способен принять и безумие безмолвия
все дело в доверии доверять – наука
музыкант не важен главное композиция
правит тот кто стоит за пюпитром и этот —
создавший симфонию
он ведает смыслом и дарует бессмыслицу
кому-то в вечность другим на агонию
важно и то что дальше за снятой тканью
веселым саваном и черным фраком
сопровождают вверх вниз музыканты оркестров
Иеговы Будды Деметры и конечно
Аллаха
кто правит гармонией кроме Кроноса?
для крика кукушки и то существенно время
как и плеску реки на ветру
нужна только музыка и ей все исполнится
от улыбки Баала ребенку до Матери Плазмы
где-то там наверху
«почему бы и нет…»
почему бы и нет?
вот зайду включу свет
я один в твоем доме
мне слегка неуютно
буду видимо ждать не считая минуты
постараюсь привыкнуть к твоей форме комфорта
дом твой чудная смесь ну а я так реторта
постараюсь смотреть не чужими глазами
что мужчина? – дрова
это женщина пламя
дом не платье в котором ты мне так знакома
это что есть ты
постараюсь быть дома
«я желаю нечаянной вечности…»
я желаю нечаянной вечности
что умыта веселой беспечностью
там где смерть только гость неприкаянный
и где Авель вином поит Каина
где по саду с веселым журчанием
льют ручьи обещая молчание
всех стремлений никчемных и тягостных
и где Змей предвкушение радости
я хочу водопада в мгновении
зелень ветра по синему времени
всех легенд соцветения в вереске
мне желать
так по мне и отмерится
«только ветром сыт и светом день безоблачен и пуст…»
только ветром сыт и светом день безоблачен и пуст
проходящим летом в Лету отпускаю сплином грусть
гласных нет шершавым небом бредит мыслями язык
сердца дикая утроба крови ждет как сна старик
выцветает вкус июля нет имен в календаре
скачут зебры на ходулях
лает шавка во дворе пахнет прелью
..это ново
ветхий ужас все живет
два билета до Содома
– эй, Паоло! поезд ждет
«оливы… спят? но мы-то нет…»
оливы… спят? но мы-то нет
и собираем с листьев свет
он сух
дожди в Киото все ушли и льют на сакуры
в пыли Пелопоннес и Крит
лесной пожар 
