Антология – Успение Пресвятой Богородицы. Антология святоотеческих проповедей (страница 6)

Интересно, что в некоторых древних церковных повествованиях о событиях Успения – например, в «Житии Девы» преподобного Максима – утверждается, что воскресение Богородицы произошло не на земле, но именно в Небесном Царстве. На третий день по смерти Пречистой Господь вознес Ее пречистое тело из опустевшего гроба в Свое Горнее Царство и именно здесь воссоединил Ее душу и плоть, вернул их к единству общей жизни. Однако позднейшая церковная традиция чаще всего описывает воскресение Девы иначе: именно как совершившееся на третий день по Ее Успении восстание из гроба в Гефсимании.

Мы видим: Православная Церковь учит о том, что Богоматерь на третий день по Успении оказалась воскрешена силой Божией – как воскрес и Ее Божественный Сын, и телесно вознесена на Небо – как на сороковой день по Воскресении вознесся на Елеонской горе и Господь. Однако в Православии учение о воскресении Богородицы и о Ее вознесении на Небо, в отличие от Католической Церкви, не догматизируется и не излагается столь рационально, как на Западе.

Данное церковное предание тесно связано и с твердой христианской верой в грядущее – в день Второго Пришествия Господня – общее воскресение, когда, по слову апостола Павла, Сам Христос наше воскресшее тело преобразит так, что оно будет сообразно славному телу Его, силою, которою Он действует и покоряет Себе все (Флп. 3: 21). Это как раз и совершилось в лице Богоматери; правда, Богородица, по выражению замечательного русского богослова ХХ столетия Владимира Николаевича Лосского (очерк «Всесвятая»), в отличие от всех прочих людей, так же как и Она, предназначенных Творцом к воскресению, находится «по ту сторону смерти, воскресения и Страшного суда» уже сегодня, «прежде конца мира».

Церковный праздник Успения Пресвятой Богородицы

Праздник Успения Пресвятой Богородицы (15 августа ст. ст. / 28 августа н. ст.) – одно из важнейших двунадесятых годичных торжеств, посвященных церковному прославлению Божией Матери. Праздник предваряется недолгим, но довольно строгим Успенским постом (он начинается 1 августа ст. ст. / 14 августа н. ст. – в день, отмеченный в церковном календаре как торжество Происхождения честных древ Животворящего Креста Господня).

В древности празднику усваивались различные названия: Успение (фактически – погружение в сон) Богородицы, Вознесение Богородицы, Преставление (понятие, одновременно означающее и кончину, и переселение, перемещение) Богородицы.

Известно (об этом сообщает «Евфимиева история», написанная, вероятно, в VI столетии), что в середине V века император Маркиан (450–457) и святая императрица Пульхерия положили в новопостроенном храме в честь Пресвятой Богородицы во Влахернах (450–453) найденные в Гефсимании, в чтимой иерусалимскими христианами гробнице Богоматери, Ее погребальные пелены. Вероятно, с этого времени и начинает церковно прославляться Успение Пресвятой Богородицы, еще не имевшее определенной даты празднования.

В источниках, содержащих сведения о литургической практике Древней Церкви, первые достоверные сведения о празднике Успения как об особом богослужебном торжестве встречаются лишь с конца VI столетия. Правивший тогда император Маврикий (592–602) сделал это торжество общецерковным, отмечаемым по всей Византийской империи. Именно по распоряжению Маврикия был построен и храм в Гефсимании – над гробницей Богородицы. Тогда же в Иерусалиме и в Константинополе была закреплена нынешняя дата празднования Успения – 15 августа по юлианскому календарю. В Иерусалиме этот праздник заменил собой древнее торжество в честь Богоматери, более общее по своему смысловому содержанию, во время которого прославлялось материнство Марии. А вот, например, в Египте праздник Успения начал отмечаться в VI столетии в другое время года – зимой, в январе. Наиболее же частые упоминания о празднике Успения встречаются в византийских исторических и церковных источниках с VIII столетия.

На Западе Успение стали впервые праздновать с VI столетия – в Галлии, а затем – в VII веке – и в некоторых других областях. С середины IX века Успение отмечали на христианском Западе как одно из важнейших богородичных торжеств церковного года, однако повсеместное распространение в латинской богослужебной традиции оно получило лишь к началу XI столетия.

