Антон Аркатов – Реликты лета (страница 21)

Алиса сначала удивилась, потом явно разозлилась, но всё же подошла.

– Ты что сказала?! – Её реакцию можно было понять, а я лишь молча наблюдал, что будет дальше.

Славя быстро достала пистолетик и выстрелила.

– Где сейчас находится фотоаппарат из старой хижины в лесу?

Глаза Алисы остекленели, всё тело вмиг расслабилось, руки безвольно повисли вдоль туловища, а голова опустилась. Неужели я тогда, на складе, выглядел так же?

– Не знаю, – механическим, лишённым всяких эмоций голосом ответила Алиса.

Ещё секунда – и девочка пришла в себя:

– Ты как со мной разговариваешь?! Совсем страх потеряла?! Думаешь, если ты помощница вожатой…

– Да расслабься ты. Я просто Семёну проспорила. – Славя повернулась ко мне, ожидая реакции.

– Ну да, было дело, – неуверенно произнёс я.

– И что ещё за фотоаппарат? – Алиса немного смягчилась.

– Leica. Мне отец из ГДР привёз, а я его потеряла. Представляешь, какой ужас? – Славя притворно заломила руки.

– Совсем уже! – бросила Алиса и ушла.

Уж не знаю, сорок четыре года этой Славе или нет, но лагерь и его обитателей она точно изучила в совершенстве! Меня вдруг охватила тревога. Почему я так слепо доверяю этой девочке? Конечно, Славя ведёт себя куда более адекватно, чем тот пионер, но в любом случае она для меня лишь часть этого странного мира. А получается, что я с первой минуты нашего знакомства всецело доверился ей. И не просто доверился, а везде таскаюсь за ней, как собачонка, и выполняю любую команду.

– Ну вот, видишь? – Славя вывела меня из раздумий. – Если бы фотоаппарат был, допустим, у Ульяны, то Алиса бы с высокой долей вероятности об этом знала. Значит, можем вычеркнуть их обеих. Более того, чисто статистически можно предположить, что Алиса могла видеть фотоаппарат где-то ещё. Следовательно, нам нужно просто сделать правильную выборку пионеров для отстрела.

Её рассудительность только усиливала мои опасения. А вдруг она и на мне использовала какой-то реликт?

– Чего пригорюнился? – рассмеялась Славя. – Я тебя не обманываю.

– Ага, спасибо, как раз об этом думал! Может, ты и меня чем-то обработала? Каким-нибудь водяным пистолетиком, я не знаю, который промывает мозги?

– Для этого здесь есть другие приспособления.

– Что?! – Я аж подскочил на месте.

– Да успокойся ты! Я же говорила: ты можешь мне пригодиться. Смысл мне тебя обрабатывать, если ты сам хочешь помочь?

– Пока ты и без моей помощи прекрасно справляешься.

Мимо прошла Мику, опасливо покосившись на нас. Я сразу смекнул, что в неё стрелять нет необходимости, так как она соседка Лены.

Мы проверили ещё с десяток пионеров, но всё безрезультатно. Время приближалось к полудню, и на площади появилась Ольга Дмитриевна.

– Тьфу! Сегодня же линейка позже, и потом этот чёртов обходной! – проворчал я. – А нельзя как-то пальнуть по всем сразу? Типа как картечью?

– Нет, – коротко ответила Славя и зачем-то побежала к вожатой.

Я остался один, наблюдая, как на площади постепенно собираются пионеры. В какой-то степени весь этот поиск похитителя фотоаппарата с помощью игрушечного пистолета напоминал весёлую игру. Игру, в которой к тому же невозможно проиграть! Я уже догадывался, что даже смерть в этом лагере вряд ли станет концом, иначе ни Славя, ни пионер не провели бы здесь столько времени. Что касается меня, то я в этом лагере пока не так долго, чтобы задумываться о столь радикальных мерах, как смерть. Депрессия сама по себе не означает, что из ситуации нет выхода, а только свидетельствует о моём негативном восприятии этой ситуации.

