Антон Аркатов – Бесконечное лето. Реликты лета (страница 12)

Я где-то читал, что сон – это маленькая смерть. Иногда действительно кажется, что это правда. Особенно, когда просыпаешься в непонятном пионерлагере, вырванном из привычного пространства и времени. Однако за прошедшие пять дней я успел привыкнуть к этому месту, насколько это вообще возможно. Успел познакомиться с новыми людьми, пусть некоторые из них и казались мне странными. Успел познакомиться со Славей…

В глаза ударил яркий дневной свет. Стоп! Где-то это уже было. Я проснулся не в своей кровати в домике вожатой, а в Икарусе! Ровно так же, как и пять дней назад. Стоит ли удивляться? Ведь само моё попадание в этот лагерь – событие достаточно удивительное, чтобы всё происходящее в нём воспринимать как что-то нормальное. Впрочем, именно здесь, в Совёнке, со мной пока не случилось ничего чересчур уж мистического, если не считать поиски Шурика в шахте.

Может быть, всё опять повторится? От этих мыслей меня охватил ужас. Я живо представил, как выбегаю из автобуса, пытаюсь уйти прочь от лагеря, потом катаюсь по траве, потом меня встречает Славя… Воспоминания о ней больно отозвались где-то глубоко внутри, захотелось поскорее её найти, ведь вчера всё закончилось совсем не так, как мне того бы хотелось. Может быть, несмотря на моё необъяснимое пробуждение в автобусе, Славя всё ещё томится в медпункте и ждёт меня? Странно, что ещё несколько дней назад я больше всего на свете хотел оказаться именно в этом Икарусе, вернуться в нём назад в свой мир, но сейчас и думать забыл об этом.

Я выскочил из автобуса и столкнулся нос к носу с вожатой.

– Ольга Дмитриевна, отлично, я как раз вас ищу! – начал я сбивчиво.

– С добрым утром, соня, – не особо приветливо улыбнулась она. – Или лучше сказать «добрый день»?

– Я вчера толком не смог вам объяснить, что произошло в медпункте, – продолжал я, игнорируя уже привычное ворчание вожатой. – Так вот, Славя ещё там? Мне нужно её увидеть! Если не доверяете мне, можем пойти вместе.

– Увидеть кого? – Ольга Дмитриевна недоумённо уставилась на меня.

– Приехали…

Мои самые худшие опасения начали воплощаться в жизнь. Но даже если так, как она может не помнить Славю?! Я набросился на вожатую:

– Славя! Славяна! Пионерка! Ваша помощница, забыли уже?! – Я сам удивился непонятно откуда взявшейся злобе и решимости.

– У нас в лагере таких пионерок нет. – Ольга Дмитриевна несколько опешила и смотрела на меня с удивлением и даже испугом в глазах.

– А кто есть? Лена? Алиса? Ульяна? Они есть?

– Ну конечно! – воскликнула вожатая, словно ответ на этот вопрос был настолько очевиден.

Я вдруг испугался собственной дерзости и в том числе реакции вожатой на эту дерзость. Стоит ли в моём положении так себя вести?

– С тобой всё в порядке, Семён? – Ольга Дмитриевна нахмурилась. Значит, она знает, кто я.

– То есть о Славе вы сейчас впервые слышите? – спросил я уже куда менее уверенно.

– Я же говорила, что да. – Она вдруг широко и как-то неестественно улыбнулась и продолжила: – Ну что же, пойдём в лагерь, познакомишься со своими товарищами!

Если они товарищи, то логично, что я с ними уже знаком. Впрочем, возражать я не стал, тяжело вздохнул и поплёлся за ней.

«Совёнок» выглядел точно так же, как и вчера: мы прошли здание клубов и мимо пионерских домиков вышли на площадь, никого не встретив по дороге.

«Совёнок» выглядел точно так же, как и вчера: яркие лучи дневного солнца ложились на его знакомые тропинки, делая их похожими на золотистые нити, протянутые через густую зелень. Время словно остановилось, а лагерь застыл как картина на стене в музее. Мы медленно двигались вдоль аллеи, проходя мимо здания кружков, где ещё несколько дней назад Ульянка пугала Лену кузнечиком.

Дальше начинались пионерские домики, каждый из которых казался по-своему уникальным, хотя все они имели одинаковую форму. На одном из них висел выцветший красный флаг, лениво колышущийся на ветру, в то время как другие домики словно прятались в тени деревьев.

Площадь выглядела пусто и безмолвно, и это пугало. Я остановился и спросил вожатую:

– А где все?

– Кто? Если ты опять про эту свою Славю… – Теперь Ольга Дмитриевна вновь походила на себя прежнюю.

– Пионеры. – Хотелось спросить конкретно про Лену и Ульяну, а также кузнечика, но ещё и про Алису. – Сейчас сколько времени?..

Я хотел достать телефон, но только сейчас понял, что одет не в пальто и джинсы, а в самую настоящую пионерскую форму. Впрочем, сил удивляться уже не было. Я продолжил:

– День в самом разгаре – где все?

