Антология – Джатаки. Сказания о Будде. Том III (страница 3)
Услышав все это, царь осознал все то горе, что будет вызвано питием хмельного. Чрезвычайно возрадовавшись тому, что избежал этой опасности, он пожелал выразить благодарность.
– Брамин! – воскликнул он. – В заботе обо мне ты превзошел даже моих мать и отца. В благодарность за твои превосходные слова позволь подарить тебе пять наилучших деревень, сотню прислужниц, семьсот коров и десять колесниц с чистопородными лошадьми. Ты великий учитель.
– Как царю дэв, – ответил Сакка, являя свою личность, – мне не нужно ничего. Можете оставить себе свои деревни, слуг и скот. Наслаждайтесь вкусной пищей и довольствуйтесь сладкими лепешками. Восхищайтесь истинами, что я вам проповедовал. Так останетесь вы безупречны в этом мире и снищете достославное небесное перерождение в следующем.
С теми словами Сакка вернулся в собственное царство.
Царь Саббамитта дал обет воздерживаться от хмельного и повелел разбить кувшины. С того дня держался он заповедей и щедро оделял подаяньями. Прожил он добрую жизнь и действительно переродился в небесах.
Позднее, однако, привычка пить хмельное распространилась по Джамбудипе, и от нее пострадали многие.
Завершив рассказ, Будда определил рождение:
– В то время Ананда был царем, сам же я – Саккой.
204. Благородный слон о шести бивнях
Chaddanta Jātaka
Пребывая в Джетаване, Будда рассказал эту историю о бхикхуни.
Однажды молодая бхикхуни, происходившая из хорошей семьи Саваттхи, отправилась вместе с несколькими другими бхикхуни послушать учение Будды. Его любезность и красота произвели на нее большое впечатление, и ей стало интересно, не была ли она связана в Буддой в предыдущей жизни. Тотчас припомнила она, как в прежней жизни Бодхисатта был великим белым слоном Чхаддантой, а она – его женой. Вспомнив это, бхикхуни очень обрадовалась и рассмеялась вслух. Затем осознала, что немногие женщины хорошо расположены к своим мужьям, и ей стало интересно, какой женой была она сама. По мере того как прояснялась в ней память, она припомнила, что таила на него тогда обиду и в другой жизни отправляла охотника его убить. Припомнив все это, она поддалась печали и разразилась слезами.
Будда увидел это и улыбнулся. Когда собравшиеся бхикху спросили у него, почему он улыбнулся, Будда ответил:
– Бхикху, эта молодая сестра заплакала, припомнив обиду, которую причинила мне.
И по их просьбе он рассказал им эту историю из прошлого.
Давным-давно в золотой пещере на западном берегу озера Чхадданта в Химавате жило стадо из восьми тысяч царских слонов. Бодхисатта в то время родился сыном царя слонов, и его назвали Чхаддантой. Он был чисто-белым, а когда вырос совсем, сделался великолепен: хобот – что серебряный канат – и шесть красивых бивней, испускавших лучи шести цветов. Когда умер его отец, Чхадданта стал царем, а двух его старших цариц звали Маха-Субхадда и Чулла-Субхадда.
В пору дождей все слоны оставались в золотой пещере, но в жаркую пору Чхадданте очень нравилось стоять со своими царицами у подножия большого баньянового дерева, росшего в северо-восточном углу озера, где от воды дул остужавший ветерок.
Однажды, пока царь Чхадданта был возле баньяна, один из его последователей сказал ему, что деревья в большой роще сала зацвели, и он отправился туда с обеими царицами. Пока те паслись, Чхадданте случилось боднуть дерево сал тяжелым своим лбом. От этого ветви громадного дерева сотряслись, и Чулла-Субхадду, стоявшую с подветренной стороны, осыпало сухими веточками и мертвой листвой, покрытой рыжими муравьями. Маха-Субхадду, стоявшую с наветренной стороны, осыпало цветками, пыльцой и зелеными листиками. Увидев Маха-Субхадду всю в золотой пыльце, Чулла-Субхадда подумала: «Очевидно же, что он предпочитает ее. Осыпает ее цветами и пыльцой, а сухим веточкам, мертвой листве и рыжим муравьям позволяет падать на меня!» От этого чувства развилась обида, которую она затаила на Чхадданту. «Я с ним посчитаюсь!» – безмолвно поклялась она сама себе.
В другой день стадо слонов вошло в озеро купаться. Сперва два молодых слона натирали Чхадданту кореньями. Затем купали двух цариц. Наконец все остальное стадо омылось, поиграло в воде и собрало лотосов и водяных линий, чтобы украсить Чхадданту и цариц.
Один слон сорвал необычайный стебель лотоса с семью совершенными цветками и предложил его Чхадданте, который окропил себе им лоб и поднес Маха-Субхадде. От этого Чулла-Субхадда обиделась только сильнее.