Тропарь праздника: «В Рождестве девство сохранила еси, во Успении мира не оставила еси, Богородице, преставилася еси к животу, Мати сущи Живота, и молитвами Твоими избавляеши от смерти души наша». Перевод тропаря на русский язык: «Богородица, Ты при Рождении Христа сохранила девство и после смерти не оставила мира; Ты перешла к жизни, будучи Матерью Жизни (то есть Христа, даровавшего всем вечную жизнь, и Самого именуемого Жизнью; ср. Ин. 11: 25; 14: 6), и Своими молитвами избавляешь от смерти души наши». В тропаре говорится о чудесных обстоятельствах Рождества Христова, определивших и те удивительные события, что сопровождали Успение Богоматери. Став Матерью Бога как Источника и Подателя жизни для всего существующего и родившая Саму Жизнь, Она не могла окончательно умереть – в привычном смысле этого слова – но, испытав лишь краткий опыт смерти, затем перешла от временной жизни к истинной, подлинной, вечной.

Кондак праздника: «В молитвах неусыпающую Богородицу и в предстательствах непреложное Упование, гроб и умерщвление не удержаста: якоже бо Живота Матерь, к животу престави, во утробу Вселивыйся приснодевственную». Перевод кондака: «Богородицу, неутомимую в молитвах и непоколебимую Надежду в ходатайствах, гроб и смерть не удержали [в своем плену], ибо Вселившийся в Ее вечнодевственную утробу переселил Ее к жизни, как Матерь Жизни (то есть Матерь Самого Христа)».

Один из древнейших византийских канонов праздника Успения был составлен святителем Андреем Критским. Однако позднее канон святителя Андрея оказался вытеснен из богослужебного употребления канонами преподобных Косьмы Маюмского (2-я половина VII века – около 752 года) – первый канон и Иоанна Дамаскина (2-я половина VII века – около 750 года) – второй канон, им же создана одна из стихир на литии. Кроме того, отдельные стихиры службы принадлежат перу святителя Германа, патриарха Константинопольского (между 630–650 – до 754), – стихира на литии; преподобного Феофана Начертанного (около 778–845) – стихира на литии; императора Льва VI Мудрого (866–912; император – 886–912) – стихира после Евангелия на утрени.

В канонах и стихирах праздника подчеркивается радостный характер события Успения Богоматери. Здесь нет скорби об Умершей, но присутствует подлинное ликование победы над смертью: «Приидите, вси концы земнии, честное преставление Богоматере восхвалим: в руце бо Сына душу непорочную положи. Темже святым Успением Ея мир оживотворися, во псалмех, и пениих, и песнех духовных со безплотными и апостолы празднует светло»[2]. Русский перевод: «Придите, все пределы земли, священное преставление Богоматери восхвалим, ибо в руки Сына Она непорочную душу отдала; потому святым Успением Ее мир оживотворился, псалмами, и гимнами, и песнями духовными с бесплотными [ангельскими силами] и апостолами празднуя светло!»

Во время службы читаются некоторые тексты Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Так, на великой вечерне прочитываются три паремии – ветхозаветные тексты, являющие нам древние библейские прообразы воспоминаемого ныне в церкви события, а также пророчески рисующие меру святости, призвание в деле нашего спасения и духовное совершенство Пречистой Девы.

Первая паремия (Быт. 28: 11–17) повествует о чудесном видении ветхозаветным патриархом Иаковом лестницы от земли к Небу. Под Лестницей, восходящей от земли к Престолу Божию, символически понимается Сама Богоматерь, как соединившая Небо и землю, примирившая их через Рождество от Нее Богочеловека Христа, а также как низводящая в Своем девственном Зачатии и Рождестве к Нам с Небес Бога и возводящая и нас самих к Нему на Небеса.

Вторая паремия (Иез. 43: 27; 44: 1–4) содержит фрагмент большого и таинственного видения, открывшегося пророку Иезекиилю. Речь идет о неких таинственных закрытых Вратах храмового святилища, через Которые должен войти Господь и Которые при этом по-прежнему остаются закрытыми. Здесь, по мысли церковных толкователей, содержится пророчество о Богоматери, Которая, будучи девственна до Рождества Христова, остается Девой и по Рождестве Спасителя. Как пишет в «Толковании на книгу пророка Иезекииля» блаженный Феодорит Кирский (V век), «в сем образе пророк дает нам проразуметь девственную утробу, в которую никто не входит и не исходит, кроме Самого только Владыки [Бога]».

Третья паремия (Притч. 9: 1–11) символически изображает Божественную Премудрость, устроившую Себе дом на семи прочных столпах. Премудрость Божия, по церковному толкованию, это Второе Лицо Пресвятой Троицы, Сын Божий. Он устраивает Себе дом, под которым обыкновенно понимается или Новозаветная Церковь, или Пресвятая Богородица, от Которой Ему надлежит родиться. Как говорит в «Слове на Рождество Пресвятой Богородицы» преподобный Феодор Студит, «Творцу всего устроен Храм для принятия Его; Создателю-Слову приготовлен гостеприимный Дом; для Солнца правды (Мал. 4: 2) распростерто светлое Облако».