Антон Болдаков – Золото келе (страница 14)

— Верно. Три года я таскался по всей Европе, пока не вернулся в свои края, где, используя дары Фуджира, стал шаманом. Я стал чувствовать многое, в том числе и келе… Вы совершили ошибку, когда забрали эти кости — келе за ними вернётся. Обязательно, вот почему мои помощники, глупые мальчишки, попытались украсть их. Они хотели защитить вас. Прости их, Иннокентий.

— Кто такие келе? Это те, кто убили людей у Угодий Келе?

— Да. Келе там живут давно — они убивали многих людей на протяжении веков. Неужели ты думаешь, что только при тебе случилось то, что случилось? Это демоны — они приходят из мира Мёртвых, дабы насытить свои ненасытные чрева. Вы не сможете их увидеть — они прячутся за Завесой Смерти.

— Они невидимы? — удивилась Елена.

— Да. Их нельзя увидеть. Я слышал, что есть какой-то порошок… если его бросить на келе, то можно будет увидеть его на пару мгновений. Так же есть, какой-то напиток — если принять его, то можно будет узреть келе… только вот беда — потом ты уже не сможешь жить без этого напитка. Есть ещё какой-то «Каменный Глаз» — не знаю, что это — но это помогает увидеть мертвецов и чудовищ… — Грот закрыл глаза. — Иннокентий, я тебе советую убрать отсюда своих людей. Если келе решат прийти сюда, то многие погибнут.

— Думаю, мы сможем дать ему отпор, — покачал головой Иннокентий.

— Послушай, Иннокентий… эти твари не сказки, не мифы! — шаман треснул посохом об пол. — Неужели ты не понимаешь, что столкнулся с тем, что сильнее тебя? Много твоих людей погибнет. Не пытайся спорить с тем, что сильнее тебя. Уходи.

— Без борьбы мы не уйдём, — проговорила Елена. — Расскажи мне всё о келе. Кто они? Почему нападают на людей.

— Никто не знает, как выглядит келе — это многорукий и многоногий клубок силы и злобы. Он выскальзывает из Мира Мёртвых в наш мир, чтобы сожрать что-то живое и спеть свои протяжные песни на флейте. Келе может сказать пару слов — всего пару — но после этого люди, что будут вблизи, уйдут в Мир Мертвецов. Келе хитёр и коварен — он умеет заманивать людей к себе. Неважно, сколько он убил — на место мертвецов придут живые. Келе непредсказуем — он может не тронуть людей, что ходят по горам, и даже живут там. Но может напасть не раздумывая, как было с вашими людьми.

— Почему тогда эти демоны живут только тут? Почему они не опустошили весь Север?

— А вот этого не знаю. Возможно наши боги, которым мы поклоняемся, вовсе не такой миф, как вы думаете… А может келе просто привыкли жить в этих горах…

— Ты их хоть раз видел?

— Как я их увижу, если они невидимые? — резонно спросил шаман. — Келе они не из нашего мира. Они появляются и исчезают. И ничто в мире не может их увидеть. Это всё, что могу сказать.

— Как твой народ спасается от келе?

— Ногами. Убегаем, если слышим флейту. Да и тебе советую, — Грот встал и стукнул посохом по полу. — Иногда там, где был келе, можно найти что-то похожее на какие-то странные капли… Не знаю что это — не сталкивался. Но старые шаманы рассказывали, что там, где ходит келе, часто можно найти «сому». Это такие круглые капли какой-то жидкости, похожей на мёд. Только золотой. Одной капли этой «сомы» хватает, что бы шаман год мог танцевать и заглядывать в мир мертвецов. Вот чем приманивает людей келе — он даёт им возможность увидеть Мир Мертвецов. И ещё одно… Келе умеет накладывать на людей странные проклятья — один из моих учителей рассказывал, что как-то раз, очень давно, келе свёл с ума огромный отряд странных людей, что высадились тут для каких-то целей. У людей тех было оружие, корабли, даже пушки… Ничто их не спасло. Бойся келе…

…Павел забросил в «Джейран» мешок с продуктами — консервированный суп, ветчина, галеты и две небольших горелки, работающих на спирту или керосине.

— Готово, работать будет как птичка, — прогудел вылезший из-под «Джейрана» механик — тощий парень, в чёрном свитере и таких же чёрных штанах. — Я и Вилка эту машину разве что не языками облизали… Так что будет бегать как моя матушка, когда соседка застукала её в постели со своим мужем.

Елена помахала руками Павлу и подошла к Иннокентию, что, вместе с завхозом и Бегемотом, стояли на крыльце. Завхоз мрачно посматривал на Елену и поглаживал свою жилетку из странного меха, который легко и спокойно двигался верх и вниз, не топорщась.

— Ты это, товарищ старший лейтенант… уверена, что тебе туда одной то надо? — спросил Бегемот, отрывая от лица варежку, которой прикрывал нос от излишне холодного ветра. — Смотри, может, возьмёшь ещё пару ребят?

— Не надо, я хочу успеть вернуться до темноты, — покачала головой Елена. — Если всё будет нормально, то весь путь-дорога займёт у меня часов шесть — это с учётом времени что я потрачу на осмотр.

