Антология – Восходящее слово. Антология творчества отмеченных знаком «Восходящее слово» за многогранную деятельность (страница 23)

– Это называется динамический стереотип, то есть мышечная память, чтобы во время танца не думать, куда ставить ноги. Понятно?

Дмитрий кивнул и приготовился.

– Смотри на меня и повторяй движения. Сначала без музыки, потом под музыку. Готов?

У него получилось, и довольно неплохо.

Через пару дней Света встала с ним в пару. Как-то раньше он не казался ей таким высоким, как сейчас: её голова заканчивалась на уровне его губ.

Уголок его рта поднялся вверх. Уловив его ухмылку, Света подняла голову и встретилась со смеющимися серыми глазами.

– Макрашов, отнесись серьёзно! – осадила она его.

– Дорогая, ради тебя готов на что угодно! – тут же отозвался он, смастерив серьёзную мину на лице.

Света показала ему кулак, потому что в последнее время его шутливые подколки выводили её из состояния равновесия. Она учила его танцу, а Дима во время занятий бесил её своими недвусмысленными взглядами и словами. Знала бы, что будет так тяжело продолжать сохранять между ними дистанцию, ни за что не согласилась бы учить его. Всё чаще хотелось отбросить свою холодность и недоступность и растаять в его объятиях.

Через неделю они уже свободно кружились по залу, но Дима всё ещё путался в ногах, когда менялось направление.

В ожидании вступления музыки Света прижалась к торсу партнёра, выставив руки в правильной позиции. Девушка тут же почувствовала, как мужчина напрягся. Она подняла голову. Глаза Макрашова неотрывно смотрели на её расплющенную в топе грудь. Зарычав, девушка повернула его подбородок в сторону и вверх.

«Надо отдать ему должное – дозволенные границы он не переходит».

– Макрашов, хватит уже! – рявкнула она на него, начиная двигаться в такт музыке.

– Светик, прости, рядом с тобой ни о чём другом думать не могу! – он хитро улыбнулся, скосив на неё свои озорные глаза.

«Когда же она уже попадётся в мою сеть?»

– Прекрати! – грозно приказала она.

Пара закружилась по залу. И тут он запнулся за степ. Света успела подхватить партнёра, сделав лишний разворот, чтобы они не упали вместе.

– Продолжаем, – дёрнула она его, заметив, что Дима собрался остановиться.

– Слушаюсь, моя королева! – ласково произнёс он, подстроившись под её шаг.

Света тыкнула ему в бок.

– Ой! За что? – возмутился он.

– Хватить ёрничать!

– Хорошо, моя сладкая.

На повороте он снова сбился с ритма и налетел на Свету, отдавив ей ногу.

– Да что с тобой сегодня?! – в сердцах спросила она, останавливаясь. – В каких облаках ты витаешь?

Дима улыбнулся ослепительной улыбкой и проникновенно посмотрел своими серыми глазами в глаза девушки. Ему очень хотелось её растормошить, вывести из этого недоступного состояния. Ведь красивая, нормальная молодая девчонка, но почему такая толстокожая и не хочет понять, что нравится ему? Всё ещё борется и выставляет границы?

– Я не уверен, что ты захочешь узнать, где я витаю, – простодушно ответил он, заставив её покраснеть.

С каждым днём ему всё сложнее становилось скрывать своё влечение к ней. Сегодняшнюю ночь он провёл без сна: отсчитывал шаги, проигрывал музыку в голове, позиции, положение рук и ног. Вспоминал, как держал её гибкое тело в своих руках, как они касались друг друга, как она прижималась к нему.

«Неужели её это совсем не трогает?» Он готов был воспламениться от любого её касания. Слова-комплименты вырывались сами собой, так что он перестал себя контролировать.

– Слушай, это была твоя идея. Если ты не хочешь или не можешь танцевать со мной, тогда я найду тебе другого тренера.

Света выключила музыку. Понимала, что делает неправильно, мучает их обоих, но не хватало духу переступить через себя. Отбросить все принципы и условности и просто отдаться воле чувств. Она влюбилась в него, но боялась это показать.

– Нет! – отрезал он. – Меня всё устраивает. Мне нужна ты, – вырвалось у него непроизвольно.

И тут его красивое лицо превратилось в болезненную гримасу. Ругаясь, он грохнулся на пол и, как сумасшедший, начал дёргать ногу, сведённую судорогой.

