Антон Болдаков – Таящиеся в Ночи (страница 14)

Язва склонилась к Шэрон и шепнула в ухо.

– Топай на улицу, да посиди у дверей в прачечную. И помалкивай.

Шэрон посмотрела на Язву и моргнула глазами.

…Прачечная, для стирки белья и одежды тут была своя. Стирка и сушка белья проводились прямо на территории "Холерного барака". Причём вручную.

Несмотря на то, что автоклавы уже давно и прочно заняли своё место в больницах чуть ли не всего мира, в Гудевроу-сити их ставить отказывались, поскольку Отцы Города считали, что автоклавы – советское изобретение. А стало быть, им не место в стране демократии и свободы.

Поэтому стиркой белья и одежды занимались по технологии Гражданской Войны в США – кипятили воду в котлах и использовали стиральные машинки из бочек и двигателей, снятых с автомобилей.

Единственная уступка медсёстрам была в том, что при стирке разрешали использовать стиральный порошок.

Так вот и работали – стирая в кипятке, разбавленном холодной водой и стиральным порошком одеяла, простыни и пижамы больных.

На дворе стоял 1936 год, отгремела Мировая Война, и мир стремительно развивался, но для женщин в кое каких аспектах время словно остановилось.

У прачечной было одно интересное место – у одной из стен стояли небрежно набросанные друг на друга щиты, за которыми были поставлены несколько скамеек. На этих скамейках часто отсыпались после хорошо проведенных праздников медсестры или санитары. А иногда и пациенты.

Забравшись за эти щиты Шэрон, прижалась спиной к тонкой стенке прачечной и закрыла глаза.

– Слушай сюда ушами, дочка… – донёсся из-за тонкой стенки голос Язвы. – Дело то оно некрасивое, так что держи язычок за зубами. В общем, твой отец сегодня позвонил нам и рассказал, что у вас в доме Франсуаза лежит. И что её надо срочно в больничку закинуть, так как она себя очень нехорошо чувствует…

Сердце Шэрон ёкнуло. До неё только сейчас дошло как глупо она, и Рита поступили, не подумав об отце. А ведь он был дома. И заметив Франсуазу, отчего-то решил вызвать врачей.

В принципе отец мог это сделать. Последствия, контузии иной раз заставляли его делать совершенно глупые вещи.

– Наш врач захотел было гнать к ней карету… Но тут появился Вильф. Да не один – прикатил аж с Рамлоу, этим Барсуком. (Рамлоу – традиционное английское символически-уважительное имя для барсука кельтского происхождения. Примечание автора). В общем Вильф и Рамлоу поднялись к нашему врачу… Сидели там минуты три или четыре – их водитель даже свою Библию не успел толком открыть и почитать… Потом вышли и уехали. А Эштон вышел, и вызов твоего отца из тетради вырвал.

– А кто вызов принял? С ним что?

– С ним? А его в отпуск отправили. Причём сразу же… Думаю, деньжат отвалили, чтоб не скучал. Вот так оно. Сама понимаешь… Нехорошо это все пахнет. От этих городских одни проблемы. То убийства, то ещё что… – Язва грохнула об пол корзину белья. – А с твоим батей все печально, уж прости за такие слова… Я так разумею, что его отравили одним весьма необычным газом… Он называется "Око" (Данное химическое вещество является полной выдумкой автора) энтим газом немало народу понравилось в Нью-Йорке и Сенд-Шилдс. Газ этот без запаха и вкуса. Его используют в этих новомодных газовых резаках. Точнее-то использовали – у него оказался довольно нехороший побочный эффект – люди им травились. Сознание теряли и засыпали. Причём газ этот по-разному на людей-то действует. То от него засыпают, то от него в кому впадают… Я то об этой дряни много слышала. Мне как на Мировой Войне иприта довелось хлебнуть – так я с той поры к таким штукам как газы – отношусь с большим вниманием… Так то.

– Значит, моего отца в кому погрузил газ.... "Око", но на маму он же не подействовал. Почему?

– Так ведь он на всех по-разному действует. Что уж там говорить… Но вот что там с Франсуазой то случилось? Девка добрая и крепкая. Жаль если пропала…

.... Сидя в закусочной "Шоколадный филин" Шэрон грызла немного подсохший пончик и размышляла над тем, во что она и шериф ухитрились вляпаться.

Сейчас было понятно, что этот изувер действует не один – его, по непонятным причинам, прикрывает целая компания хитрых и жестоких личностей, способных на совершенно дикие вещи. И понять причину этого было совершенно непросто.

По крайней мере, Шэрон не слышала о таких вот безумцах, которых защищала от правосудия группа людей. Какого дьявола они защищают того, кто, фактически, подводит их под суд? Для чего?

Ясно только то, что эти люди связаны с "Телеграф-стрит", только у этой компании есть доступ к отравляющему газу и машинам. Компания проводит здесь работы – и работы серьёзные. Да еще и оплачиваемые самим "Дядей Сэмом"… Станут ли работники "Телеграф-стрит" так рисковать своей репутацией?

