями.

– Слушаю вас, – сказала Варвара, принимая вызов накрашенных глазок.

– Я не готова, – ответил Трофимова улыбкой.

– Вам нужно еще время?

– Нет, я совсем не готова к зачету.

– Почему?

– Некогда было, – сказала студентка, поигрывая на пальчике ключами спортивной машины. – Мастера курса требуют от нас все свободное время.

Девушка хотела стать героиней: принести в жертву зачет, чтобы опозорить препода. Жаль, что для подвига она выбрала Варвару. Неразумный поступок.

– Вы были на лекциях? – спросила Варвара.

– Кажется, да, – беззаботно ответила Трофимова.

– Что-нибудь запомнили?

Студентка взмахнула ручками:

– Ничего! У вас такие скучные лекции, что я дремала.

– На вашем курсе читал профессор Тульев.

– Какая разница. Бесполезная скука.

– Будущую актрису не интересует содержание «Двенадцатой ночи» Шекспира?

– Совсем не интересует.

– Почему?

– Лишние знания мешают актрисе раскрывать талант.

– Нельзя раскрыть то, чего нет, – сказала Варвара, наблюдая, как мысль пролезает под копну черных волос студентки. – Нехватку таланта возмещают знания. Чтобы в театре играть роли служанок без текста, а в кино сниматься в массовке. На большее рассчитывать нельзя.

Улыбка стекала с лица Трофимовой.

– Что вы сказали?

– Незачет, – ответила Варвара, отодвигая зачетку. – Пересдача через пять дней.

Триумфа не вышло. Получилось наоборот. Зачетка нырнула в нутро дорогой сумочки.

– Вы кто такая?

– Советую держать себя в рамках.

Рамок Трофимова не замечала. Швырнула сумочку на пол и уперла руки в бока.

– Да ты кто такая? Да ты знаешь, кто я такая?

– Скудный словарный запас для актрисы, – сказала Варвара, наблюдая за тщетными усилиями глупости. – В театре вам будет тяжело. Больше читайте. Пересдача через пять дней. Всего доброго.

Трофимова вскочила:

– Думаешь, ты самая умная? Думаешь, я тебя боюсь? Ты на себя посмотри: нищебродка! Как ты выглядишь? Это же смешно! Одеваешься на Апршаке?[1]

– На Сенном рынке, – ответила Варвара. – Таджики продают ту же одежду, что в бутиках, в сто раз дешевле.

– Да ты… да ты вообще кто такая? Ты никто! Да если я пожелаю, вылетишь из института! Что захочу, то и будет! Я стану звездой, а про тебя никто не вспомнит!

– Деньги никому не помогли в театре стать звездой. Необходимо много трудиться, много знать, много уметь. Нужны пот, слезы, кровь, чтобы чего-то добиться на сцене.

Модная сумочка взметнулась с пола, будто собиралась прилететь в голову Варваре. Но повисла на руке хозяйки.

– Знаешь, подруга, – вдруг любезно сказала Трофимова. – Скажу тебе не как преподу, а как одна девушка другой, мы же ровесницы, правда? Запомни: я всегда получаю то, что хочу. Тебе этого не понять. Глупая дура!

Трофимова выскочила из аудитории, но финал смазала: не смогла хлопнуть старинной дверью. Таланта не хватило, или маникюр помешал. «Глупая дура – абсурд. Дура не может быть умной», – подумала Варвара.

– Кто готов следующий?

Перед ней сел такой красавец, что она невольно поправила волосы. Студент Масарский был красив непошлой красотой. Как старое вино.

– Прошу простить выходку моей сокурсницы, – сказал он приятным баритоном, от которого защекотало сердце и вообще стало приятно. – Марина переволновалась. Простите ее.

– В качестве извинения приму ваш ответ по билету.

Масарский печально вздохнул:

– Всем известно, какой вы строгий и требовательный преподаватель. Лично я читаю все ваши статьи. Замечательная работа про русский спиритизм XIX века как особый вид домашнего любительского театра. Очень актуальная тема для современного авангардного театра. А как от вас достается знаменитому Мукомолову! Три его последние премьеры и столько же ваших разгромов! Просто образец критики. Хотя я с вами не согласен: искусство должно ставить эксперименты. Мукомолов, как творец, имеет право на эксперимент. Вот, например, он перевернул «Укрощение строптивой» с ног на голову, мужские роли у него играют женщины, и наоборот. И вообще весь сюжет переписан. Но ведь таково движение вперед. Разве это не важно для развития театра?

Варвара выслушала терпеливо.

– Для развития театра важно, что студент Масарский не прочел «Укрощение строптивой». Сюжет знает по бредовой постановке Мукомолова.

Масарский только руками развел:

– От вас ничего не скроешь.

– Не будем терять время. – Варвара взяла ручку, чтобы поставить в экзаменационной ведомости незачет.

– Постойте! – театрально вскрикнул Масарский. – Не спешите! Куда спешить, когда пред нами вечность впереди!

– Что? – спросила Варвара.

– Давайте забудем о различиях! Давайте забудем о границах, разделяющих нас! Давайте забудем, что вы педагог, а я бедный студент. Давайте забудем, что я и старше вас лет на пять, а то и семь! Давайте забудем обо всем мелком и станем просто людьми, мужчиной и женщиной. Давайте предадимся своим желаниям.

К ней тянулась ладонь за милостыней.

Сказано было с таким чувством, что любая подруга Варвары потеряла бы дар речи. Варвара не потеряла. Она слышала, что могут отмочить студенты-актеры, чтобы получить зачет. Личный опыт был первым. Еще никогда к ней не подкатывали ради зачета.

– Не верю. Сыграно плохо, фальшивите, – сказала Ванзарова, подписывая приговор в ведомости. – Свои желания держите при себе. Целее будут.

– Почему? – искренно не понял Масарский.

– Эксперименты не удались.

– Какие эксперименты?

– Ни ваш, ни Мукомолова. Бездарность проще всего объяснить экспериментом, банальное неумение назвать авангардным театром, забытые глупости объявить прорывом. Мукомолов халтурщик, у вас есть шанс. Поэтому незачет.

Масарский забрал пустую зачетку и встал с обиженным видом.

– Вы нанесли мне незабываемую рану.

– Незаживающую, – поправила Варвара. – Нет, не верю.

– Победим ковид, одолеем и вас!

– Попробуйте.