Антон Агафонов – Возвращение демонического мастера. Книга 13 (страница 21)

Экакок был все так же ворчлив и нагл, требуя целую кучу всего, а я в очередной раз пообещал, что всё доставлю. На самом деле за последние месяцы сюда пару раз ходил сам Ютатос, используя Бескрайний лес, но пока о том, чтобы перевезти демонов в Гаруд, и речи не было. Да и у них самих тут всё в целом было замечательно. Они уже давно освоились и развивали свое хозяйство, а установленные маскирующие артефакты защищали их от внезапного вторжения.

Побыв там совсем недолго, я отправился в дальнейший путь. Теперь мне нужно было попасть в третий виток, и для этого я использовал уже свою пространственную способность. Думаю, пора уже придумать ей название…

Шаг сквозь пространство?

Слишком длинно.

Может… Мировой сдвиг?

А что, звучит.

Пусть будет Мировой сдвиг.

Мировой сдвиг перенес меня… куда-то. Это был точно третий виток, но на первый взгляд понять, где именно я нахожусь, возможности не представлялось. Вокруг были сплошь бесконечные пески и дюны, без малейшего признака растительности.

Но я не спешил разбивать лагерь, первым делом воспользовался Копьем Пустыни и решил осмотреться с высоты. Хотелось подыскать место получше, чем посреди просто барханов, но не похоже, чтобы поблизости было хоть что-то подходящее на роль укрытия.

Может, стоит подыскать место получше?

Я вновь воспользовался Сдвигом, но постарался переместиться не на очень большое расстояние. Пока что я только осваивался с этой силой, и теперь мне становились понятны некоторые моменты. Какие «ноты» отвечают за дальность, например. Я мог попытаться настроиться на мелодию конкретного места, в котором прежде бывал, а мог просто попытаться сместить себя на определенное расстояние, пользуясь более простыми «нотами». И чем выше в них тональность, тем дальше перемещения. Я не до конца понимал все закономерности этой силы, но по крайней мере у меня уже получалось перемещаться на места, где я уже бывал и где запомнил мелодию места.

Но несколько малых сдвигов ничего толком не дали. Я все ещё не видел ничего кроме пустыни, а энергии эта сила жрала крайне много, даже больше, чем браслет, но это был не артефакт, так что гипотетически со временем я смогу снизить расход энергии, как бывает с техниками по мере их освоения.

— Ладно, — решил я, — остановимся тут. Рю, слушай, а у тебя нет каких-нибудь техник стихии земли?

— Не помню таких, — вяло отозвался дракон. — Я же дракон горного источника, большая часть моих техник основана на воде, льде.

— А как же молния?

— Это другое, — отмахнулся он. — Те техники, что ты используешь, были созданы не для меня, а для Луэ Май.

— Твоей возлюбленной? — заинтересовался я. Рю на самом деле крайне не любил рассказывать о прошлом, и если я спрашивал у него что-то, что он не желал рассказывать, то дракон непременно прятался за маской «амнезии» из-за раскола души.

— Да…

— Какой она была?

— Мне сложно вспомнить… — нахмурился он.

— Могу помочь, — я призвал дверь. Предвидя, что мне она понадобится, я запретил другим ей пользоваться, тем более что в Гаруде и так сейчас было многое восстановлено.

— Не уверен, что это хорошая идея…

И тем не менее я вошел и позволил дракону перехватить контроль, как он делал это ранее. Подчиняясь воле дракона, мир вокруг поплыл и стал приобретать желаемые очертания какого-то горного озера, окруженного хвойным лесом и поросшего высоким камышом.

Рю принял облик молодого мужчины и зашагал в сторону, откуда доносилась нежная песня.

— Где мы? — спросил я.

— Озеро Серебряной Иглы. У подножия хребта Лунного Перевала. Полагаю, что этого места в данный момент уже не существует, это было до смещения витков, вызванного катастрофой, — ответил Рю, даже не оборачиваясь.

Все его внимание было сосредоточено на песне. Он шел впереди. Раздвинув камыши и использовав технику водомерки, он вышел к самому озеру, и оттуда неподалеку был виден простенький деревянный причал, на котором сидела девушка. Длинные серебристые волосы спускались ниже пояса, и она неторопливо проводила по ним гребнем. Медленно и плавно, от макушки до самых кончиков. На ней было белоснежное ханьфу, простое, без вышивки, а босые ноги были опущены в воду, и от каждого её движения по поверхности озера расходились тонкие круги.

— Она всегда так делала, — продолжил Рю. — Приходила к озеру на закате, садилась на причал и расчесывала волосы. Говорила, что вода успокаивает мысли, а камыш поет ей колыбельные. Я много раз пытался услышать то же, что и она, но видимо, это было за пределами моих возможностей.