В той части Химавата жила еще и община из пяти сотен паччекабудд, которых Чхадданта частенько навещал, чтобы им поклониться. Однажды Чхадданта предложил им трапезу из стеблей лотоса, окропленных нектаром. В то же время Чулла-Субхадда им дала спелых плодов, которые собрала сама. Делая свое подношение паччекабуддам, она пылко пожелала переродиться царскою дочерью, чтобы выйти замуж за царя Каси. «Когда стану я старшей царицей, – подумала она, – попрошу царя отправить охотника с отравленной стрелой убить этого слона. И тогда месть моя будет сладка!»
Дав этот жестокий обет, Чулла-Субхадда прекратила есть и зачахла до смерти. А потом и впрямь переродилась дочерью царя Мадды и получила имя Субхадда. Повзрослев, она вышла замуж за царя Каси и стала его старшей царицей. Припомнив свое былое существование, она осознала, что, поскольку все желания ее выполнялись, она теперь вполне способна осуществить свое возмездие. Натерла она тело себе маслом, надела измаранное одеяние и легла в постель, делая вид, будто больна.
Царь осведомился о том, где его старшая царица, и, услышав о том, что она занемогла, вошел в ее опочивальню. Сел к ней на ложе, погладил по спине и спросил:
– Несравненная моя царица, почему ты так бледна? Отчего чахнешь?
– Дорогой мой повелитель, был мне сон, из-за которого развилось во мне сильное желание, но знаю я, что оно недостижимо, поэтому я тут просто угасну.
– Дорогая моя, – ответил царь, – все, чем бы ни могли мы оделить, будет твоим. Прошу, скажи нам, чего желаешь ты так сильно. Уверен, мы это для тебя добудем.
– Государь, то, чего желаю я, добыть нелегко. Я сообщу тебе, но лучше будет, если скажу тебе об этом не сразу. Созови, прошу, всех охотников, и я объясню это при них.
– Сказано – сделано, дорогая моя! – ответил царь, в восторге от того, что просьба ее оказалась так проста. Он тут же созвал всех охотников Каси.
Когда собрались охотники во дворе, царь встал к открытому окну и позвал царицу:
– Подойди, дорогая моя! Вот наши храбрые охотники – собрались по твоему желанию. Они умелы в выслеживании, яростны в схватке и все верны мне.
Царица посмотрела в окно и крикнула:
– Охотники! Во сне видела я громадного белого слона о шести сияющих бивнях. Так силен был сон мой, что теперь должна я обрести эти бивни. Если кто-то из вас сумеет принести мне эти прекрасные бивни, я буду жить! Если же нет, я умру. Ничто другое не сможет спасти мою жизнь!
Во дворе зароптали голоса. Никто из охотников никогда не видал слона о шести бивнях и даже не слыхал о таком. Они выбрали из всех одного и через него спросили царицу, не явилось ли ей также во сне, где такого слона можно найти.
Царица Субхадда оглядела всех охотников и, вспомнив свое предыдущее рождение, заметила одного, кто в прошлом тоже был врагом Чхадданты. То был сильный и жестокий человек, прямо-таки великан, по имени Сонуттара. Лицо его было обезображено шрамами, а зубы пожелтели. «Вот кто сумеет совершить то, чего я хочу», – подумала царица. Она показала Сонуттару царю и попросила соизволенья поговорить с ним наедине. Царь на это согласился и позвал того во дворец. Царица завела Сонуттару в покои на самом верхнем уровне дворца, распахнула северное окно и сказала:
– Прямо на севере, за теми вон семью горными хребтами, ты отыщешь золотой утес. В утесе том есть огромная золотая пещера. Под утесом, у красивого озера, растет громадный баньян. В том краю обитает стадо из восьми тысяч царских слонов. Они свирепы и внушительны. Если эти слоны увидят человека – нападут и уничтожат его.
Услышав это, Сонуттара испугался. Он предположил, что царицу могли б удовлетворить золото, жемчуга или бирюза, а не слоновая кость.
– При чем тут слоновая кость! – возразила царица. – Мотив мой совсем не в этом желании! Это касается злопамятства! Меня обидели, и я желаю возмездия! Принеси мне бивни вожака этого стада – и получишь в награду пять отборных деревень!.. Друг-охотник, – продолжала она, – в моей предыдущей жизни была я одной из старших цариц того царского слона. Совершая подношение неким паччекабуддам, я пожелала себе сил на то, чтобы убить этого слона о шести бивнях и заполучить его бивни себе. Дело вовсе не во сне, что был мне, – исполнить нужно саму действительность. Могу тебя заверить, что ты преуспеешь. Ступай и ничего не страшись!
– Да будет так, ваше высочество, – ответил Сонуттара, немало приободрившись от царицына объяснения. – Скажите мне в точности, как отыскать того зверя, которого вы так сильно ненавидите, и как его пленить, – и я это сделаю!
– Царь слонов купается каждый день, – начала она, припоминая подробности своей прежней жизни, – в одном месте – в озере у баньяна. Попасшись немного под баньяном, он со своей возлюбленной спутницей идет туда купаться. Когда б ни было это возможно, этот царский слон также ходит почтительно кланяться аскетам в желтых одеяньях и паччекабуддам.