Настанет день — под знаменьем печали,
Настанет ночь — без сна и тишины,
И горестно померкнет лик Луны,
И Солнце встанет в траурной вуали.
О, что с тобою, мир? Земные дали
Стенаньем толп людских оглашены.
Небытие иль бытие — равны:
Последние мгновенья их сравняли.
Звучит призыв архангельской трубы,
Развеивая сон, сон непробудный,
И настежь открываются гробы,
А для живых путь кончен многотрудный.
Все в страхе ждут решения судьбы, —
Зане настал великий день — день Судный.
МАНУЭЛ БОТЕЛЬО ДЕ ОЛИВЕЙРА{157}
ЗЕМЛЯ ПРИЛИВОВ
Продолговатой полосой вдали,
Средь волн морских лежит клочок земли:
Нептун — морей хозяин полновластный,
Влечется к той земле любовью страстной,
В глубь острова вторгается волной,
С землей желая слиться островной.
Столь море землю стережет ревниво
И к острову спешит в часы прилива,
Что он Землей Приливов наречен:
Так образ моря в нем запечатлен.
Землей в объятья принято любовно,
Обласканное, море дышит ровно,
Но вновь к земле влечет его порыв,
И землю нежит сладостный прилив…
Когда ж их разлучат часы отлива,
Ждет море встречи с ней нетерпеливо.
Земля Приливов издали скромна,
И взоров не влечет к себе она,
Но высадись на острове, и глазу
Всю красоту ее откроешь сразу.
Так раковина, грубая на вид,
Жемчужину редчайшую таит.
ФРАНЦИЯ
ФРАНСУА ДЕ МАЛЕРБ{158}
УТЕШЕНИЕ ГОСПОДИНУ ДЮПЕРЬЕ[432]
(Фрагменты)
Доколе, Дюперье, скорбеть не перестанешь?
Ужели вновь и вновь
Упорной думою терзать ты не устанешь
В душе своей любовь?
И эта смерть, удел, для смертных непреложный,
И сумрак гробовой, —
Ужели лабиринт, где кружится тревожный,
Заблудший разум твой?
Была она тебе отрадой, утешеньем —
С тем спорить не хочу
И память светлую небрежным обхожденьем,
Поверь, не омрачу.
Увы! Все лучшее испепеляют грозы,
Куда ни посмотрю;
И роза нежная жила не дольше розы —
Всего одну зарю.
Но если б не теперь взяла ее могила,
Когда б, как ты хотел,
Она на склоне лет седая опочила, —
Чем лучше сей удел?
Не мнишь ли, что она чем старей, тем любимей
Была б на небесах,
Что в старости укол червя неощутимей,
Земной не давит прах? 
