пунктиром черной пленки скромно
углы темня его слюна
расплывшаяся в спазме лица
морщинные накрыв змеится
стеклянный глаз ребрист и пол
внутри следит так каждый прочий
обнюхиваемый на прочность
предмет проверен хобот по
щербатой плоскости от раза
сужаясь к разу вдоль отрезан
в замедленной идет
и монотонной съемке
за хоботом таща
по переулку тело
танкоподобное
несовершенно сшитый
ломая на пути
своем что попадется
а по бокам стоят
статичные на кукол
похожие они
и воздух доедают
на небе рыбы полувы
тянув хвосты спиной повисли
распластанные вдоль по выси
над женщиной без головы
наспех составленной по дробным
лекалам вне сродни подобным
у целебеса желтый слух
он слышит собственную ёмкость
фонемы каждого обломка
истертого под весом в пух
он видит рыб и рты за толком
невидимым у них затылком
и слон лицом к лицу
отпугивает буквы
и эти будят тех
в припадке шевелящих
гортанями свои
неясные предельно
суждения тому
подобное случалось
и раньше говорят
разбуженным об этом
а те молчат в ответ
растеряны спросони
расплывшись рябью по воды
сухой пластмассе слепо стынет
запечатленный свист в пустыне
под ним безротый поводырь
нутром глухие вои важно
шагая между кукол вяжет
стоишь среди подобных нерв
в запястье сжав под безымянным
с глазами или без обманом
межпозвоночным взят из недр
в параличе следишь на череп
надев туман и смотришь через
движенье по прямой
стального целебеса
тяни изрешеча
сознание в продольном
разрезе по пятам
предметы проседают
на ощупь ощутив