– Наверное, на обеде, самое время ведь. Проголодался? – улыбнулась она и уверенно зашагала в сторону столовой.

Там действительно нашлись Лена, Алиса, Ульяна, а ещё Электроник. Но больше никого, даже поварих… Мы подошли к большому столу, за которым они сидели, и вожатая представила меня:

– Ребята, знакомьтесь, это Семён! Он всю дорогу проспал, так что у вас, наверное, не было возможности пообщаться. – Получается, она считает, что в лагерь мы приехали все вместе?

Пионерки и пионер как-то странно, с подозрением посмотрели на меня, но Ольга Дмитриевна не обратила на это внимания и продолжила:

– Это Алиса, Лена, Ульяна. А это Электроник – руководитель нашего кружка кибернетики!

Что же случилось с Шуриком? Я проспал лагерный переворот? Тем временем пионеры продолжали хмуро глядеть на меня, но наконец Ульянка хитро ухмыльнулась, встала и протянула мне руку:

– Добро пожаловать.

Я перегнулся через стол, ответил на рукопожатие, и мне сразу стало легче: пусть ещё неделю назад я и не знал никого из них, но теперь знакомые лица успокаивали.

– Ну что же вы сидите? Даже не предложили Семёну обед! – запричитала вожатая.

– Сегодня Лена готовила – я бы не рисковала, – хмыкнула Алиса.

– Тебя забыли спросить! – огрызнулась Лена.

Я посмотрел на тарелки: в них была навалена некая субстанция, в которой с трудом угадывались макароны по-флотски. Выглядело отвратительно, но есть хотелось сильно, так что я взял предложенную мне тарелку, поблагодарил и принялся за еду.

– Так нас тут всего шестеро, получается? – спросил я, быстро расправившись с макаронами, которые на вкус оказались куда лучше, чем на вид.

– Ну да, а что такого? – Вожатая удивлённо посмотрела на меня.

– Действительно, – саркастически вставила Алиса.

– А вы не находите это странным? Что в таком большом лагере всего шесть пионеров? – продолжал я.

– Ну, может, больше путёвок не дали, – пожала плечами Ольга Дмитриевна.

– Ну а повара хотя бы… – Я попытался продолжить допрос вожатой.

– Господи, ты как будто в первый раз! – фыркнула Алиса.

В первый раз? По моим подсчётам, сейчас идёт шестой день моего пребывания в лагере, но она явно не это имела в виду.

– Ну ладно, у меня ещё дела кое-какие, а вы тут пока сами. Осмотритесь, найдите занятие по душе. Увидимся! – Ольга Дмитриевна вышла из столовой, оставив после себя тягостное молчание.

Я смотрел поочередно на Лену, Алису, Ульяну и Электроника, который за весь обед не проронил ни слова, но никак не мог решиться, с чего начать. Наконец я спросил:

– А вы не знаете случайно Славю?

– Ух ты! – вдруг расхохоталась Лена, встала, взяла свою тарелку, отнесла её на мойку, затем, демонстративно игнорируя нас, вышла из столовой.

– Что это с ней? – осторожно спросил я.

– Да так. Тараканы, – лениво ответила Алиса.

– Большие тараканы, – хохотнула Ульяна.

– Спасибо за обед, – тихо сказал Электроник, и мы остались втроём.

Я отчётливо понимал, что здесь происходит что-то не то, ещё более странное, чем всё, что случилось со мной до этого. Моё замешательство заметила и Алиса:

– Да расслабься ты! Ещё разок-другой – пообвыкнешься! В первый раз со всеми так, понимаешь?

– В первый раз? – осторожно переспросил я.

– Да какой он первый раз! – вмешалась в разговор Ульяна. – Откуда он тогда Славю знает, сама подумай?

– То есть и вы её знаете? – Я немного осмелел.

– Встречались. Но здесь… то есть сейчас её здесь нет. – Алиса внимательно посмотрела на меня, а затем расхохоталась. – Сразу видно – герой-любовник! – Она встала из-за стола и хлопнула Ульянку по плечу. – Пошли, подруга!

– Погодите, но…

Тишина в столовой угнетала. Здесь не было так тихо даже вечером первого дня, когда Славя кормила меня булочками с кефиром. Казалось, с того момента прошла целая вечность. Славя… Вчера я отчаянно пытался объяснить Ольге Дмитриевне, что между нами ничего не было, но что я чувствую сейчас? Вот чудеса в моей жизни становятся всё чудесатее, а я только и думаю, что о Славе. В том ли я ещё мире, в котором оказался пять дней назад, или меня забросило куда-то ещё? Впрочем, девочки Славю как будто бы знали. Значит, надо поговорить с ними и в этот раз надо быть более настойчивым!

Я направился к выходу из столовой, но в дверях столкнулся с каким-то пионером. Его лица я не разглядел, а он лишь сильно ударил меня по спине. В глазах всё поплыло, окружающий мир вдруг стал напоминать картинку на старом советском телевизоре, у которого садится кинескоп. Я несколько раз моргнул и…