Наконец пионеры выстроились в ряд. Вожатая рассказывала о плане мероприятий на день, а рядом с ней стояла Славя и явно скучала. Закончилось всё довольно быстро, как обычно, и я уже внутренне приготовился бегать с обходным, но Ольга Дмитриевна проигнорировала меня и быстро ушла с площади. Я подошёл к Славе и спросил:

– За это мне тебя благодарить?

– Некогда нам дурью маяться! Я сказала ей, что уже всё за тебя подписала, кроме кружка кибернетиков. Туда и отправимся.

Славя уверенно открыла дверь и вошла внутрь. Юные светила науки склонились над столом, изучая какие-то электронные детали.

– Кого из них? – шепнул я Славе.

– Привет, Семён! А мы тебя ждали, – Электроник оторвался от своего занятия и широко улыбнулся. – И Славя с тобой?

Моя спутница тем временем без лишних разговоров достала пистолетик и направила его на Электроника, но тот успел среагировать и быстро спрятался за Шурика, в которого и пришёлся «выстрел».

– Ты знаешь, где сейчас фотоаппарат из старой хижины в лесу? – грозно спросила Славя.

Шурик на мгновение вошёл в режим отладки, как и Алиса до него, и монотонно ответил:

– Не знаю.

Электроник тут же выскочил из-за спины своего товарища и воскликнул:

– Это же опасно!

– Это просто игрушечный пистолет с пистонами. Для пущего эффекта. – Я постарался быть хоть немного полезным.

Шурик тем временем пришёл в себя. Остальные пионеры воспринимали действие реликта более спокойно, чем я, ибо они действительно не знали, где фотик, и ответили бы точно так же, даже не будучи «застреленными» из пистолетика.

– Что за фотоаппарат?

– Nikon. Отец на корабле плавает, привёз из Японии. Семён взял попользоваться и забыл его в старой хижине, – невозмутимо ответила Славя.

Я бросил на неё недобрый взгляд, но промолчал.

– Ценная небось вещица, – хмыкнул Электроник.

– А то! Импортная! – подтвердила Славя.

– Ну, если найдёте, обязательно покажите.

Когда мы вышли из здания клубов, я спросил её:

– Много пистонов осталось?

– Штук пять, наверное. – Славя выглядела спокойно, но я уже понимал, что с каждым неудачным выстрелом нервничает она всё больше.

– А зачем мы вообще бегаем за фотоаппаратом именно сейчас? Как я понял, реликты перезагружаются с каждым циклом. Не проще ли просто в следующий раз прямо с самого начала метнуться в ту хижину?

Славя задумалась, оторвала от ленты с пистонами использованную часть, покрутила пистолетик в руках и наконец медленно произнесла:

– Тоже, конечно, верно, но… Мы не можем быть до конца уверены, что фотоаппарат появляется именно в хижине. То, что ты видел его там в конце прошлого цикла, может вообще ничего не значить.

– Получается, его сегодня могло там и не быть?

– Да, это возможно, но в таком случае кто-то его туда принёс в прошлый раз. А значит, он в любом случае где-то в лагере.

– Логично.

Я вдруг почувствовал себя в безопасности рядом со Славей. Все эти два месяца, проведённые в «Совёнке», я почти не ощущал прямой угрозы, скорее чувствовал себя как зверь в клетке. Безвыходность, отчаянье, фатализм – эти слова точнее описывали моё состояние, чем страх или тем более ужас. Однако Славя всем своим видом, своими действиями и манерой речи излучала уверенность, которая передавалась и мне.

– А как насчёт взрослых? Вожатая, медсестра? Любой человек в лагере под подозрением.

– Маловероятно. По идее, им нечего делать в лесу.

– Так-то оно так, но ты ведь спрашиваешь не про то, забрали лично они фотоаппарат или нет, а лишь про то, видели ли они его вообще. Через вожатую и медсестру проходит много людей!

– Логично! – просияла Славя. – Я же говорила, что ты пригодишься!

Мы постучались, а затем, не дожидаясь ответа, вошли в медпункт.

– Что, с обходным пришли… пионеры? – Виола оторвалась от своих записей и из-под очков взглянула на нас.

В этот раз я решил попробовать сам, заранее взяв пистолет у Слави. Я с силой надавил на спуск и спросил:

– Вы знаете, где сейчас находится фотоаппарат из старой хижины в лесу?