— Это хорошо, — Бегемот посмотрел по сторонам, и поморщился.

Было видно, что он тоже что-то хочет сказать, но видимо не хотел, чтобы сего видели за беседой с Еленой.

— Надеюсь, что вам что-то удастся найти… — проговорил Иннокентий, кутавшийся в шубу из песцового меха, и натянувший на лицо шапку из какого-то зверя. Его странный свитер — Елена никак не могла понять, что это за зверь, источал странный запах — почему то напоминавший Ленинградский зоопарк.

— Боюсь, что найду, — вздохнула Елена и осмотрела в глаза Иннокентия. — На всякий случай хочу кое-что спросить… Вам удалось дозвониться до Ильи по радио? Или по телефону?

— После того случая в тайге, ну когда я на охоте чуть не ухлопал какого-то чудака в шубе из медведя. Илья оставил мне свой номер телефона. Два дня назад я был в городе и позвонил Илье со стационарного телефона.

— Понятно. А о том, что случилось с группой — связывались по радио?

— Да. Понимаете, у нас есть особый регламент — сообщения должны идти через радиостанцию — под «роспись» — любой человек, что пользуется радио, должен записывать время разговора в специальный журнал. Так что вот. К сожалению, у Гаврилы, это наш радист, приболел его напарник — живот скрутило. Ну и увезли его в город. Я сопровождал больного и использовал оказию, чтобы позвонить Илье.

— Понятно… — Елена склонила голову и послала Иннокентию очаровательную улыбку, которая очень напоминала улыбку английской феи, желающей заменить неосторожного путника в глухую чащобу, дабы съесть. — Кое-что я поняла.

— Что?

— Пока не могу сказать. Простите. Постараюсь что-то найти на останках экспедиции. Кстати, какой прогноз погоды обещают?

— Судя по утренним прогнозам… — Бегемот прикрыл глаза, что-то прикидывая. — Светло, солнечно. Ветер будет дуть от нас к Угодью Келе.

— Хорошо. Я загрузила «Оранг» — надеюсь, к моему приезду он уже что-то определит. Честно говоря, уже есть кое-какие намёки. Однако вы не должны удивляться. Что ваш врач этого не заметил — тут кое-что иное…

— Надеюсь, с вами ничего не случится, — поговорил Иннокентий. — Что-то мне подсказывает, что вы там не искать доказательства будете, а уже искать подтверждения своим выводам?

По улице прокатился ветер, собирая позёмку и снежинки. Мороз пощипывал неприкрытое лицо Елены, и та натянула воротник-маску, что бы спрятать лицо от мороза.

— До встречи! Не теряйте, — крикнула она и запрыгнула в «Джейрана».

— Ну что, давай-ка с ветерком, да до Угодий Келе, — проговорил Павел, запуская мотор. — Давай, «Джейран», не подведи. По тундре снежной нас промчи!

Аэросани взревели и рванулись вперёд, повернувшись на улице, и помчавшись в тундру. Павел крепко держал руль, управляя мощной машиной с потрясающим хладнокровием.

— Вы не первый раз тут на этих санях рассекаете? — поинтересовалась Елена, всматриваясь в мелькающие за окном валуны и снег.

— «Джейраны» — обычный транспорт, если нужно куда-то недалеко отправиться. В радиусе двадцати километров — лучше собачьих упряжек. Хотя всегда возим полный — под пробку, запас топлива. Да и в тундре мы часто делаем своего рода «заправочные станции» — площадки с топливом, чтобы на таких санях объезжать местные прииски. Сани гораздо быстрее транспортника, да и тундру так не калечат, как гусеничные машины. Так что если надо что-то срочное и небольшое передать — то аэросани лучший вариант, — ответил Павел, повысив голос. — А что у тебя в чехле этом, старший лейтенант?

— Это моё личное оружие, — усмехнулась Елена, прижимая к себе «Вьюгу» — знающие люди мне советовали без оружия тут никуда не ходить.

— Эт правда те посоветовали, — проворчал Павел, объезжая громадный валун. — В этих местах живности много. И не только животные, чтоб ты знала — пару раз тут сталкивались и с бежавшими с зон зеками. А это звери пострашнее бешеных медведей будут — их или валить сразу или самому погибнуть. Бывали случаи, когда таких типов ловили с мясом в рюкзаке. И не всегда мясом животных.

— Понимаю, — Елена как-то раз, столкнулась в тайге с группой беглых зеков — и хотя вышла победительницей — впечатлений надолго хватило. — Хотя я думала, что тут в радиусе ста километров — ни одной зоны.

— Это да. Но у нас многие зеки прибывают сюда как «вольнообязанные» — по «англицкому» — «волонтёры» — Иннокентий их к делу пристраивает. Да только не все с соблазнами справляются, особенно когда золото находят… — Павел ткнул рукой вперёд. — Вон Угодья Келе — любуйся.

Впереди медленно вырастали неказистые горы. По правде говоря, называть это «горами» было огромной лестью — по сути это были каменистые холмы, каких много по всему миру. Разве что эти были засыпаны снегом и украшены какими-то высокими, причудливого вида, вершинами. В общем обычные полу рассыпающиеся от старости горы. Жуткого в них не было ровным счётом ничего…