Света, быстро сообразив, что происходит, стала массировать его напряжённую мышцу, осознавая, что ему сейчас ох как больно. Но состояние только ухудшилось. Дмитрий завалился на бок, сжав губы до посинения, и побледнел.

– Сейчас! – взволнованно бросила девушка, убегая от него к небольшому столику, стоящему в углу зала и заваленному всяким хламом.

Увидев её радостное лицо, у Димы забрезжила надежда на скорое избавление от адской боли. Девушка подбежала к нему и с размаху воткнула что-то острое в его ногу. Его губы разжались, изображая что-то непонятное, а глаза вылезли из орбит, бледное лицо покраснело.

– Спасибо, дорогая, – по слогам с усилием выдавил он из себя, – я всегда знал, что месть женщины – болезненная штука.

– Что?! Не помогло? – охнула Света, падая перед ним на колени.

– Светик, это была другая нога! – выдавил он несчастную улыбку. Зато ногу отпустило.

Дима глубоко вздохнул, закатив глаза в потолок. Ему припомнилась фразочка, как раз кстати: «Ну надо же так наколоться! – сказал ёжик, слезая с кактуса».

– А? – ошарашенная, она уставилась на измученное лицо партнёра. Уголки её рта дёргались в нервном тике – то ли разреветься, то ли рассмеяться. – Извини, – пролепетала она, не удержав нервную смешинку. Девушка закрыла лицо ладонями.

– После всего, что я стерпел, мне полагается поощрение, – заявил Макрашов.

– У? – промычала она, выглядывая виноватыми глазами из-под пальцев рук.

– Поцелуй… хотя бы в щёчку, – показал он пальцем, куда следует это сделать. Света фыркнула, резко вскакивая с колен.

– Макрашов, прекрати свои домогательства!

Она сильно пожалела о том, что не вогнала булавку по самую макушку в ногу несносного мужчины.

– Хорошо, – кротко согласился Дима, вздыхая и поднимаясь с пола. Он стерпит всё, но своего добьётся!

За два дня до бала Света отметила, что Дмитрий танцует уже совсем уверенно, правда, иногда забывал про правильное расположение рук. Но это были уже пустяки.

– Хотелось бы мне посмотреть, как ты там будешь танцевать. Здесь, со мной, это одно. А там будет незнакомая партнёрша – и ты тут же запутаешься в ногах и расквасишь себе нос, – поставила она свой вердикт.

Вальс, под который они кружились, постепенно стих.

– Что, так безнадёжен? – останавливаясь, спросил Дмитрий.

Света положила свою руку ему на грудь, даже не заметив, как от этого прикосновения зачастило его сердце, а зрачки глаз расширились. Дима судорожно втянул воздух носом, закатив глаза под лоб.

«Вот же! Знала бы, как на меня мучительно действуют все её прикосновения».

Он закрыл глаза, наслаждаясь теплом её ладони.

– Главное не растеряться, – она похлопала его по груди, мило улыбнувшись, отошла к полке с компакт-дисками. – Ты опять забыл про руки, – заметила она.

На душе стало тоскливо. Сегодня было последнее занятие. Завтра бал.

«Дима готов к выходу в свет. Кому-то повезёт с таким партнёром, так как вальс танцует он отменно. Про руки это было так – чистая придирка. Хотела бы я побывать на этом балу, из чистого любопытства посмотреть, как он там будет танцевать».

Теперь всё вернётся в прежнее русло. Она больше не увидит его хитрых глаз и не услышит интимных подколок. Света украдкой вздохнула. Три недели пролетели как один миг.

– А-а, Семён Семёныч! – хлопнул он себя по лбу, театрально покачав головой.

Настала долгожданная судьбоносная минута. Дима серьёзно посмотрел на стоявшую к нему спиной и перекладывающую диски девушку, подбирающую музыку к завтрашнему утреннему занятию.

– Свет, я понимаю, что прошу невозможного, но всё же попрошу.

Девушка оторвалась от своего занятия и посмотрела на отражение мужчины в зеркале. Напряжённое лицо Макрашова заставило её нахмуриться: «Что ещё он придумал?»

– Не бросай брата своей любимой подруги в трудную минуту, – Дима подошёл ближе, остановившись сбоку от неё и сжав кулаки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».