Чу! Слышу крик:
«Идешь путем печали,
Идешь туда, где сгинешь через миг!»
«Что ж, — отвечаю, — смерть — в Юдоли Дрожи —
Лучшее ложе!»
РОБЕРТ ГЕРРИК{9}
ТЕМА КНИГИ
Пою ручьи и гомон птичьих стай,
Беседки и цветы, апрель и май,
И урожай пою, и рождество,
И свадьбы, и поминки сверх того.
Пою любовь, и юность, и мечту,
И жарких вожделений чистоту,
Бальзам и амбру, масло и вино,
Росу и дождь, стучащийся в окно,
Пою поток быстротекущих дней,
И алость роз, и белизну лилей,
И сумрак, что ложится на поля,
И королеву фей, и короля,
И муки Ада, и блаженство Рая,
Побыть последним жаждую сгорая.
КОГДА СЛЕДУЕТ ЧИТАТЬ СТИХИ
С утра мы трезвы и разумны, поэтому срам —
Святые заклятья стиха повторять по утрам.
Лишь те, что свой голод насытят, а жажду зальют,
Слова колдовские пускай говорят и поют.
Когда рассыпает веселые блики очаг,
А в пламени лавра сгорает докучливый мрак,
И подняты тирсы, и песен вакхических зов
Кругами, кругами расходится до полюсов,
И властвует Роза,[38] и каждый, кто зван, умащен, —
Пускай вам читает стихи мои строгий Катон.
ПЛЕНИТЕЛЬНОСТЬ БЕСПОРЯДКА
Как часто нам пленяет взор
Небрежно-женственный убор!
Батист, открывший прелесть плеч,
Умеет взгляд к себе привлечь;
Из кружев, сбившихся чуть-чуть,
Мелькнет корсаж, стянувший грудь,
Из-под расстегнутых манжет
Оборка выбьется на свет,
И юбок пышная волна
Под платьем дерзостно видна,
А распустившийся шнурок —
Для глаза сладостный намек.
По мне, так это во сто крат
Милей, чем щёгольский наряд.
ДИАНЕМЕ
Не льститесь блеском ваших глаз,
Подобных звездам в этот час;
Не льститесь, нас обворожив, —
Вам незнаком любви призыв;
Не льститесь, что влюбленным нам
Дыханье ваше — как бальзам.
Когда любимый ваш рубин,
Что оттеняет щек кармин,
Вдруг станет тусклым, как стекло,
То знайте — все для вас прошло.
КОРИННА ВСТРЕЧАЕТ МАЙ
Вставай, вставай, гони постыдный сон,
Парит на крыльях света Аполлон,
Аврора, радостно юна,
Мешает краски и тона.
Молю, коснись ногой босой
Травы, обрызганной росой. 
