Антон Чернов – Золотой Стряпчий (страница 15)

Так что вызвал я Млада и велел представить перед мои очи пополнение. Пополнение собралось в виде трёх особей женского и двух мужского полу. И вызвало у меня задумчивость. Дело в том, что вся пятёрка была молода. А троица из двух девчонок и одного парня — неприлично молода по меркам Земли: лет пятнадцать-шестнадцать. На Зиманде вполне нормальный для работы возраст, но всё же.

Спрашивать Млада я не стал, а спросил пятёрку, кто такие и прочее. И вышло довольно занятно. Младшие — обратившиеся в Академию, но не прошедшие «испытание» — подселение духа. Целые, живые, но не маги, и больше их в Академиях никто не ждёт. А двое постарше — прошедшие Академию, но с очень слабыми духами, с которыми им путь максимум в обычные рабочие мануфактуры.

То есть, Млад отобрал молодёжь с амбициями, желаниями «не плыть по течению», но сразу после «облома». И, в принципе, был скорее прав, чем не прав, признал я.

— А обучать их кто будет? — поинтересовался я у Пшёного.

— Сам займусь, Михайло Потапыч.

— А кстати, ты-то сам довольно неплох как слуга, скорее хорош. А сам был десятником, — задумался я.

— Так я же не сразу десятником стал, господин. И в денщиках бывать доводилось, да и дома со слугами: и по дому работать, и распоряжения отдавать.

Хм, да. Я вот как-то всех одарённых воспринимал как приютских, а так-то Млад из вполне обеспеченной мещанской семьи, как я понимаю. По крайней мере, по увечью жил, не голодал, да и на протез сам деньги нашёл.

— В общем — занимайся, обучай, — обдумав, позволил я, подпустив в пополнение духов: ну не оставлять же без присмотра и контроля.

До следующего дня просто отдыхал: валялся, жрал мёд и играл с Динькой в монетку. Первое время опасался: монетка золотая, а фейка мелкая, но вспомнил про телекинез. Обеднел на три авра но не пожалел: зрелище действительно стоящее, даже Потап одобрительно урчал, смотря кино: я подбрасывал монетку, ну а если Динька не давала ей упасть двадцать раз подряд, то монетка становилась её. И всего два падения, хотя метал с ногтя, хитро… В общем, залипательное и забавное занятие вышло, да и красивое. А выигрыш светящаяся довольством Динька оттаскивала на шкаф в моей спальне, очевидно, устроив себе там гнездо. Вот, кстати, тоже надо озаботится, чтобы при уборке на шкаф не залезали… Хотя и пофиг, если полезут: судорога от защитных духов гарантирована (хотя и не столь летальная, как прибившая некогда любителя поживится за счёт видома), а Млад заинструктирован, что шкаф, письменный стол и бюро — прикосновенны только при мне и по моему прямому указанию.

А вот наутро, попивая кофе, я с интересом засунул нос в Лисью Правду. Ну, объявление на последней странице как объявление. Так мол и так, в конторе «Медвежья Услуга» видом Михайло Потапыч предлагает заинтересованным услуги поверенного и стряпчего, может представить дело в суде, может просто подготовить, несите ваши денюжки, в общем. Ну и приписка, что услуги по изведению нави и навок тоже оказываются: не сделать так не только предосудительно в глазах окружающих, но и экономически неоправданно. И, если начистоту, я был практически уверен, что первые клиенты будут как раз по видомьей части, а именно адвокатская практика начнётся не сразу. И вполне может быть редким заработком: совершенно не исключённый вариант. Впрочем, не сказать, чтобы меня это сильно расстраивало: с деньгами проблем не предвидится, а чем заняться помимо отдыха — придумаю.

Ну и статья про суд. Написанная скорее в юмористическом ключе, не слишком большая. Но, при этом, ярко отражающая факты, причём редкие, я недаром изучал правоприменение. Принятие судебного решения судом корифейства в пользу «постороннего», а не чиновников. Это, за исключением «полевых судов» Лидари в процессе ревизии Золотой Волости — редкость. Возврат Денежной Управой средств — практически уникальная вещь. И, наконец, вещь уникальная: компенсация за «моральный ущерб» от чиновников. Пусть не прямо деньгами, но судя по всему мной читанному — действительно первый случай. И для думающих клиентов (а такие в Золотом есть, их не может не есть) это — действительно показатель. В общем, рыжая порадовала и сейчас, несомненно, отсыпалась после титанической работы. А мне предстояло направится в Благородное Собрание, что я и сделал.

Завалился, прошёл по коридорам второго этажа, помахал лапой знакомым, расположился в открытом зале-кабинете с чашечкой настойки, кофе и перекусом. И, как и ожидалось, через десяток минут ко мне потянулись знакомые и полузнакомые, с поздравлениями, в кавычках и без. Ну и с вопросами, на которые я отвечал всё более и более увеличивающийся толпе.

— И выходит, Михайло Потапыч, что труды ваши как видома, будут не Пантеона, а как от вас лично, — произнёс довольно пожилой Рейнар, — Но и как поверенный, что вашими познаниями законов корифейства, продемонстрированных на днях в суде, вам изрядно подходит.