И прямо на моих глазах появился второй Рю, видимо, тот, что принадлежал этому воспоминанию. Он опустился на мостик рядом с девушкой, и они о чем-то стали шептаться. Она смеялась, он тоже, а вот настоящий Рю в этот момент пустил слезу и отвернулся.

— Проклятье, Нейт, вот что ты со мной делаешь?

Я прошелся по воде, пытаясь подойти поближе. Так как мир вокруг был нереальным, мне это не составляло труда, для ожившего воспоминания меня не существовало.

— Почему я не понимаю, о чем они говорят? — спросил у дракона, отметив, что речь, срывающаяся с их уст, звучала просто набором бессмысленных звуков.

— Потому что я не помню, о чем мы говорили, и от этого ещё больнее. Возможно, если бы я слил с собой ещё фрагменты, то смог бы вспомнить больше, но я страшусь этого. Порой лучше не вспоминать.

— Ты помнишь, как её не стало?

— Нет. Вообще мало что помню. Это одно из самых четких воспоминаний о ней.

Они обменялись ещё короткими фразами, и тут Рю из прошлого мягко коснулся её подбородка и поцеловал. Девушка не отстранилась, поддавшись моменту.

— Наш первый поцелуй, — сообщил дракон. — Она в тот момент не знала, кто я такой. Думала, что я просто молодой воин, оказавшийся в этом городе, чтобы помочь её отцу.

— Вы мило смотритесь, — отметил я, на что дракон довольно забавно смутился.

— Знаешь, до встречи с ней я даже и не думал, что способен испытывать такие чувства, тем более к человеку.

— Прекрасно тебя понимаю, — усмехнулся я, вспоминая свои чувства к Юл.

Долго мы тут не пробыли, Рю, видимо, было слишком болезненно предаваться этим обрывистым воспоминаниям, и он предпочел не теребить застарелую рану. Так что и я решил немного поменять тему.

— Что помнишь о Небесной столице?

— Ну-у-у… — протянул он, а затем, немного задумавшись, перекроил моё личное убежище для демонстрации новой локации.

Мы стояли на вершине какого-то холма, а перед нами раскинулся город. Город, который не имел конца. Куда бы я ни посмотрел, во все стороны тянулись крыши, башни, шпили и купола, сливаясь у горизонта в подрагивающее марево. Небесная столица занимала весь первый виток, и сейчас я видел лишь крохотный её фрагмент, но даже этого хватало, чтобы ощутить масштаб.

Прямо под нами вздымались многоярусные пагоды с выгнутыми крышами, крытыми чем-то вроде нефритовой черепицы, только та мерцала изнутри мягким зеленоватым свечением. Между ними на головокружительной высоте были переброшены крытые мосты-галереи, по которым текли потоки крохотных фигурок. Стены пагод были испещрены символогическими конструктами, и те пульсировали, переливаясь от бирюзового к золотому. Кое-где прямо из каменной кладки прорастали деревья с белой корой и алой листвой, оплетая карнизы и перила корнями толщиной с человеческое бедро, и казалось, что сама архитектура дышит. Тут вообще было на удивление много зелени и растительности, которая нисколько не нарушала гармоничную неправильность этого места.

Дальше, за первым ярусом построек, поднимались сооружения совершенно иного толка. Колоссальные башни из темного металла и стекла, гладкие, без единого шва, уходили ввысь так далеко, что их верхушки терялись в низких облаках. Вдоль их граней бежали полосы голубоватого света, и время от времени по ним проносились какие-то платформы, оставляя за собой мерцающий след. А у подножий этих башен теснились всё те же изогнутые черепичные крыши, лавки с бумажными фонарями, каменные мостовые, исчерченные иероглифами, и контраст был настолько разительным, что казалось, будто два совершенно разных мира столкнулись лбами и решили не расходиться.

Над городом парили огромные кольцевые платформы, удерживаемые в воздухе артефакторикой. На них тоже стояли здания, и оттуда вниз спускались световые столбы, внутри которых поднимались и опускались фигуры. Целые кварталы висели в небе, соединённые друг с другом тонкими как паутина мостами, и по ним тоже шли люди.

— Конечно, это только то, что я помню, — оговорился Рю. — Реальность, скорее всего, куда грандиознее. Когда я там был, город уже казался бесконечным, а ведь с тех пор минули тысячелетия.

— Проклятье… — только и вырвалось у меня.

Рю щелкнул пальцами, и мы уже оказались на улицах этого города. Просторных, но в то же время безумно тесных.

— Таким это место было во время правления Небесного царя, хотя скажу по правде, это не вся Небесная столица, а лишь её… лицо, так сказать.

Рю провел мне короткую прогулку по оживленным улицам, наполненным каким-то совершенно безумным количеством людей, а затем вновь сменил место, и на этот раз мы оказались на окраинах витках, и вот там величественностью уже не пахло, хотя всё равно впечатляло. Огромное, немыслимого размера гетто на миллиарды человек.

Контраст бил по глазам.