Или тут дело не в этом?

Шэрон отчетливо понимала, что она пока не знает очень многого. И это незнание было главной проблемой в ее расследовании.

Шериф сел напротив неё и несколько секунд смотрел в потолок.

– Соболезную о твоём отце… Думаешь, он выкарабкается?

– Вот уж без понятия, – равнодушно проговорила Шэрон. – Посмотрим. Сейчас для меня важно найти этого убийцу.

– Ага… Дело то совсем неприятное оказалось. Ни ответить, ни приветить… Правда?

– Что-то ты больно оптимистичный… Выше нос. Не всё потеряно. Кстати, когда планируют провести испытание этой Тесла-башни?

– Завтра… – Уэллс посмотрел за спину Шэрон. – Тьфу ты…

Повернувшись, Шэрон увидела, что в закусочную вошёл Ван-Роджер, за которым семенил Рамлоу, трепетно прижимающий к груди толстую папку с бумагами.

Рамлоу был невысоким, но довольно коренастым мужчиной, с короткими чёрными волосами и – на редкость дурацкими седыми усами. Лицом он напоминал какого-то профессора из университета. Одежду Рамлоу носил всегда черную. И постоянно запачканную пылью и грязью.

– Да мне плевать на то, что мощности генераторов может не хватить! Тебе столько денег отвалили – линкор можно построить! А ты мне тут задвигаешь в уши старое мочало о том, что может не хватить энергии на запуск?! – замахнулся на Рамлоу трубкой Ван-Роджер.

– Да не это я, тебе задвигаю! – простонал Рамлоу. – Я объясняю, что наша защита может не удержать такую мощность. Мы собираемся передать через воздух десять гигаватт электричества – этой мощи хватит, чтобы испепелить половину этого города! У нас стоит хороший "забор", но он может не выдержать такой мощи. Мы запустим передачу энергии, но на второй запуск у нас уже не хватит мощности и предохранителей. Нам придётся полностью восстанавливать защиту…

Ван-Роджер зарычал и вцепился в Рамлоу – причем лицо главного инженера исказилось от ненависти, превратившись в уродливую маску…

– Эй! – Шэрон и Уэллс бросились на помощь Рамлоу, и с огромным трудом оторвали его от Ван-Роджера.

Главный инженер проекта явно пребывал в состоянии "амока" и просто не сразу успокоился. Его ярость и злоба порядочно потрясли Шэрон – она никак не ожидала от внешне спокойного и тихого человека такой необузданной вспышки ярости.

– Я спокоен… Отпустите меня! – зарычал Ван-Роджер и перевел дух. – Все… Все в порядке…

Шэрон и Уэллс отпустили главного инженера и тот, переведя дух, сел за стол Шэрон и чуть дрожащими руками поднес к губам кружку кофе. Между прочим кофе самой Шэрон, что стоял на этом же столе.

– Прошу прощения… – прохрипел Ван-Роджер и недрогнувшей рукой осушил кружку. – Нервы ни к чёрту… Этот проект слишком важен для меня. Вот и срываюсь, как беременная баба на сносях. Жуть какая-то творится… завтра у нас испытания башен Тесла, а мой бухгалтер только сегодня изволил заявить, что система изоляции тока может дать сбой…

– Что за система изоляции?

– Да ерунда. Особая защита, что должна защитить окружающую среду от поражения электротоком, в случае чего…

– Вроде же планируется, что это электричество сразу в аккумуляторы уйдёт. Или мы чего не поняли?

– Да не. Все правильно. Все наши расчёты исходят из того что мы передадим через вашу Долину Гроз десять гигаватт энергии. Это ошеломительное количество энергии. Хватит, что бы осветить четверть Нью-Йорка.

– Откуда же вы столько энергии выработаете? Это же надо откуда-то ее взять.

– Да у нас там, на "Башне 1" стоят три генератора снятых со старых дизельных подводных лодок. И аккумуляторов куча – хватит, чтобы накопить энергии на этот эксперимент. Если удастся перебросить энергию с одной башни на другую без проводов – то это будет прорыв. СССР со своей электрификацией просто окажется сброшенным с чаши весов. Весь мировой рынок электроэнергии будет принадлежать нам. Так что успех моего проекта это решающий шаг во всем мире. США будет передавать энергию в любую страну мира, способную заплатить нам. Это будет прорыв.

– Но что помешает другим странам создать свои башни Тесла? Чертежи башен и математическое обоснование передачи энергии без проводов – они общеизвестны. Ничто не помешает другим странам создать подобные башни и перемещать энергию по всему миру.

– С этим мы справимся как-нибудь. Главное сейчас провести эксперимент и добиться результата. Это самое важное и главное, – Ван-Роджер перевёл дух. – И вот когда мы в шаге от победы – этот Рамлоу говорит что у нас серьёзные проблемы в защите нашей башни и предлагает убавить мощность передачи энергии… Счас! Ничего не выйдет. Я не позволю погубить этот эксперимент. Ни за что! Завтра мы сотрясем весь мир… Вот увидите. Вот увидите…