— Так, Элар Рейнар, — кивнул я.

— Это… занятно и может быть интересно, — оскалился лис в лисьей улыбочке.

В общем, примерно такая реакция и была, хотя то, что меня можно нанять как «спеца по борьбе с нечистью и нежитью», явно интересовало общественность в большей степени. Да тот же отдых и охота на природе, например: жрецы за такое дерут… огого сколько дерут, да и за проверку пустовавшего особняка в самом Золотом — немало. Тут у Пантеонной братии «дифференцированный подход», вплоть до того что бедняку эти товарищи вообще могут бесплатно помочь и прямо сейчас. А вот с владеющими ценник очень «плавающий». От непосредственного отношения божеств — тем же Лидари жрецы помогают за ОЧЕНЬ большие деньги и с ОЧЕНЬ громким скрипом, и то не всегда — до «значимости», которую каждый жрец определяет согласно своим представлениям и срочности. Ну в смысле, «прям щаз нужно» и «когда нибудь в течение месяца или двух, когда у светлого будет время» — две большие разницы. Ну и состоятельность просителя играла чуть ли не важнейшую роль, что создавало забавный казус. Практически все владеющие «несметно богаты», это как бы просто прилично. Ну а жрецы — не мытная управа, отталкиваются от общеизвесных слухов. И надувающий щёки от собственной важности владетель, с проблемой в стиле «шо-та такое навасто», оказывается в ситуации, когда ему надо начислить жрецу или группе жрецов денег больше, чем есть у рода. Ну или рвать на себе рубаху, клясться всеми богами, что он не столь богат, как «общеизвестно». Что владетельской гордости серпом по яйцам, да и молчать жрецов не заставишь: захотят, так растреплют, хихикая притом.

У не пантеонных, местечковых попов, подход поскромнее, но, в общем, такой же. А пантеонные ощущают общность, силу, ну и под владеющих гнуться не желают.

Так что спец по навкам в Золотом был более чем востребован и без всякой дружины корифея. Что я понял в первый же день пребывания в Золотом, почему, собственно, с «рядом» кобенился и в вассалы забесплатно не стремился. И знал бы расклады — шиш корифею, а не Михайло Потапыч в его дружине! Впрочем, пророческим даром ни я, ни Потап не наделены…

«Божества эти могут» — мыслебуркнул Потап. — «Но вроде не делают: тяжело, и совсем ку-ку могут стать»

— Как по мне — они и без того все «ку-ку», — хмыкнул я.

«Да. Но может быть хуже, совсем беда будет», — рассудительно проворчал топтыгин. — «И я — спать!» — традиционно попрощался он.

В общем, на «поверенного-стряпчего» народ подивился, но больше заинтересовался (те, кто себя в принципе позиционировал как клиенты) именно «видомскими услугами», что ожидаемо. Но — посмотрим, да и не владеющими едиными живёт Золотой. В принципе, есть одарённые, со вполне себе интересами — чем не клиентура? В общем, посмотрим.

Посидел я в этой постоянно меняющейся компании до вечера, даже Лиса ближе к пяти вдалеке мелькнула, лапкой незаметно для остальных махнула и ускакала по репортёрским делам. Ну и направился к аркубулюсу, как меня остановило прям таки страдальческое покашливание. Ко мне подкатился, на удивление незаметно для его толщины, одарённый, управляющий Благородным Собранием, вроде Клац… А, вспомнил, Кацл.

— Захворал, Кацл? — поинтересовался я, поскольку игнорировать покашливание на покрасневшей морде было негуманно: задохнётся ещё, а вроде толковый управляющий.

— Кхм, нет, ваше почтенство. Имею смелость иметь к вам разговор…

— Вот ты шустрик, а на вид большой такой! И смелость имеешь, и разговор, — изящно пошутил я, что судя по страдальчески скривившейся пасти управляющего, до него не дошло. — Ну ладно, а что за разговор-то? — всерьёз заинтересовался я.

— Если ваше почтенство соизволит последовать за мной, я обстоятельно всё обскажу.

— Соизволит, — соизволило моё почтенство.

И через пару минут, в довольно скромном, но более чем приличном кабинете, Кацл изливал мне душу, а я прикидывал: поминать мне незлобивым словом Шута, или а ну его на хрен? Потому что поиски клиента «Медвежьей Услуги» с треском завершились сокрушительным успехом: своим доверителем меня прям со страшной силой желал увидеть управляющий Благородного Собрания.

А дело было в довольно занятном, прошедшем мимо моего внимания моменте. Впрочем, таких моментов, я уверен, ещё мно-о-о-ого, ну да не важно. Итак, Благородное собрание, этакая нейтральная территория в сердце Корифейства, находится под управлением не какого-то всеми уважаемого владетеля преклонного возраста и кристальной репутации, а одарённого. Причина, почему не владеющим — я и сам понимаю: какая бы кристальная репутация ни была, а симпатии у этого гипотетического всеми уважаемого саксаула будут. И Благородное Собрание превратится из нейтрального в место лоббирования интересов какой-то группы.