Антон Агафонов – Лабиринт II (страница 42)

Глава 17. Скверные обстоятельства

Была уже глубокая ночь, но я так и не мог сомкнуть глаз, продолжая изучать записи, оставленные моим отцом и дядей Уорреном. И чем глубже я погружался в их содержимое, тем мрачнее становился.

Наконец оторвав взгляд от бумаг, я посмотрел на спящую на кровати Сильвию. Обнаженная девушка мило спала, прижав к груди скомканное одеяло, демонстрируя мне покрытую шрамами изящную спину.

И чего это она вдруг? Просто в какой-то момент скинула с себя одежду, забралась в постель и тихо засопела, оставив меня гадать о её намерениях. То ли это был призыв к действию, но время для подобного явно было выбрано неудачно, то ли фуори просто было жарко.

Не без усилий оторвав взгляд от девушки, я поднялся на ноги и плеснул себе в стакан немного бурбона, залпом выпил и устало взглянул на бумаги, разложенные на столе.

«Сжечь».

Да, именно такая мысль появилась первой, когда я понял, что именно скрывали мой отец и дядя Уоррен. Сжечь эти бумаги и покинуть страну. Отправиться в Трэстрамскую республику, к примеру. Денег, чтобы начать новую жизнь, у меня хватит.

Но… в таком случае я предам дело отца и дяди Уоррена. Они отдали свои жизни, чтобы собрать эти документы и открыть правду всему миру. Но неужели они не понимали, что миру не нужна правда?

Совет Лордов устроил войну! Войну! И все ради того, чтобы получить достаточное количество жертв. Если верить записям, то больше десяти тысяч пленников было переправлено в Харкон за период боевых действий и отослано в Лабиринт. Об этом даже имелась маленькая статья, но большого резонанса она не произвела. Этот вывод я сделал из-за того, что никогда не слышал о подобном, да и сама статья была совсем крошечной и находилась, скорее всего, где-то на последних страницах. Странно, что её вообще пустили в газету.

Корри Стоун, так звали этого журналиста. У меня даже возникла мысль связаться с ним и поговорить. Возможно, получив мои сведения, он бы придумал, как их использовать. Но другая газетная вырезка заставила меня устало вздохнуть.

«Репортер Хаконского Вестника Корри Стоун был убит в переулке неподалеку от своего дома».

Это случилось спустя примерно три месяца после злополучной стати. Официальная причина — ограбление, но я опасался, что его просто убрали. Но сделали это умно, не сразу после злополучной статьи о заговоре, а спустя продолжительный период времени, когда о ней все благополучно забыли.

Вряд ли кто-нибудь связал эту газетную заметку и убийство репортера.

-Дядя… и ты держал весь этот груз на себе после смерти отца? – тихо спросил я. — Он же неподъемный…

Я считал, что готов к тому, что откроется. Считал, что справлюсь со всем, но просчитался. Я до сих пор жив только потому, что за меня не взялись всерьез. Что не считают меня важным, но стоит мне открыть рот и рассказать о том, что узнал, то мне не просто не поверят, на меня и всех моих близких обрушат всю мощь Лэндуэлла.

Да, меня и сейчас ищут, но без излишнего усердия. По словам Винса, констеблиуже обыскивали особняк несколько раз, как и фабрику. И, что ещё хуже, теневым информаторам за сведения обо мне уже дают неплохую награду. Но именно что за сведения, а не за труп. Кто именно назначил награду — неизвестно, но Винс обещал выяснить.

Так же он добавил, что вокруг фабрики часто крутятся подозрительные личности, отчего пришлось усилить охрану.

Неожиданный удар по стеклу заставил меня вздрогнуть, а рука инстинктивно схватилась за револьвер, лежащий на столе неподалеку от документов. Силь так же проснулась и, выскользнув из постели, встала на четвереньки, напоминая готовую к броску кошку.

Держа оружие на готове, я скользнул к окну, выглянул, но ничего не увидел. Немного помедлив, все-таки решил рискнуть и отворить его.

-Виктор! — послышался тихий и хорошо знакомый голос Терри.

Облегченно выдохнув, я дал Силь знак, что все хорошо, и она немедленно начала одеваться. Сам высунулся из окна и взглянул вниз.

-Проклятье… – выругался я и, не мешкая, сиганул вниз.

Терри сидел, прислонившись к стене дома, рядом с моим чемоданом. Парень был бледный, и это не мудрено, ведь его штанина была насквозь мокрой от крови.

-Силь! — позвал я девушку. И как только она высунулась из окна, бросил ей чемодан, нисколько не сомневаясь, что она его поймает. Затем я осторожно помог Терри подняться, закинул его на плечо и прикинул, смогу ли добраться до второго этажа.

Надо попробовать. Идти в таверну через главный вход – нельзя. Раненый вызовет слишком много вопросов.

Сделав несколько шагов назад для разбега, я сорвался с места и прыгнул. Но, к сожалению, немного не рассчитал и до окна не долетел. Едва не сорвавшись вниз, вцепился в последний момент правой рукой в оконную раму.

-Виктор! — в окне вновь возникла Сильвия, начав помогать мне затащить Терри внутрь.

Мы тут же уложили его на кровать. Сильвия мгновенно достала один из своих ножей, после чего за мгновение распорола штанину, обнажая рану.

-Плохо, – нахмурилась фуори, осмотрев ногу парню. – Нет выходного отверстия, пуля ещё внутри.

-Простите, – морщась от боли и едва сдерживая стоны, произнес Терри. – Меня заметили и открыли огонь. Я почти смог сбежать, но… Арх…

-Все нормально, — попытался успокоить я его. -- Мы со всем разберемся.

Внешне я старался не показывать своей раздосадованности из-за случившегося, но внутри все просто бурлило. Я корил себя за то, что отправил Терри одного, потому что хотел поскорее добраться до документов. Если бы за чемоданом пошел я, то ничего бы не случилось.

-Виктор, – голос Сильвии вывел меня из задумчивости. Она смотрела мне прямо в глаза, одной рукой коснувшись моего предплечья. – Мне нужен спирт. Ты ещё не полностью выпил бурбон?